Чтение онлайн

Кен засмеялся, сунул руку в карман пиджака, вытащил бумажник. Неожиданно толстый бумажник. Не его бумажник. Набитый деньгами. Он чуть не сунул его обратно. Секретный агент молниеносно выхватил бумажник у него из руки.

— Но-но. Спокойно.

Он открыл бумажник, присвистнул.

Немая сцена.

— Это не мой бумажник, — сказал Кен, — я требую, чтобы задержали и обыскали официанта, который привел меня сюда. Он подменил мой бумажник. Карманник-профессионал.

МакГаверн поморщился.

— Вы думаете, я это впервые слышу? Я вынужден вас задержать. Пойдете тихо или устроите сцену?

Кен уставился на бумажник.

— Я пойду тихо, если вы захватите с собой этого официанта.

МакГаверн повернулся к управляющему.

— Кто?

— Фрэнк.

— Вызовите немедленно. Я пока отведу этого парня. Пошли. Расскажете свою историю там, другим, не мне. Мне платят не за то, чтобы я слушал, а за то, что я делаю.

Они вошли в зал. Человек с гвоздикой решительно, очевидно, в последний раз, взглянул на часы. В центре площадки появились пары танцующих. Свободных мест в зале все еще много. Музыка замолчала, когда Кен, шагающий перед МакГаверном, оказался в двадцати футах от человека с белой гвоздикой. Послышались жидкие аплодисменты, потом наступила тишина. Танцоры выжидающе уставились на оркестр. Кен набрал воздуху, повернулся к МакГаверну и громко, чтобы хорошо расслышал человек с гвоздикой, сказал:

— Меня подставили, потому что у меня информация об убийстве Паркса.

— Молчать, — тихо, но зловеще пробормотал МакГаверн.

Кен проследил за человеком с гвоздикой. Ничто не указывало на то, что он услышал фразу Корнинга. Он торопился рассчитаться и уйти. Оркестр грянул снова, танцующие закружились, завертелись, затопали. Человек с гвоздикой протягивал официанту чек и деньги, а тот пытался сунуть ему карточку, на которой значились заказанные им пункты меню. Мужчина сделал нетерпеливый жест рукой, как будто отказывался от сдачи. Кен пытался понять причину спешки: его арест или просто хотел поскорее попасть домой?

— Получите шляпу и плащ, и без фокусов, — указывал сзади МакГаверн.

Кен сунул гардеробной красавице жетончик, красавица улыбнулась дежурной улыбкой и выдала ему шляпу и плащ.

Человек с белой гвоздикой избавился, наконец, от надоевшего ему цветка. Он нашел здесь знакомых: молодого человека лет тридцати и рыжеволосую красотку лет на пять помоложе. Они оживленно болтали, а белая гвоздика упала на пол и окончила свой земной путь под каблуком бывшего хозяина.

— Вы можете выслушать меня? — обратился Кен к МакГаверну.

— Я выслушаю, но помните, что сказанное вами может быть использовано против вас.

— Тогда слушайте. Я уже сказал, что меня подставили, потому что я свидетель по делу Паркса. Но вам, кажется, это неинтересно.

— Конечно, неинтересно. Я федерал, а это дело штата. Лучше расскажите мне о своих фальшивых бумажках. Это намного интересней. А дело Паркса…

— А если я скажу вам, что Паркс имел что-то против администрации? Против Дайка и его назначения главным водопроводчиком города? Если я докажу, что Дуайт и Дайк не враги, какими их рисуют газеты, а дружки-подельники?

МакГаверн прекратил этот поток красноречия адвоката, подтолкнув его под локоть.

— Мне на это плевать. Давай-ка, парень, побыстрее. Скоро уж и баиньки пора.

Кен вдруг прищурился.

— Но я до сих пор не видел ваших документов. Не уверен в ваших полномочиях.

МакГаверн вздохнул и опустил руку в карман.

— Вот мои полномочия.

Кен почувствовал, как в его ребра уперлось что-то жесткое. Он проследил взглядом за рукой МакГаверна, опущенной в карман пиджака.

— Вот, значит, как?

— Да, вот так. Пошли отсюда. Иди спокойно, или я выбью из тебя кишки здесь и сейчас.

— Иду спокойно, — ухмыльнулся Кен.

— Вот и молодец.

Корнинг двинулся к двери. Он заметил, что человек, лишившийся белой гвоздики, тоже двигался к двери вместе со своими знакомыми. И, казалось, не спешил. Спокойно вынул сигарету, закурил.

Кен Корнинг вышел из ресторана, все еще ощущая давление ствола под ребрами.

— Такси? — осведомился швейцар.

— У меня машина, — бросил МакГаверн.

У поребрика остановился большой черный лимузин. Швейцар хотел было распахнуть дверцу, но МакГаверн одернул его:

— Я федеральный агент, это мой задержанный. Он может выкинуть любой фокус, так что держись подальше.

Он сам открыл дверцу машины и приказал Корнингу:

— Залезай!

Внутри сидели двое, сияли ухмылками. Кен поставил ногу на подножку и резким движением левой руки оттолкнул ствол. МакГаверн успел выстрелить дважды, прежде чем кулак Кена врезался ему в челюсть. Один из сидевших в машине тоже выстрелил, раздробив зеркальную витрину ресторана на множество сверкающих осколков.

Кен еще не успел вырвать пистолет из руки МакГаверна, как из лимузина показалась темная фигура. Два выстрела слились в один, и фигура рухнула ничком на мостовую. Лимузин сорвался с места. Кен вырвал, наконец, пистолет из кармана МакГаверна. Он успел заметить, что бывший владелец гвоздики стоит на ступеньках крыльца ресторана с автоматическим пистолетом, ствол которого слегка дымится. Кавалер рыжеволосой палит из револьвера двойного действия ступенькой ниже. Швейцар, обхватив обеими руками голову, хлопая расшитыми золотом фалдами фрака, спешно покидает место действия.