Чтение онлайн

— Как твое имя, парень? — повернулся он к заклинателю.

— Артур. Артур Рималли. Я сын Арчибальда и Амелии Рималли. Наследный принц, — он улыбнулся, только улыбка эта была совершенно безрадостной. — Не думал я, что окажусь в одной клетке с тем самым чудовищем.

Сентябрь, 2010 год

Базель-Штадт. Беттинген

— Волосы должны быть обязательно собраны в прическу, а шея оставаться открытой, как и плечи.

Марилли сидела на пуфике перед зеркалом, а Катерина колдовала над ее прической.

— Так принято с давних времен, — добавила юная Рималли.

Она собрала непослушные локоны Мари и заколола их шпильками. Одна прядь выскользнула из прически и упала на лицо.

— Так даже лучше, — улыбнулась Кэт, рассматривая ее отражение в зеркале. — Ты красавица.

— Спасибо, — смущенно улыбнулась Мари.

Шелковое платье насыщенного темно-изумрудного цвета — утонченное и элегантное, оставляло обнаженными плечи и часть спины. Обволакивающая ткань, подобно второй коже, подчеркивала все изгибы фигуры и струящимися складками ниспадала на пол. Катерина одолжила ей свои босоножки, в тон к платью, и клатч.

На самом деле, Мари собиралась одеть другой наряд: лиловое, не менее красивое вечернее платье, которое они купили еще во время первой вылазки в магазины. Но буквально на днях, перед своей дверью, она нашла коробку и записку, написанную красивым каллиграфическим почерком:

«Надеюсь, ты подаришь мне хотя бы один танец».

Гаррет. Марилли с каждым днем все сильнее привязывалась к нему, хотя должна была держаться подальше. Слишком яркими оставались воспоминания о том, что произошло после Совета. Холл дома Рималли, кругом суета, крики и рычание существа, взявшегося из ниоткуда. Страшный оскал и горящие глаза. Все произошло слишком быстро, но она помнила свой страх. До сих пор не верилось, что тем существом был Гаррет.

Всегда немногословный и невозмутимый. Он был для нее загадкой, и ее непреодолимо тянуло к нему. Непостижимо и странно. Она помнила каждую черту его лица. И каждый раз, пыталась уловить его улыбку, отмечая при этом легкие морщинки, и как он щурит глаза, голубые как небо.

Тем утром Марилли проснулась ближе к полудню и поняла, что впервые за долгое время спала спокойно и чувствовала себя просто замечательно. Все это могло бы оказаться сном, но подушки сохранили его запах, и она отчетливо помнила, как держала его за руку. Помнила и разговор, а после он остался, чтобы охранять ее сон. Но когда она открыла глаза, Гаррета не оказалось рядом.

Мари на мгновение представила, какого было бы проснуться в его объятьях, поцеловать...

— А где же слуги, которые должны помочь принцессе собраться на бал? — шутливо спросила Мари.

— Я отослала их прочь. Терпеть не могу, когда со мной носятся, — отозвалась Кэт.

Принцесса напоминала ангела. На ней было атласное платье цвета слоновой кости, с длинными вертикальными складками, которые начинались чуть выше талии. Широкий пояс украшала россыпь драгоценных камней.

Катерина стояла возле зеркала и подкрашивала пушистые ресницы. Ее волосы уже давно были собраны в высокую прическу — почти такую же, как и у Мари.

— Волнуешься? — поинтересовалась Марилли.

Принцесса отвлеклась и повернулась к ней.

— Так заметно?

— Я бы тоже волновалась, — она присела на край кровати, стараясь не помять платье. — Если бы меня собирались выдать замуж по договоренности и против моего желания. Это неправильно.

— Ты говоришь как Гаррет.

Мари смущенно опустила взгляд.

— Он нравится тебе, верно? — Катерина задумчиво посмотрела на нее. — Знаешь, он изменился после знакомства с тобой.

Марилли скептически усмехнулась.

— Нет, я серьезно. Это бросается в глаза. Я его всю жизнь знаю, но таким еще не видела. Только прошу, не разбивай ему сердце, в его жизни и так было слишком много боли.

Мари сглотнула вставший в горле ком и, не сумев подобрать слов, молча кивнула. Ей нравилось быть рядом с Гарретом. Это даже походило на какую-то зависимость. Когда он касался ее, приятное тепло и покалывание разливалось внутри. А его внимательный взгляд заставлял сердце предательски сжиматься. Но что чувствовал он? Несмотря на слова Катерины, Мари не питала ложных иллюзий. Гаррет наверняка встречал множество девушек, и вряд ли она как-то выделялась на их фоне.

— Он очень дорог тебе.

— Он для меня как старший брат, — улыбка тронула губы принцессы. — Я видела, как на него заглядываются девушки, как они томно вздыхают и говорят о том, как мне повезло, — она закатила глаза к потолку. — Но я никогда думала о нем так. Он воспитал меня, был рядом чаще, чем отец. Я благодарна ему за все, — Рималли говорила очень тихо. — И совсем скоро кроме Гаррета у меня никого не останется. Отцу все хуже, с каждым днем...

Мари взяла Кэт за руку.

— Не думай об этом, — она знала, что значит терять близких. Ее мать тоже была больна, и пусть воспоминания о ней почти стерлись из памяти, чувство скорой потери, неотвратимости того, что должно случиться, ей было прекрасно знакомо.

— К тому же, — Марилли попыталась придать своему голосу уверенности. — У тебя теперь есть я.

С самого первого дня она чувствовала связь с Катериной. Принцесса отнеслась к ней с теплом и поддержала. С ней было легко. Мари чувствовала в ней что-то родное. Она не могла объяснить, просто знала это.

Удивление скользнуло по миловидному лицу Рималли, и она улыбнулась.

— Я рада что ты появилась в нашей жизни, — подавшись вперед, Кэт обняла ее, но бросив взгляд на часы, спохватилась. — Мы опаздываем!

— 18 —

Сентябрь, 2010 год

Базель-Штадт. Беттинген

Гаррет Маккивер

— Гаррет, где твой галстук?

Кэт подошла ко мне и взялась поправлять воротник рубашки.

— Или хотя бы бабочка? — сдалась она. — Ты неисправим, честное слово.

— Думаю, пора бы это запомнить, — я поцеловал ее в щеку. — Ты прекрасна.