Чтение онлайн

— Знаешь, Лани, — наконец, произнес Коросс, — всю дорогу, пока мы искали тебя и Ртуть, я все думал о нас с тобой. В конце концов, нельзя жить прошлым. Может быть, Арона так никогда и не возродится…

— Коросс, прошу, не надо, — всхлипнули оба существа в душе Ланетты. — Лучше расскажи про Дракона Лепэра. Как ты познакомился с ним?

Они заснули только под утро. Под тихое сияние звезд рассказы Коросса о его невероятном путешествии к Горе казались сказочно завораживающими, и обе половинки ее души, в конце концов, пришли к общему согласию о том, что обязательно посетят Черный Замок. После чего, то странное существо из скорлупки благополучно отправилось к себе домой, оставив Ланетту наедине со своим разбитым сердцем.

Шут приехал за полдень, ведя за собой на поводу запасных лошадей. Выглядел он усталым, но увидев Ланетту, расцвел в улыбке:

— Неплохо выглядишь. Как Ртуть?

— Не больно хорошо, — покачал головой Коросс. — Я погрузил ее в сон, максимально замедлив все ее жизненные процессы. Для нее сейчас это единственный способ продержатся до Кросса. Там, я смогу найти лекарства, которые поднимут ее на ноги.

Шут присел рядом со спящей девушкой.

— Что она такого могла натворить, что за ней отправились слуги Торрэла? — удивился вслух он. Еще можно было бы понять, если бы они искали тебя, Лани, или меня. Но зачем им понадобилась бедная циркачка?

Вряд ли Ртуть обрадовало, если бы Ланетта рассказала ее историю-исповедь. Да и Линь. Что скажет он, когда узнает, кто был истинным организатором того безумия на Храмовой площади? Вздохнув, Ланетта произнесла, уклоняясь от ответа:

— Меня тоже искали. Орбы специально для этого приезжали в Голубой Дол. Но увидели только Ртуть.

— Вот как? — задумчиво почесал подбородок Шут. — Очень неприятное известие. Значит, Валгава тоже больше не безопасное место для нас.

Они быстро собрали свои немногочисленные пожитки и вскоре доехали до скалистого выступа. Он представлял собой великолепную обзорную площадку. Долина Голубого Дола лежала перед ними как на ладони: небольшое селение, окруженное полями и лесами. А еще отряд черных точек, двигающихся к нему.

— Кросский отряд. Что могло заставить Дома пойти на нарушение договора с Митрилем? — встревожился Коросс.

— Может этот эскорт за тобой? — поинтересовался Шут.

— Очень даже может быть, — отозвался Коросс, о чем-то напряженно размышляя. — И у них обязательно есть снадобья, которые помогут Ртути… Давайте договоримся так. Я спускаюсь вместе с Ртутью вниз, а вы ждете меня здесь. Если пойдет что не так, уходите.

— А что может случиться? — не на шутку встревожилась Ланетта.

Коросс улыбнулся девушке:

— Вряд ли что-то такое, что невозможно взять под контроль. Будем надеяться на лучшее, а готовиться к худшему… Линь, ты головой отвечаешь мне за Лани. И никакой магии с использованием ее Силы. У нее она сейчас на самом донышке плещется. Договорились?

— Езжай спокойно, и будь осторожен, — отозвался Шут необычайно для него серьезным голосом.

— Лани, — Коросс заставил посмотреть девушку ему в глаза. — Обещай, что не воспользуешься моим отсутствием, чтобы сбежать от меня.

— Обещаю, — вздохнула Ланетта, не в силах противиться этим серым глазам.

Ночью непогода разгулялась. Начавший к вечеру лениво накрапывать дождик превратился в холодный проливной дождь. Шут наделал из тонких деревец кольев и вогнал их в землю, используя в качестве опоры толстый ствол раскидистого дерева. Ланетта нарезала мохнатые еловые лапы, которые вместе с Шутом накидала сверху. Но очень скоро они с сожалением убедились, что их шалаш оказался очень условной защитой от непогоды. Сквозь промокший насквозь лапник на них лились тонкие струйки ледяной воды. Ланетта сидела на мокрой подстилке, судорожно кутаясь в плащ, в бессмысленном поиске защиты от промозглой сырости. Беспросветная мгла была достойным обрамлением такого же беспросветного уныния.

— Знаешь, Линь, — сказала, стуча зубами от холода Ланетта, — мне кажется, тебе стоит воспользоваться Силой и сделать крышу более прочной. Или хотя бы плащи непромокаемыми.

— Зачем? Мой плащ и так сухой. Для такой безделицы твоей Силы не нужно, — раздался у нее под ухом голос Шута.

Удивившись, она дотронулась до его одежды окоченевшей от холода рукой. Она не могла гарантировать наверняка, ибо нервные окончания на ее пальцах потеряли чувствительность, но ей показалось, что ее друг был таким же мокрым и холодным, как и она.

— Тебе кажется, — хмыкнул Шут, словно услышав ее мысли. — По мне, так очень даже тепло. Даже немного жарковато.

Она озадаченно потрогала амулет, пытаясь понять, испортился он или нет, а если испортился, смеется над ней Шут или говорит правду. И чем сильнее коченело ее тело, тем сильнее хотелось поверить в чудо. Не выдержав, она с робкой надеждой поинтересовалась:

— Под твоим плащом, правда, тепло?

— Конечно, — самоуверенно шмыгнул носом Шут. — Так и быть, иди сюда. Могу потесниться.

Она в потемках нащупала руку Шута и, нырнув к нему под плащ, оказалась в такой же мерзко-мокрой обстановке.

— Издеваешься? — разозлилась девушка, пытаясь отстраниться от него.

— Ну вот, ты разрушила колдовство и испортила мой плащ, — раздался страшный шепот Шута. Цепкие пальцы вцепились в ее локоть. — Вот и будь после этого добрым!

— Я не хотела, — потерянно всхлипнула девушка, и слезы с подозрительно быстрой готовностью заструились по ее щекам. — Ну что я за несчастное создание!

— И не говори! Такую магию разрушила! Из-за тебя я теперь могу простудиться. Здесь, знаешь ли, без Коросса, здоровье никто не поправит. А я существо нежное. Всю жизнь провел в тепле и неге, — чихнул Шут и категорично заявил: — Вот заболею и умру. Что будешь делать одна в глухом лесу?

— Линь, ну миленький, прости. Я ведь не нарочно, — уже в голос зарыдала Ланетта.

Напряженный день дал о себе знать: слезы с готовностью выступали по любому поводу

— Ну ладно, — смилостивился Шут, покровительственно обнимая ее за плечи. — Под двумя плащами будет немного теплее, а если ты придвинешься ко мне ближе, я, быть может, и не расхвораюсь.