Пророчество
Шрифт:
В моем распоряжении не было даже недели, чтобы войти в доверие к Щербак Анне настолько, чтобы та уговорила меня погостить на зимних каникулах у ее бабули в деревне. Джон дал на все про все шесть дней. Правда, пообещал полное содействие со стороны группы и даже гарантировал привлечение к операции наших русских коллег. Мы ведь с ними вроде как одним делом занимаемся. По крайней мере официально. А когда за дело берутся профессионалы, то короткий срок им не помеха.
Выдержки из блога Щербак Анны.
«Ура-а-а-а! Наконец-то закрыла сессию!
Выучить предмет пыталась. Честно. Пару раз. Вчера. Но затея нереальная.
Поэтому утром, как дура, на пересдачу приперлась вся нафуфыренная (девки из сто пятой, пасибки за косметику), выходные голодала, чтобы мини натянуть (в такой мороз-то!), а он (препод) не захотел ставить даже тройку (старый козел). Тот же информатик (аспирантик, неженатик, симпатичный, но не в моем вкусе) за один только мой беспомощный хнык на его допвопрос „хорошо“ влепил и отпустил с миром. А этот принципиальный, неподкупный.
Если бы не Юлька (ну это я так ее называю, на самом деле ее имя Ю Ли, она кореянка, из академа вернулась, с нами в группе теперь будет постигать науки), то ходить мне следом за хрычом все каникулы, канючить еще одну попытку. Так вот, когда я подсела отвечать (мычать, что успела со шпоры передрать), Юлька (красава!) вмешалась и такую демагогию (не уверена, может, тут другое слово употребить надо) развела, что у этого фанатика философии очки на лоб полезли. Спорили они по теме моего билета часа полтора, потом по своей столько же. И она убедила его! В результате офигевший, однако довольный полемикой препод обеим нарисовал „отлично“ (мне по инерции, я так понимаю).
Козой бы я была неблагодарной, если б не пригласила спасительницу отметить успешную сдачу экзамена в кафешку с целью уничтожения огромного шоколадного торта (прощай, мини, до следующего раза!) и бутылки шампусика!
Мы пели караоке, танцевали, приставали к какому-то типу за соседним столиком, после его дружок домогался нас. Потом Юлька заказала еще вина.
Дальше помню обрывками… кто-то сует букет роз… желтое такси… злая вахтерша… сонная кастелянша… много свернутых в рулоны матрацев…
Сейчас моя новая знакомая дрыхнет на соседней койке, а на тумбочке лежат документы на подселение студентки Ю Ли в мою комнату (вау, она не только философа, но и коменданта общаги уговорить смогла!)».
«Не прижимистая на „дать поносить модные шмотки“, без проблем одалживающая деньги, не отлынивающая от графиков: уборки туалета, мытья посуды, стряпанья завтраков и ужинов, всегда улыбчивая и на все отзывчивая Юлька понравилась даже вечно недовольной Гальке — третьей девушке из нашей комнаты».
«Все-таки она (Ю) оказалась не кореянкой, а китаянкой из какого-то Хулиня (прости господи). Но по-русски шпарит от и до (умница!).
Еще Юлька украинскую мову зубрит (правда, жалуется, что практики живого общения недостает)! Ее брат в Киевском инженерно-строительном учился. Потом там (в Хохляндии) и осел. Женился, работу достойную нашел. Сестру после окончания универа тоже к себе зовет».
«А что, может, устроить подруге практику по языку? Чего ей до начала семестра тупо париться в городе? Приглашу-ка ее к себе в Веселый. Пускай с бабой Зиной побалакает».
Теоларинэ.
Не скажу, что ночное разгадывание головоломок шамана изрядно всех вымотало. Все-таки нашу компанию жизнь достаточно потрепала, чтобы мы могли переносить гораздо большие физические нагрузки и эмоциональную усталость. Поэтому стремление, естественное для многих людей, прошедших подобные приключения, первым делом хорошенько отоспаться напрочь отсутствовало у всех, кроме меня. Да и то в моем случае не потому, что, в отличие от остальных, нахожусь в менее выносливом человеческом организме, а из-за того, что очень хочется попасть на Пангею. И желательно в родное тело дроу или по крайней мере Цветаниэль (лишь бы не в шкуру земного кота Барсика), чтобы своим присутствием подстраховать Вотара и серых эльфиек на суде в столице Светлого Леса.
Однако, как в последнее время часто случается, нашим планам помешали.
Сперва встревожилась Ёлифрэль, сообщив, что нарушен первый контур магической сигнализации, установленной ею перед уходом. Это означает, что в наше отсутствие кто-то ходил по двору. Второй контур остался нетронутым, следовательно, в дом проникнуть не пытались.
— Есть предположения, кто это мог быть? — настороженно произнесла я.
— Не знаю, но явно кто-то знакомый. — Рол указал взглядом на бегающего без привязи пса. — Дружок чужого бы не пустил.
— Я же камеру домофона к компьютеру подсоединил, — напомнил Базирог. — Можно прокрутить запись.
— Мы там никого не увидим, — остановила его Ёль, только что вышедшая из транса. — Сосны поведали, что со стороны улицы гости не приходили. Зато куст черной смородины ощутил, как мимо него не так давно проходил человек. Два раза — туда и обратно, с промежутком в несколько минут.
В хуторе Веселом земельные участки спереди огорожены заборами, а по внутренней меже, как правило, пущена сетка-рабица. Если соседи дружны, то между дворами обязательно установлена калитка, чтоб к друзьям в гости ходить. Вот возле такой калитки и растет черносмородиновый куст.
— Гришка! — догадался Ролтрилтар. — Пойду спрошу, чего он хотел.
— Ладно хвойные деревья, но смородина ведь спит зимой, как ты с ней разговаривала? — поинтересовался гном у магички.
Но ответила я:
— Малыш, помнишь, в детстве тетя Теоларинэ рассказывала сказку о лесных феях поветрулях? Чем дольше эти существа живут на одном месте и чем гармоничнее при этом их союз с окружающей средой, тем охотнее с ними общаются обитающие рядом животные и растения и тем радостнее выполняют их просьбы.