Чтение онлайн

Заперто – не заперто… Какая разница? Главное – у кого лучемет!

Стрельба началась сразу. Прежде чем Павел успел толкнуть дверь. Пули прошили оцинкованный лист, как бумагу, и ударили в защитное поле. «Колпачок» отреагировал на воздействие истошным визгом мартовского кота.

– Во дают! – громко удивился Федор, как только вокруг малость стихло. – Все-таки засада!

Ответить Павел не успел. Дверь распахнулась изнутри, и на пороге возник угрюмый лоб с «калашниковым» наперевес.

– А-а… – протянул лоб и неуверенно приподнял ствол. Застать гостей в живых он явно не рассчитывал, скорее, готовился оперативно убирать с улицы трупы.

– Бэ, – отозвался Павел и направил приклад лучемета гостю в скулу.

Перешагнув через обмякшее тело, он посторонился, пропуская Федора и наскоро осматриваясь.

Выщербленный бетонный пол, хаотически заставленный ржавыми бочками и переломанными ящиками. Обходная галерея вдоль стен на уровне второго этажа с мятыми перилами и решетчатым настилом. Несколько железных колонн, кран-балка поперек потолка, штук пять грязных плафонов на длинных проводах… Именно так все это Павел и видел, разве что люди успели переместиться. Все, кроме одного.

Едва доставая ногами до специально подставленной бочки, контактер висел посреди зала на руках, зацепленных за крюк кран-балки. Веревка до синевы в кистях перехватила запястья, голова поникла, лицо и тело носили следы побоев. Щадить парня, похоже, никто не собирался – расходный материал, всего лишь приманка для засады.

– Помер, что ли?.. – прокомментировал зрелище Федор.

И в тот же миг автоматы ударили снова. Сергеев невольно присел, но тут же выпрямился снова, пристыженно улыбнувшись. Павел поморщился: визг защиты и рикошетов отчаянно резал уши. В остальном происходящее было безопасным, такой обстрел «колпачок» был способен выдерживать неделями.

Павел сделал пару шагов к середине зала и мельком пересчитал огневые точки. Еще пара «калашниковых» с галереи. Два «макаровых» – это из-за бочек в дальних углах. Один помповый дробовик и двуствольный обрез, редкие гулкие раскаты которых перекрывали прочий лай и выбивали из защитного поля особенно высокие, леденящие нервы обертоны. Всего шестеро. И еще… вроде бы какая-то фигура напротив, в сплошной полосе тени от плохого освещения. Неподвижная и безоружная… Или обман зрения?

Сергеев появился рядом и деловито повел лучеметом из стороны в сторону. Прицелился сначала в галерею, затем в бочки… И опустил оружие, немного растерянно и смущенно оглянувшись на напарника. Павел понимающе пожал плечами. Да, засаду устроили далеко не самые безобидные люди и наверняка не из самых чистых помыслов. Однако силы оказались несопоставимы настолько, что ответный огонь очень уж походил бы на избиение младенцев в песочнице. Для чего все-таки нужен определенный эмоциональный настрой. Впрочем, выход был.

Павел изменил режим лучемета и, прицелившись чуть более тщательно, утопил пусковую кнопку. Плазменный шарик спорхнул с конца ствола, огненной искрой пересек зал и впился в стену у основания галереи под ногами одного из стрелков. Взрыв разворотил несколько листов, вздыбил настил. Тело перемахнуло через перила и рухнуло на ящики. Контузия, переломы – почти наверняка. Возможны осколочные ранения, но тут уж – лес рубят… Главное, одним автоматом меньше.

Сергеев кивнул, сообразив, и тоже поднял оружие. Дальнейший огневой контакт закончился в три молниеносных малиновых росчерка. Новый выстрел Павла обрушил другую сторону галереи. Сергеев накрыл сначала левый угол, откуда полетели деревяшки и разодранные бочки, а затем и правый. Из него уже не стреляли, двое бандюков, все бросив, метнулись к задней двери склада, но для очистки совести Федор все же нажал на кнопку.

Последние доски отгремели по стальным стенам, замерли разбросанные бочки. И наступила тишина. Оглушительная. Звенящая. Сколько ж грохоту они здесь наделали, если теперь уши словно ватой?..

Придумать ответ Павел не успел. Фигура у противоположной стены – все-таки не игра теней! – стремительно сдвинулась со своего места. Оба землянина снова вскинули оружие, но сектор обстрела перекрыл висящий посреди зала контактер, который вполне мог быть еще жив. Павел метнулся влево, меняя позицию и теряя на это целое мгновение. Федор вправо… А фигура выбросила вперед руку, из которой на середину зала вылетел темный предмет, и поспешно отпрянула назад – к той самой двери, до которой так и не добежали бандиты.

После огневого контакта в жестяных стенах склада появилось несколько не предусмотренных проектировщиками отверстий, через которые в помещение обильно лился свет угасающего дня. Двигаясь к своей цели, фигура пересекла несколько лучей, и Павел едва не споткнулся, потеряв еще одно мгновение.

Серый плащ до самого пола, огромный капюшон, широкая, но сутулая, как будто специально согнутая спина… И еще летящая походка, стремительная и плавная…

Павел, не задумываясь, высадил бы в эту спину весь заряд батареи лучемета, если б только это могло помочь! И если была бы хоть секунда времени…

Выброшенный фигурой в капюшоне предмет взорвался переходящим в ультразвук визгом и перекрывающей даже ультрафиолет вспышкой. Однако физического воздействия не наступило, и поле «колпачка» не среагировало.

А потом очень быстро наступила тьма.

– …Не видно ни черта… Семен, ты, что ли, здесь?

– Я, я. Сиди тихо, не дергайся.

– Сижу… Не дергаюсь… Куда посадил хоть?

– В машине мы, Паша. Не рвись, ремень оборвешь.

– Понял… Я-то думал… Погоди. В какой машине? Там же Сергеев!..

– Здесь он, Паша. В отключке пока на заднем…

– Хорошо… Хотя стой! Контактер еще!..

– Контактер тоже здесь.

– Тоже в отключке?

– Да. Почти… Ничего, оклемается, если до сих пор кони не двинул.

– Не видно… Чем же он нас так?

– Я бы сказал – свето-шумовой гранатой. Если бы ты в судорогах не зашелся по беспамятке…

– Какая граната, Семен?.. Там ящер был!.. Какая, к дьяволу, у ящера граната?

– Тихо, тихо… Размахался руками… Откуда здесь ящер? Сейчас-то? Примерещилось тебе с контузии.

– Семен, я точно говорю! У Сергеева спроси!

– Спросим, как иначе? В себя придет, и спросим… Ты расслабься, подремли пока. А то два раза чуть не зашиб уже меня… И глаза закрой – таращишься как бельмами, смотреть страшно.

– Смотреть?.. Не вижу я ни черта, Семен…

– Ну вот и закрой. Или нет, погоди-ка… Где аптечка твоя?..

– Зачем?..

– Отдохнешь маленько. До фабрики еще час по пробкам…

– Не надо. Черт, больно же!..

– А я говорю – не дергайся! Иголку чуть не сломал. Все, спи теперь давай…