Проснись!
Шрифт:
– Ты – мой спаситель, – сказал он с набитым ртом и обернулся к сестре. – А ты, бросай хандрить.
– Не указывай мне, – буркнула Гретель. – Ты сам частенько уходишь в себя.
– Только иногда.
Со стороны стола послышался смешок. Двойняшки обернулись на девушку.
– Что? – Ганзель как-то глупо улыбнулся.
– Ничего. Просто вы милые.
– Ха-ха, – отозвалась Гретель.
– Пфф, а вот я милый, – парень вскинул голову и подошел к подруге. – А ты – чудо, – с этими словами он поцеловал ее в щеку, делая вид, что не замечает злобного взгляда сестры.
– Ну, я побежал дальше, – кинул он на прощание, выбегая и кухни.
– Выпендрежник, – зло хмыкнула Гретель.
Но девушка у стола уже не обратила на это внимание. Она пыталась успокоить свое сердцебиение и скрыть пунцовые щеки.
Спустя пару часов вечеринка была в самом разгаре. Народ был уже навеселе. Она стояла у окна и пила что-то из пластикового стаканчика. Она не очень любила шумные сборища, поэтому сейчас предпочла остаться в одиночестве. Девушка оглядела толпу, выискивая взглядом друзей. Гюнтер вовсю отрывался на псевдотанцполе, Ганзель весело смеялся в компании еще совсем недавно незнакомых ему парней, а Гретель все так же в одиночестве сидела на диване. Взгляд вновь упал на Ганзеля, который словно почувствовав это, посмотрел ей прямо в глаза. Щеки девушки вновь начали заливаться краской. Она быстро отвернулась к окну.
Они общались уже достаточно давно, и все это время ей было безумно сложно совладать с чувством первой влюбленности. Ганзель казался ей идеальным. Да и имело ли это значение, когда при виде этого человека у нее в груди начинался ураган, а в животе просыпались бабочки. Каждый миг их общения был для нее особенным.
Однажды она слышала, что когда любишь человека, его образ впечатывается в память. Все, вплоть до мельчайших подробностей. Только сегодня она задумалась, что это не так. Что это просто слова. Когда любишь, ты просто чувствуешь. В памяти остаются лишь воспоминания, а не внешний вид человека.
– О чем задумалась, красавица? – его дыхание опалило ее шею. Всей поверхностью спины она чувствовала жар его тела.
– Ни о чем, – смущенная улыбка.
– Так я тебе и поверил, – он встал рядом, опираясь на стену спиной.
Они молчали несколько минут. Она смотрела в окно, боясь сделать вдох. А он смотрел на толпу, кусая губы. Он усердно размышлял, словно решаясь на что-то.
– У нас еда еще осталась? – внезапно спросил Ганзель.
– Да, на кухне, – удивленно.– Накормишь? – он вновь закусил губу.
Она зашла на кухню первой, он шел следом, комкая край своей футболки. Девушка поставила стакан с вином на стол и, делая глубокий вдох, повернулась к другу. Она не успела спросить, чего именно ему хочется… Ганзель накрыл ее губы своими, сразу завлекая их в свой плен.
Ее сердце пропустило удар, а по телу пробежала волна мурашек. Это был ее первый поцелуй. Он запустил пальцы ей в волосы, другой рукой сильнее прижимая ее к себе. Привкусы смешался воедино. Мир перестал существовать. Она чувствовала, как он улыбается сквозь поцелуй, а у нее подкашивались ноги…
– Я ухожу, – как гром среди ясного неба.
Они отпрянули друг от друга. В дверях стояла Гретель, держа в руках сумку и мобильник.
– Почему? – просипел Ганзель.
– Здесь скучно, – скептически протянула девушка.
– Не выдумывай, – он смотрел на сестру, хотя было заметно, что он очень хочет закончить начатое.
– Я сказала, мы уходим, – четко.
Гретель развернулась и вышла из кухни. Ганзелю ничего не оставалось, как последовать за ней. Однако на прощание он вновь повернулся к подруге и нежно поцеловал ее губы.
– До встречи, – прошептал он и выбежал вслед за сестрой.Девушка осталась одна в полной тишине. Сердце стучало в висках, губы покалывало, дыханье сбилось. В конце концов ее ноги подкосились, и она сползла по столу на пол, улыбаясь как идиотка.
* * *
Она не очнулась даже от нестерпимого жжения в венах. Ей больно, но сил кричать нет. Сол честно пыталась открыть глаза, но у нее ничего не получалось. Тело отказывалось подчиняться приказам мозга.
– Сол, – тихий голос в самой глубине сознанья. – Держись, Сол. Все будет хорошо.
И вновь темнота. Вновь пустота внутри нее.
* * *
– Сколько еще это будет продолжаться? – Рихард устало плюхнулся на стул в доме семьи Сол.
– Ты издеваешься? Она в отключке всего пару часов, – напротив него сидел мужчина, всего на несколько лет старше.
– Может, стоило отвезти ее в больницу?
– И тогда бы все узнали, что она жива. Я вот лично не знаю, кто еще придет по ее душу, – мужчина закурил.
– Ты так и не бросил?
– Ой, Рик, отстань! Мне только твоих нотаций не хватало.
– Йорг, я запутался, – Рихард вновь о своем. – Что мне делать?
– Для начала вновь начать делать зарядку, – усмешка. – А то если бы я не подоспел вовремя, этот урод тебя бы прикончил.
– Тебя отец послал? – слегка обиженно.
– А кто ж еще, – Йорг засмеялся.
– Спасибо, – благодарно.
– Да ладно. Я тебя и не из таких передряг вытаскивал. А если серьезно, тебе нужно сделать выбор.
– Какой? – удивленно.
– Определись, что ты чувствуешь: ненависть или любовь.
– Что? – уже совсем изумленно.
– А всегда говорил, что у тебя нездоровый интерес к этой девчонке.
– Ты думаешь…
– Я уже давно не думаю, Рик. Я вижу. С вашей первой встречи ты сам не свой. Все мысли только о ней. Это уже давно не работа, мой друг, это уже любовь… ну или одержимость…