Чтение онлайн

– И да, – уже с порога добавила гостья, – ещё дядюшка Теодор просил, чтобы ты дал Валери несколько уроков верховой езды. В столичной Академии, где ей предстоит учиться, очень популярны конные прогулки.

Про уроки верховой езды – просто контрольный в голову. Кто бы самого Шевцова в седле держаться научил. Как будет выпутываться? Может, ему на самом деле ногу подвернуть?

Мать Эдварда закрыла за собой дверь. Аккуратненько так, почти беззвучно, но движение было победным – как будто она поставила жирную точку и обозначила факт: что бы там сын себе ни думал, последнее слово останется за ней. Алесю же за всё время визита она даже ни разу взглядом не удостоила, словно хотела показать, что та для неё пустое место.

Что ж, надо признать, в этом раунде дамочка победила. Обставила, использовав группу поддержки. Леся покосилась на Валери. Кого это, интересно, им с Шевцовым подсунули? Вся эта история о том, что какой-то там десятиюродный дядюшка просил Эдварда об ответном одолжении, напоминала шитый белыми нитками предлог. На самом деле, это чудо в перьях заслано, чтобы портить жизнь. Но каким образом? Может, она шпионка? Будет матери Эдварда докладывать свежие сводки с передовой? Или цель юного создания отбить Виктора Валериевича у Алеси, в смысле Лорда у Мелиссы? Поэтому и уроки верховой езды придуманы. Чтобы у двух голубков был повод для тесного общения.

Валери сидела на диванчике в той же идеально грациозной позе, в какой её оставила мать Эдварда и смотрела на Лесю с плохо скрываемой неприязнью. Как будто та ей три рубля долга второй год не возвращает. В общем, как на соперницу. А значит, в планах Валери всё-таки не шпионаж, а охмурение. С её модельной внешностью и отточенными манерами цель вполне реалистичная. Лесе вдруг стало немного обидно, что она не во вкусе Шевцова, а эта новоявленная «ноги от ушей», похоже, наоборот всем стандартам босса соответствует. Именно таких красоток Алеся и видела постоянно крутящимися вокруг Виктора Валериевича.

Правда, пока Шевцов не выражал ни малейшего желания быть охмурённым. Алеся уже умела распознавать по выражению лица босса некоторые оттенки его эмоций и видела, что девица вызывает у него в основном раздражение. Леся даже подозревала, что Виктор Валериевич готовится зарычать на гостью примерно так, как рычит на Ниночку из бухгалтерии, когда она свежераспечатанный отчёт нечаянно чаем заливает.

– Эдди… – Валери красиво хлопнула длинными ресницами, – можно ведь мне называть тебя Эдди, мы же родственники? – проворковала она. – Я так устала с дороги. Окажи любезность, позови прислугу. Пусть покажут мою спальную и отнесут туда багаж.

– Я сам отнесу, – вместо рычания неожиданно проявил галантность Виктор Валериевич. – Прислугу я уже отпустил.

А может, Алеся поспешила с выводами? Может, Шевцов и не прочь быть охмурённым? Вон голос какой елейный. Эх, что с мужчинами делают «девяносто-шестьдесят-девяносто».

– Сам отнесёшь сумки? – ещё один красивый взмах ресницами. – Спасибо! Ты так любезен.

Валери поднялась с грациозностью королевы, и Виктор Валериевич тоже пришёл в движение. Только почему-то шагнул не в сторону багажа, а в сторону Алеси.

– Надеюсь, и ты проявишь любезность, – Шевцов мило улыбнулся Валери. – Постараешься, как можно реже попадаться нам на глаза.

Он обнял Алесю за талию. Пятерня легла так по-свойски, как будто тут для неё место забронировано.

– Видишь ли, у нас с Мелиссой сейчас особый период. Кх-м… Подготовка к свадьбе. И всё такое…

Вплотную прижатая к твёрдому боку Шевцова, к этой его гладкой шёлковой рубахе с запахом моря, Алеся и так-то с трудом сдерживала готовый вспыхнуть румянец, но Виктор Валериевич ещё больше усугубил её смятение – чмокнул в макушку и добавил многозначительно:

– Ты уже достаточно взрослая, Валери, должна понимать… У нас с Мелиссой медовый месяц…

Румянец таки прорвался. Залил щёки. И как-то даже всему телу стало горячо.

Вообще-то, медовый месяц – это тот, что после, а не перед свадьбой, но Валери, тем не менее, всё поняла. Она часто-часто заморгала, кисло сморщила носик и совершенно неграциозно переступила с ноги на ногу.

– И, да, Валери, называй меня «Эдвард». «Эдди» я только для своей малышки. Да, дорогая? – ещё один поцелуй в макушку.

– Д-да, Эдди.

Шевцов, наконец-то, отлепился от Алеси и направился к багажу. Подхватив сумки, скомандовал Валери:

– Идём.

Они затопали по лестнице вверх и скрылись из вида. К Алесе вернулась способность дышать. Нет, всё-таки актриса из неё никакая. Это Шевцову любая роль легко даётся – хочешь, ревность изобразит, хочешь, любовь с медовым месяцем. А у Леси до сих пор щёки горят. Как только они с боссом останутся наедине, она обязательно скажет ему что-нибудь такое, чтобы ему неповадно было в другой раз подобные импровизации затевать. Алеся уже даже придумала примерное содержание своего негодующего спича. Но потом вспомнила, какими глазами Валери таращилась на руку Шевцова, лежащую на Лесиной талии, и решила: ладно уж, на этот раз она простит Виктору Валериевичу его возмутительное поведение.

Документы, которые Шевцов запросил в офисе автомобильной компании, были доставлены через пару часов. Шофёру потребовалось три ходки, чтобы отнести объёмистые коробки с папками в кабинет. Глядя на эту гору бумаг, Алеся просто гордость испытала, что на Земле изобретён электронный документооборот. Это ж сколько часов потребуется Виктору Валериевичу, чтобы разобраться во всей этой писанине? Наверно запрётся в кабинете и даст распоряжение не отвлекать, как он это обычно делал в офисе, когда предстояла кропотливая работа.

Но вопреки ожиданиям, как только водитель распрощался, Шевцов скомандовал:

– Пойдёмте, Чистякова, поможете мне разобрать документы.

Алеся поглядела изумлённо. До сих пор Виктор Валериевич ничего ответственного ей не поручал. Чай, кофе, или какие-нибудь уже готовые сводки подбить. Неужели вспомнил, что, вообще-то, она по образованию экономист?

– Чему вы удивляетесь, Чистякова? Сегодня рабочий день, – выдал он засеменившей рядом Алесе. – Но, учитывая специфичные условия, будет вам засчитан по двойному тарифу.