Чтение онлайн

Это не просто порыв молодого кавалериста, не сумевшего стать героем на суше и решившего стать им в море. К началу Крымской войны Королевский военно-морской флот стал заложником ситуации, которую спровоцировали сорок лет мира. Резкое увеличение численности флота привело к невероятной нехватке не только матросов (их-то еще можно по портовым кабакам наскрести), но и офицеров. Последних Адмиралтейство зазывало на службу откуда угодно. Сами английские моряки считали эту меру двойственной. С одной стороны это были люди опытные, но с другой долгое время вне службы отучило их от военных порядков.{930} Матросов брали с коммерческих судов, артиллеристов из армии. Появилось огромное количество юнг. Забегая вперед, отмечу, что в день бомбардирования в списках погибших и раненых на кораблях Королевского военно-морского флота едва ли не треть были мальчики от 15 до 17 лет. Все это снижало боеготовность кораблей.{931}

Корабли тщательно приготовили к бою. Были сняты верхние части мачт и рангоута, что в немалой степени помогло англичанам, особенно в первой стадии боя, когда русские артиллеристы не смогли точно определить дистанцию до целей. Над палубами натянули специальную сетку, чтобы уберечь команды от травм, получаемых в результате падения деталей рангоута. Все, что могло быть легко разрушено, укрывалось, все, что могло вызывать возгорание, удалялось, все, что могло быть сорвано с места — укреплялось. 

Английская корабельная артиллерия, примененная во время первой бомбардировки Севастополя 5(17) октября 1854 г.

Похоже, что непонятная решительность англичан насторожила французов, давно понявших, что за камнем береговых батарей их буду ждать не дилетанты, а профессионалы. Остаток дня Гамелен провел в раздумьях и совещаниях, а почти в полночь нанес неожиданный визит Дандасу.

Бреретон вспоминал: «Ближе к полуночи того же 16 октября Гамелен нанес визит Дандасу. Последний был немало удивлен заявлением французского командующего, что по распоряжению генерала Канробера он меняет план предстоящего сражения. По новому плану его корабли должны будут выстроиться в линию, встать на якорь напротив батарей и начать обстрел. Гамелен предложил Дандасу выстроить свою эскадру аналогично. Английский адмирал высказал недовольство подобными изменениями, но Гамелен, безоговорочно подчинявшийся решениям главнокомандующего, заявил, что будет выполнять приказ даже без взаимодействия с британским флотом».{932}

Так что же предложил Гамелен Дандасу? Все просто. Французский адмирал убеждал отказаться от любого, пусть самого элементарного маневрирования. Даже делить эскадру на отряды, по их мнению, не было нужды. Французы посчитали, что будет вполне достаточно выйти перед батареями, образовать линию, в условленное время одновременно «выгрузить» на русских лимитированный боезапас и убраться в свои бухты. Этим они ставили англичан в совершенно идиотское положение, вынуждая менять все ранее спланированное.{933}

Дандас, вообще считавший, что французы никогда не умели маневрировать на море, отличаясь малоподвижностью со времен, когда их бил великий Нельсон, решил действовать по своему плану, понимая зависимость французских адмиралов от главнокомандующего, да и менять что-то было уже поздно.{934}

Единственное, с чем он согласился — в связи с лимитом боеприпасов отказаться от раннего начала обстрела и открыть огонь по готовности, примерно к полудню.{935}

Когда визиты закончились, французский штаб издал приказ №374 «Об атаке на форты и батареи Севастополя», подписанный адмиралом Буа-Вильомезом, определявший план действий флота, стоявшего в Камышовой бухте, в грядущей акции.

1. Атаку произвести колонной из 14 линейных кораблей на дистанции 8 кабельтовых (в шахматном порядке, чтобы расстояние и глубина строя обеспечивали возможность каждому возможность маневрирования и выхода из огня при тяжелых повреждениях{936}).

Севернее в продолжение линии будут действовать два турецких корабля. Большие корабли становятся на якорь в местах обозначенных буями. [24] Первый корабль бросает якорь в 7 кабельтовых от батареи на Карантинном мысе, остальные занимают места последовательно.

2. Порядок кораблей в первой линии будет следующим: №1. «Шарлемань»; №2. «Монтебелло»; №3. «Фридланд»; №4 «Виль де Пари»; №5 «Валми»; №6 «Генри IV»; №7 «Наполеон».

Корабли второй линии займут позиции между кораблями первой линии: «Алжир» (№8) между №№1 и 2; «Жан Барт» (№9) между №№2 и 3; «Маренго» (№10) между №№ 3 и 4; «Виль де Марсель» (№11) между №№4 и 5; «Сюффрен» (№12) между №№5 и 6; «Байярд» (№13) между №№6 и 7; «Юпитер» (№14) между №7 и «Махмудие». Замыкает — второй корабль турецкого флота («Шериф»).

3. Фрегат «Помон» замыкает вторую линию перед «Юпитером».

4. Все корабли, назначенные для буксировки, занимают места со стороны противоположной противнику в следующем порядке: «Фридланд» — «Вобан»; «Виль де Пари» — «Могадор» («Примоге»); «Валми» — «Декарт»; «Генри IV» — «Канада»; «Алжир» — «Магеллан» («Евменид»); «Маренго» — «Лабрадор»; «Виль де Марсель» — «Панама»; «Сюффрен» — «Альбатрос»; «Байярд» — «Улла»; «Юпитер» — «Кристоф-Коломб».

Корветы «Плутон» и «Тисифон» находятся вне досягаемости пушек в готовности заменить поврежденные буксировщики.

Три корабля («Дофин», «Моет», «Мегаре») находятся возле корветов в готовности действовать в соответствии с приказами. Турецкие корабли — севернее головы колонны.

Основная цель — Александровская и №10 батареи. Передовой отряд, кроме того, оказывал поддержку британцам, действуя во фронт Константиновской батареи.

Французская корабельная артиллерия, примененная во время первой бомбардировки Севастополя 5(17) октября 1854 г.