Противостояние
Шрифт:
– Может, ты и прав. Но с чего ты решил, что это храм или алтарь?
– Да пусть хоть башня или пирамида! Как всегда, разумные в этом деле не имеют большой фантазии. Даже если это будет стальной астероид – все равно от него никакого толка.
– А с чего ты взял, что никакого? – Крафа выглядел в ауре словно человек, готовый вот-вот заснуть, но онемение возле уголков губ, которое просматривалось определенной структурой, разработанной Тителом Брайсом, показало, насколько Гегемон волнуется и как заинтересован.
Его более юный враг и коллега постарался разочаровать по максимуму:
– Мне тоже попадались упоминания о тех счастливчиках, которые отыскивали такие желанные объекты. И всегда им не везло: второй раз они отыскать ничего не смогли.
– Ха! Да потому и не смогли, что не знали секрета перенастройки, – ожил, словно и не дремал только что, Крафа. – Хочешь, поделюсь секретом?
Теперь фыркнул от смеха Светозаров:
– Ага! Как в той сказке: «Угощайся яблочком румяным на здоровье!» А яблочко-то отравлено. Так и видится перед глазами: нахожу я этот храм, начинаю там проводить перенастройку, а меня – раз! И превратили в контрабас! Представляю, как ты на том свете обхохочешься!
– О-о! Хвалю! Я бы до такой каверзы не додумался, – польстил Гегемон, тоже усмехнувшись. – Но сама инструкция настолько проста, что в ней никакая ловушка не поместится. Так что поделюсь. Может, в ответ и ты что полезное для нашего выхода отсюда расскажешь.
– Обмен не равнозначен! Вот если бы я мог прыгнуть к объекту – тогда да. А так… что мне толку с твоего секрета? Да и не выдумка ли он?
– Решай сам. А я все-таки расскажу.
Пересказ долго не продлился, да и в самой сути вроде не крылось чего-то смертельного. Только и следовало внимательно прочесть все надписи на корпусе Станции, а потом выбрать нужные слова и составить из них, поочередно прикасаясь к каждому, нужное приказание. Например: «Отныне я беру этот сектор под свой контроль, требую постоянной привязки к нему и передачи мне всех сведений!» Или: «Теперь я здесь командую!» А то и: «Требую подчинения только мне!»
Причем трибун решающий говорил вроде бы истинную правду, но все равно что-то недоговаривал. А что именно, догадаться было пусть и сложно, но возможно. Допустим, вначале следовало набрать определенный пароль из тех же слов. «Имею право распоряжаться!» Или: «Бойся стали – влюбляйся по-царски!» Там ведь как раз подобной мешанины слов хватало с избытком.
Могло быть и несколько иначе: вдруг так следовало провести пальцем по слову, словно зачеркивая его? А то и тыкать пальцем в каждую буковку отдельно? И опять-таки набирая вначале пароль? Вариантов – тысячи, а ткнешь не туда и не то, шутка про контрабас может оказаться реальностью.
Поэтому в итоге граф Дин сделал вид, что не поверил своему врагу совершенно. Еще и рассмеялся в лицо:
– Стареешь, пиявка, явно стареешь! Фантазия погасла, не иначе!.. Ладно, банкет окончен, отдых тоже, приступаем к работе? Ну и по ходу мне еще несколько баек расскажешь. Я тебе уже и темы придумал.
Тиран и предатель обиженно фыркнул и пожал плечами:
– В кои веки расскажешь один раз правду, и то найдется не верящий слушатель. А что за иные темы?
Они двинулись к недавно сооруженной дамбе, взобравшись на которую намеревались обследовать вначале совместными усилиями свод самой большой пещеры.
– Да разные. Например, что ты можешь интересного рассказать про Свинг Реальностей?
– Оп-па! – Гегемон даже на месте замер, оглядывая с ног до головы своего соперника. – Догадывался, что ты и об этом знаешь, но не думал, что признаешься.
– А что же в этом странного?
– Даже твой последний вопрос! Во все времена и во всех вселенных Торговцы свято блюли один основной закон: никаких записей о замке и никаких разговоров о нем при посторонних. То есть информация давалась только среди наших. А раз ты не родился полторы тысячи лет назад, то знать про Свинг ты не можешь никак.
– С чего это ты решил?! – Дмитрий даже позволил себе с издевкой рассмеяться, вкладывая в свои слова максимум уверенности. – Мне, ко всему прочему, известна туда дорога, по которой в замок может попасть даже простой человек, не Торговец.
С минуту главный тиран и злой гений Торговцев стоял и недоверчиво хмурился, а потом тоже рассмеялся:
– Да ты научился лгать с аурой правды вокруг головы! Вот молодежь дает! Вот это гений! Ты знаешь, я тебя по этой причине даже не стану убивать, как мы выберемся в пустыню. Возьму тебя в лабораторию и буду тщательно изучать.
– Возьмешь? А пупок не надорвется от большой тяжести?
– Не ехидничай и уважай старших. Потом еще не раз оценишь мою доброту.
– Ладно, «добряк», по уши в крови и дерьме! – разозлился Светозаров. – Работать будем? Давно бы так!.. Тогда ты влезай на тот край дамбы, а я на этот и начинай по моей команде экстраполировать структуру проникновения на те квадраты свода, что я укажу. – Некоторое время они работали, только обмениваясь деловыми указаниями, но потом пришлось добавить: – И не молчи даром, рассказывай о замке все, что тебе известно.
Крафа даже улыбкой не отреагировал на такое наглое, по его мнению, требование.
– Да что там рассказывать. Закрыт замок давно, нет туда хода никому.
По его тону получалось, что он сам об этом жутко сожалеет, и следовало уточнить дополнительными вопросами:
– И кто закрыл?
– Была пара идиотов, – чуть не прорычал в ответ Гегемон со злостью. – Страшно жалею, что им удалось умереть раньше, чем я добрался до ловушки.
– А кто же там теперь подкармливает зверушек? Неужели все четыре вида вымерли?
Вопрос был на проверку: знает ли враг вообще что-либо о ныне существующей кормежке, при которой животным в каждом дворе невидимые силы сбрасывали каждый день некие запасы пропитания в виде лесной дичи.
Оказалось, что Крафа не знал либо хорошо притворялся в своем незнании.
– А чего их кормить, если они магической силой замка кормились. Даже если замок перестал распространять вокруг себя энергию – просто вымерли, да и все.
– Ну да, ну да, – пробормотал Дмитрий с таким видом, словно отстранился от сути разговора. – Раньше-то от старости они просто уходили за ворота, и вся недолга. А сейчас наверняка уже в мумии превратились.