Чтение онлайн

Перед тем как задернуть шторы Миша, охранник от нашей стороны, прикрепил к стеклу генератор случайных вибраций, пошла-таки контора навстречу моей паранойе.

Я, как обычно, занял место чуть в стороне, чтобы не путаться у девочек под ногами, сама беготня с бумажками - не мое дело, все-таки целый CRO немаленькой такой конторы. Ну или специалист по контролю рисков, если не выпендриваться. К обычным финансовым рискам, правда, особого отношения я не имел, но кого такие тонкости интересуют? Мягко провалился в кожаное кресло. А место-то удобное, позволяет держать весь кабинет в поле зрения и под контролем. Да, пожалуй, вот отсюда и буду тихонько и незаметно наблюдать за остальными.

Размеры богатого, но безвкусно обставленного помещения позволили людям расположиться вполне свободно. Пока участники предстоящего таинства расслабленно рассаживались, успел оценить присутствующих, вроде без неожиданностей. Комфортнее всего чувствовал себя Олег Мамедович. Кабинет мой тезка обставлял под свой не слишком изысканный вкус. Дорогие кресла скрипучей темной кожи не очень сочетались с дорогим же офисным столом, хотя и подходили под стиль дивана. Тоже дорогого. Висящее по стенам холодное оружие больше подошло бы гостиной, а приличных размеров живописное полотно на тему "инквизиция сжигает некроманта", висящее рядом с моим креслом, своей натуралистичной мрачностью вообще гармонично вписалось бы в каминную залу, а не рабочий кабинет. Но, хозяин - барин. В нашем случае хозяин - алдар будет точнее, или как там у черкесов землевладельцев называли? Усевшись поудобней, достал планшетный девайс и, невесело вздохнув, приготовился провести в таком положении несколько часов.

***

Встреча проходила скучно и предсказуемо. Разве что напрягал охранник от принимающей стороны. Назвать этого чем-то неприятного парня телохранителем язык не поворачивался. Вот наш Миша отрабатывал именно что телохранителя. Особой нужды хранить тело Босса на этих исключительно мирных переговорах не ожидалось, но Михаил всем своим видом излучал непоколебимость, неприступность, невозмутимость и еще кучу положенных по ситуации "не-".

Очевидная тривиальность сделки позволила выбрать именно его, всего такого двухметрового респектабельного и эффектного из себя. А не, скажем, Дэна (это для случая, когда делаем вид, что готовы прирезать прямо среди разговора) или давешнего Костика (если вероятность всамделишного смертоубийства превышала допустимые пределы). А вот "охранник" с той стороны подбирался по принципу "земляк из своего аула", приходилось контролировать мимику и на корню гасить даже тень на брезгливость. Эмоции в нашей команде полагались только боссу. Ну и еще юристу, если можно назвать эмоциями, то тщательно изображаемое праведное негодование, которое как раз демонстрировал Самуил Моисеевич.

"...- и таки за пункт 1.2 в дальнейшем именуемые сто-г-онами я бы все-таки поп-г-авил, чтобы оно лучше согласовалось с фо-г-гмули-г-овкой из пункта 6.3, Лазай-й Давидович!".

Разумеется, эта демонстрируемая интеллигентная запальчивость являлась частью церемониала и не могла ввести в заблуждение даже Танечку, нашего референта. Танечка с милой и очаровательной улыбкой (даже с моими способностями не сразу определишь, что профессиональной) продолжала украшать собой переговоры, подавать воду Боссу еще до того, как он попросит, и подносить по необходимости письменные принадлежности Самуилу Моисеевичу.

И уж подавно экспрессивные замечания юриста не вводили в заблуждение его коллегу. Лазарь Давидович столь же старательно картавил и грассировал на "р". И столь же тщательно отрабатывал гонорар. Просто встретиться и в пять минут подписать договор два этих юридических монстра считали ниже своего достоинства.

Боссы, слегка разомлевшие после своего гораздо более экспрессивного и менее цензурного раунда общения, благодушно взирали на резвящихся акул Фемиды. Ирочка (как-то не поворачивался язык даже мысленно называть ее Лодочниковой Ириной) - зеркальная копия Танечки от принимающей стороны, столь же миловидно улыбалась и демонстрировала предупредительность. А вот "охранник" симметрию нарушал.

В нашем Мише под маской кучи "не-" просматривались скука (чуть заметный перехватываемый порыв потереть рукой бровь), желание поскорее закончить эту тягомотину (характерное неконтролируемое переставление ног, нацеленных носками ботинок на выход) и мечтательность в якобы равнодушных взглядах, искоса бросаемых на референточек. Все в Мише читалось просто и понятно. И, что самое главное, не выбивалось из построенной поведенческой модели. А вот Руслан, телохранитель Олега Мамедовича, в модель все никак не хотел укладываться.

Немного вальяжная поза в удобном кожаном кресле понятна. Не нравилась мне, но ожидаема для взятого по блату друга дальнего родственника. Почти нескрываемая брезгливая маска для второсортного телаша тоже простительна. Но вот неконтролируемые микрореакции в жестах и мимике все никак не хотели укладываться в стройную систему.

Я чуть отвлекся, контролируя порхание Ирочки по офису. Предугадывая желание своего шефа, она грациозно переместилась к чайному сервизу и оказалась в "опасной" зоне. Хоть сделка и оценивалась как "безопасная: вероятность силовых неприятностей исчезающе мала, вероятность юридических неприятностей крайне мала", но я все равно наметил по офису несколько "опасных" зон, в которых слабый невооруженный человек в одно скрытое движение может превратиться в вооруженного. И мониторил ситуацию каждый раз, когда наши тщательно картавящие акулы или мечущие милые улыбки девушки к этим "опасным" зонам приближались. Конечно, представить, как Ирочка выхватывает из богемского сервиза браунинг и изображает Фани Каплан, было сложно. И не от того, что у меня фантазия бедная. Просто и биография Ирочки (тоже землячка своего босса - похвальный все-таки у хозяина кабинета патриотизм в отношении малой родины), и полное соответствие ее микрореакций составленной поведенческой модели, - все это успокаивало. Но на всякий случай вблизи "опасной" зоны присматривал и за Ирочкой.

Ну а, чтобы присматривалось приятнее, несколько минут назад незаметно облил водой стул как раз отвлекшейся девушки. Тонкое хлопковое платьице Ирины чуть подмокло и стало эротично липнуть к стройным ножкам. Шутка уровня младшей школы, но хоть какое-то развлечение.

Миша в очередной раз проводил мелькнувшее платьице, игриво облепившее изящные ножки, зрачки непроизвольно метнулись в область фантазирования, вот что значит самец. Хозяин кабинета, Олег Мамедович, выдал более интересную реакцию: глазки пробежались по фигуре плавно скользнувшей Ирочки, затем ниспадающий взгляд за спину вещающего Самуила Моисеевича, микродвижение углом губ и, наконец, на долю секунды зрачок метнулся в сектор воспоминаний. Я проконтролировал мимику - хоть наш гостеприимный хозяин и не являлся моим непосредственным работодателем, но не стоит показывать, что знаю, на каком столе и в какой позиции он имеет секретаршу.

Реакция "охранника" опять оказалась неправильной. Ухватил только его последние микрожесты, и они опять не вписывались в схему. Периферийный взгляд на Олега Мамедовича и непроизвольное дерганное микросокращение угла рта. И что бы это могло значить? Брезгливость, отвращение или жадность? После мелькнувшей Ирочки ничего этого не должно быть! Если бы чуть хуже читал людей, то сейчас сидел бы и терзался необъяснимым чувством тревоги. А так мое чувство тревоги было вполне себе объяснимо и сидело, чуть нагловато закинув ногу на ногу.

Убедившись, что Ирочка разлила чай и, по крайней мере, в этот раз, не собирается изображать диверсанта, чуть изменил положение в кресле. Хватит! В первую очередь буду наблюдать за Русланом.

Охранник сидел ко мне в четверть оборота, нога по-прежнему закинута на ногу - поза придания уверенности, руки замком обхватывают колено. Подождем, когда он в очередной раз повернется хотя бы вполоборота, микродвижения лицевых мышц могут рассказать очень многое, а неконтролируемые траектории микроперемещений зрачка вообще позволяют читать реакции человека как открытую книгу. При должном умении, конечно, ну или неосознанно в рамках знаменитой женской интуиции. Но основное действо переместилось к столу, юристы окончательно согласовали текст договора, девушки получили возможность заняться непосредственно делопроизводством, и у Руслана пропал повод крутить шеей.