Чтение онлайн

Таймер показывал одиннадцать утра, и это означало, что я проспал без малого семь часов. Что это было, увиденное? Это был повод раскинуть карты еще раз.

Но делать этого я не стал.

На мои нервы обрушилось слишком много. По приезде домой мне следовало просто как следует поужинать и лечь спать. И уж точно не рыться после всего случившегося в посмертных записках тысячелетнего чудовища, а затем еще и пытаться найти отсутствующие ответы в миражах-предсказаниях.

Разминая затекшие плечи, я подошел к окну и зажег сигарету.

Свет пасмурного утра лился с неба, насыщая все оттенками серого. Бетонные многоэтажки застыли в своей безжизненности, походя на титанические склепы. Листва деревьев и кустарников отяжелела от дождевой воды. Темнели лужи на выщербленном асфальте. Все окутывала легкая туманная дымка. Ни ветра, ни звука, ни движения. Полный покой…

Один из тех дней, в которые приятно побыть затворником, расслабленно сидя с чашкой чая, наслаждаясь спокойствием и одиночеством, занимаясь книгами и размышлениями. Мне бы хотелось провести день именно так, но этому желанию суждено было продлиться не дольше, чем сигарете.

Докурив, я пошел собираться. Предстояла масса дел.

Первым делом я добрался до тайника, координаты которого мне выслал Командор. Вместительный ржавый ящик был спрятан в руинах мертвого сектора, похоронен в подвале под грудами мусора. Спускаясь в темноту, я старался не вспоминать ночной кошмар. Разбросав хлам, я положил в ящик сумку с записями Вурдалака и забрал сверток, предназначенный мне.

В свертке находились четыре батареи для лазерного излучателя и удостоверение майора полиции. Очевидно, дела с внедрением во все структуры власти продвигались скорыми темпами — если я мог распоряжаться такими весомыми «корочками»…

Выбравшись из зарослей, я отправился в Ядро.

Рукав моего одеяния был здорово потрепан псом Вурдалака, и мне нужно было подыскать что-то новое. Магазин, в котором это нашел, оказался фешенебельным бутиком, и цена плаща равнялась цене малолитражного автомобиля.

Это не имело для меня никакого значения, поскольку Тридцать Шестой параграф приносил свои плоды. В ходе уничтожения культистов-послушников гарантированно наталкиваешься на кучу мерзостей, но порой в их логовах находятся еще и звонкие монеты…

Мне нужны были вместительные внутренние и внешние карманы и покрой, способный скрыть оружие. Крепкая кожа, которую непросто разрезать, порвать и поцарапать, — черного цвета, чтобы сливаться с темнотой и чтобы на ней не было видно красного.

Кроме всего этого у плаща был еще и капюшон, поэтому я купил не раздумывая.

Затем, в другом месте, я подобрал себе сапоги — добротные, с пластиковыми полусферами на носках и мягким шнурованным голенищем, высотой почти до колена. Если постоянно ходишь по грязи, проще счищать ее с сапог, нежели со штанин.

Это была серийная модель, армейский вариант. Мне не требовалась уникальная обувь, оставляющая уникальные следы.

Покончив с одеждой, я отправился в автосалон.

Я мог бы купить себе дорогую машину, но мне не хотелось привлекать внимание. К тому же вскоре эту машину могла постичь печальная судьба — ее могли изрешетить пулями, я мог утопить ее в одном из глубоких шахтных прудов-отстойников, как не раз поступал с машинами культистов, заметая следы… В конце концов пришлось бы ее просто бросить, где-то засветившись. Поэтому я оформил на некоего Клинта Новикова, одну из несуществующих виртуальных личностей, документами которых меня снабдил Орден, довольно скоростной «Рено» — за двадцать тысяч.

Было четыре вечера, когда я справился с покупками и поехал в один из мертвых секторов, чтобы забрать из своего тайника то самое оборудование, которым разжился у Зомби. «Черный ящик», позволивший следить за Вурцем, не появляясь у него на радаре, был на месте. Некоторое время я провозился, подключая его и пряча под заднее сиденье. Из того же тайника я пополнил свой боезапас — рассовал по карманам четыре обоймы для пистолета.

За чисткой и смазкой оружия я еще раз задумался, просчитывая варианты, и набрал Таню.

Она ответила на вызов после первого же гудка.

— Алло?

— Добрый вечер, это Рауль, — сказал я самым любезным тоном. — Тот, который сидел вчера на кладбище.

— О, привет!

— Вы добрались домой без происшествий?

— Да, доехали хорошо. А ты как? Прогулка прошла без приключений?

— Спасибо за беспокойство, все прошло нормально… В одиночестве мне стало вдруг скучно, и я отправился домой. А сегодня никак не могу решиться покинуть дом — день свободный, но на улице так пасмурно…

— Я тоже. Целый день сижу дома, погода еще та… — она вздохнула. — Поздним вечером будет концерт. И на вечер обещали грозу.

— Ливень будет обязательно, — я посмотрел на небо. — Тучи уже собираются. Но я мог бы заехать, несмотря на это.

— Правда? Времени до концерта уйма. Мой адрес — сектор 228-46, улица 12, дом 27. Ты приедешь скоро? Заберешь заодно свой шарф…

— Через пару часов, — ответил я. — К семи вечера.

— Тогда не прощаемся. Я буду тебя ждать.

— Не прощаемся…

Я положил трубку и несколько раз прокрутил запись нашего разговора.

Мне не показалось — я различал в голосе Тани натянутость. Это не было следствием плохой погоды и одиночества, ее беспокойство было специфическим. Обычные люди неспособны почувствовать подобные тонкости эмоций, но для меня, человека с врожденной телепатией, всю свою жизнь сопоставлявшего слова и настроения людей с их мыслями, беспокойство Тани походило на обычное не более чем пурпурный цвет на красный. Еще на кладбище я убедился, что Таня обладает чуткой интуицией, и ее нынешнее тревожное состояние указывало на то, что ее мысли читают. Читают весь день, прямо у нее дома, а она сидит весь день на иголках, не решаясь выйти из четырех стен.