Чтение онлайн

– Я ищу маму и не знаю точно, где она живет, потому что очень давно там не была, – пояснила она.

– Неужели? – Женщина продолжала глядеть в окно.

Бетси робко тронула ее за руку.

– Пожалуйста, можно задать вам вопрос?

Женщина повернулась к Бетси. В ее взгляде читалось сомнение, словно она уже знала, что Бетси задаст какой-нибудь неуместный вопрос вроде: всегда ли она жила на востоке или есть ли в ее доме лифт. Коротко кивнув, она сказала:

– Вы же понимаете, я не могу ответить на все вопросы.

– Мне нужно только направление, в котором искать. Подсказка. Я уверена, что сразу узнаю это место, вот только сомневаюсь насчет дома. Окна выходят на реку, стены выкрашены в розовый цвет…

– В розовый?

– А еще, – торжествующе добавила Бетси, – на стене висела одна хорошая картина.

Она как будто издалека услышала мамин голос: «Поверь, если у тебя есть хотя бы одна хорошая картина, можно обойтись без…» Без чего? Без цветов? Без кроватей? Без Бетси?

Женщина глубоко задумалась.

– Вы помните улицу? – спросила она наконец с надеждой.

– Где-то в центре, я уверена. Там ведь лестницы.

– Что ж, кое у кого – не у друзей, конечно, нет, я их не знала, с такими людьми я не… – Женщина сделала пренебрежительный жест рукой.

– Да, я знаю много таких людей, – охотно подтвердила Бетси.

– У них была квартира на… дайте вспомнить… на Десятой, потому что мы сразу пошли… нет-нет, вру. На Шестнадцатой, да, точно. В середине квартала.

– В середине квартала, – повторила Бетси. – А реку было видно?

– Вы сказали про картину, и теперь я понимаю, почему запомнила то место. Я никогда туда не возвращалась, толком не знала хозяев, но у них висела картина, которой они очень гордились. Мужчина был художником.

– Ой, нет, моя мама не художница.

– Не профессиональным художником, разумеется. Не из богемы. Я бы ни за что не отправила вас туда, куда вам ходить не следует. Как вам только в голову такое пришло. – И, сложив руки на груди, женщина опять отвернулась к окну.

– Простите, я совсем другое имела в виду. Просто мне показалось, что это не то место, которое я ищу.

– Ну, вы же упомянули про картину.

– Понимаете, я ищу маму. Она ждет меня после долгой разлуки.

– Ваша остановка, – отрезала женщина.

– Спасибо. – Бетси встала. – И спасибо, что подсказали направление.

– Можете не ссылаться на меня. Они, наверное, даже не помнят моего имени.

Глазам Бетси предстала довольно унылая картина. В надежде, что вид остался прежним, она посмотрела вдаль – туда, где улица заканчивалась, упираясь, вероятно, в реку. Однако и тут ее ждало разочарование. Она не нашла на тротуаре написанных когда-то по незастывшему бетону слов ЭЛИЗАБЕТ ЛЮБИТ БЕТСИ, не увидела на грязном заборе знакомых царапин, а нарисованная мелом стрелка с корявой надписью вам сюда указывала на невысокие ворота, над которыми кто-то неуверенно вывел: клуп. Нет, подумала Бетси, мамы здесь точно нет, это место можно вычеркивать. Середина квартала, сказала женщина, середина квартала, вид на реку… Явно не те, что с вывесками СДАЮТСЯ КОМНАТЫ, Портной, Продаются канарейки, Медиум. На другой стороне улицы многоэтажный дом из белого камня теснил своих соседей со съемными комнатами, и Бетси направилась к нему. Таблички на доме крупными буквами сообщали его номер и размеры апартаментов, однако умалчивали о лестницах, и Бетси в надежде, что вот-вот узнает это место, шагнула под козырек над входом. К двери вела невысокая ступенька – видимо, декоративная, потому что сразу за дверью обнаружилась точно такая же. Бетси прошла в небольшой вестибюль, на стене которого были нарисованы оранжевые рыбы в черном море. Возможно, их нарисовали живыми, но теперь они умерли. Жалкие, с поникшими плавниками, рыбы выглядывали из нарисованной воды. Наверное, их можно было спасти, когда они впервые поднялись на поверхность за глотком воздуха и уставились своими вытаращенными, умоляющими глазами на случайного гостя. Немного свежей воды или ласковый взгляд – и они бы радостно приветствовали входящих в полумраке вестибюля. Рыбы, однако, умерли, а гостей, сидя за столом, встречала тучная женщина в клетчатом платье с замашками благородной дамы.

– Полагаю, вам нужны апартаменты? – Она подалась вперед, накрыв собой лежавший на столе журнал. Когда ее внушительный бюст коснулся поверхности стола, женщина опомнилась и села обратно. – Могу я узнать, кого вы ищете?

– Мою маму.

– Она здесь? – Женщина еще раз подалась вперед и села обратно. – Имя, пожалуйста.

– Меня зовут Бетси, а у вас я ищу маму. Ее здесь нет?

– Я не знаю, милая. Какие вам нужны апартаменты?

– Точно не могу сказать. Там розовые стены и вид на реку, а еще одна хорошая картина, потому что если у вас есть одна хорошая картина, можно обойтись без…

Женщина с безучастным видом разглядывала объявление в журнале, обещавшее за полтора месяца обучить ее инженерному делу.

– Розовые стены? – переспросила она.

– И вид на реку.

Женщина посмотрела наверх, затем вбок и наконец вниз.

– И вы думаете, ваша мама здесь? Даже если здесь и живет чья-то мама, мне про это ничего не известно.

– Но она сказала…

– Розовые стены, – с раздражением произнесла женщина, как будто не хотела жить в мире, где стены красят в розовый цвет, а ей приходится дни напролет смотреть на оранжевых рыб в черном море. – Наверняка один из этих маляров, – неодобрительно добавила она.

– Значит, мамы здесь нет? – приуныв, спросила Бетси.

– Нет, ее здесь нет. Бедная – потеряли мамочку, да? – Женщина быстро перелистывала страницы журнала, словно искала что-то для Бетси. – Убирайтесь, слышите?

Бетси послушно направилась к выходу мимо мертвых рыб, и, подойдя к ступеньке, такой же, как снаружи, услышала, как женщина с отвращением бросила ей вслед:

– Вечно вам подавай что-нибудь эдакое. Розовые стены!

Бетси зашагала по улице. Подходящих домов она больше не видела, а заглядывать во все подряд казалось ей бесполезной затеей. Навстречу, с трудом различимый в тени домов, двигался человек, и Бетси решила: если она задаст вопрос, никакой беды не случится, зато потом, возможно, этот человек расскажет маме, что Бетси старалась изо всех сил.

– Простите, – сказала Бетси, коснувшись руки прохожего, – вы случайно не видели мою маму? Миссис Ричмонд?

– Привет.

– Робин? – ужаснулась она. – Робин?

Бетси бросилась прочь и слышала, как он смеется у нее за спиной, точно охотник, который знает, что добыча его, и потому никуда не торопится. Наконец она выбежала на свет и ощутила себя в безопасности.

– Доктора Райта, пожалуйста. Мне нужно с ним поговорить, скорее, прошу вас.

– Кого?

– Пожалуйста, я звоню из автомата, у меня мало времени. Прошу вас, позовите доктора Райта. Скажите, что это Бет.

– Кто-кто вам нужен?

– Доктор, доктор Райт.

– Вы ошиблись номером, леди.

– Конечно, ошиблась, дурак безмозглый. Думаешь, я чокнутая?

В отель Бетси вернулась перепуганная и злая, однако дать волю страху и гневу она не могла – ей бы просто не хватило самообладания, чтобы их побороть. Она злилась на Бет, которая хитростью пробралась к телефону и чуть не погубила их всех. Она боялась человека, который оказался Робином и все же дал ей уйти. Но главное, ее пугал и злил этот доктор из отеля, который караулил попавших в беду людей, кормил их обедом, а потом обводил вокруг пальца. Никому, с горечью подумала Бетси, никому нельзя доверять.