ПУЛЬС СВЕТА
Шрифт:
– Я представил: - Вот вырастет сад, небольшой пусть, и я сяду в плетёное кресло под дерево и буду читать книгу в тени, - говорил он негромко, остановив перед собой взгляд.
Люся приоткрыла небольшой ротик, распахнув ресницы, улыбалась чуть, склонив голову по-детски.
– ... А ты будешь гулять рядом с дочкой, между больших кустов, как их там..., как в Зальцбурге, помнишь? Вот... Ты будешь в широкой белой шляпе и потом пойдёт дождь...
– Хм!.. – ухмыльнулась вслух Люся.
– А мы побежим к дому, убежим, выйдем на веранду и будем пить чай за большим круглым столом. А дождь так и будет хлестать по веткам кустов со цветами, будет лить струями с крыши. А мы будем смотреть и улыбаться... Потом, дождь кончится и опять будет солнце... – Не шевелясь медленно говорил Антон.
– ... А Свете будет пять лет... И веранда большая будет, как комната наша в Зальцбурге...
– А ещё будет кто-нибудь? – обхватила она ладонью подбородок.
– Ещё?
– Эй!! – вдруг донеслось из-за столов, - чай пить идите, сейчас дождь будет! – долетел звонкий Катин голос.
Наталья, сидя спиной, повернулась к саду. Оттуда раздался короткий смех.
– Вот чудаки!.. – покачала она головой.
За столами рассматривали торт. Даже подошли поближе, кому не видно. Посмотреть было на что.
– Ох! Какой! Здорово! Какой красивый! – говорили наперебой.
– Выдумщики! – любовалась баба Варя.
Торт был широкий, тонкий, как срезанный пласт дёрна. На зелёном фоне, изображающем траву, разбросаны разные цветы, а на них – сидели пчёлы! Ещё одна бабочка и божья коровка, сделанная из половинки маленького орешка.
– Ну, фантазёры! – хвалил Олег.
– Лены идея! – улыбался Александр.
– Вот чему на биофаке учат! – смеялась Катя, потом стала вслух считать пчёл, - раз, два, три!..
– Кать! Всем хватит! – улыбалась Лена, - режь, лучше, а то дождь пойдёт!
Торт попробовать успели. Ещё успели укатить в домик коляски. Дождь, будто ждал терпеливо, остановив набухающие тучи. Но ветерок напирал настойчиво. Редкие капли застучали по столам.
– Не успеем! Под стол давайте!..
Сложили оставшееся под стол, кое-что решили захватить с собой. Дождь хлынул разом, под женский визг. Полыхнуло ярким светом.
– Ух! Ты! – закричали сразу.
Где-то рядом ухнул гром. Вадим побежал к машине, потом повернулся и увидел, как обернулась Ольга, быстро шагая к домику. Остановились оба. Он развернулся, подбежал к ней.
– В машину бежим! – сказал громко, перекрикивая шум дождя. Подал руку.
– Поздно бежать...
– Что же делать?.. – растерянно спросил, вдавив в плечи голову.
– Идём, покажу домик... – спокойно сказала она и медленно шагнула мимо него к тропинке. Молча пошли к домику. За спиной треснуло небо, надрывая душу. Вадим обернулся. Ольга сжалась, закрыв глаза. Вошли в крыльцо. Вода стекала ручьями, у ног образовалась лужа. Потекла в щели, меж сухих досок.
– Подожди немножко... – улыбнулась она, открывая дверь. Вышла через несколько минут. Стояла в дверях в сухом халате, волосы распущены.
– На... – протянула полотенце, - сними с себя всё, выжми... Я печку разожгу! – Улыбалась, оглядывая его с ног до головы, ушла снова.
«Хорошо, документы отдал», - подумал он, вынимая всё из карманов.
Процедура оказалась почти бесполезной, да и мокрое одевать, нет хуже.
– Ну где ты? Проходи... – ухмылялась Ольга, открыв дверь.
Вадим вошёл, стуча зубами, вытирая полотенцем голову.
– Переодеть мне тебя не во что, как-нибудь сам сохни..., вот садись сюда, - показала она на стул у печки.
Вадим сел, оглядывая домик. Куча книг. Кой-какая мебель. Всё старое. Часть осталась от прежних хозяев. Стол меж окон, за печью, кровать за шторой. Торшер в углу. Тюль на окнах.
– Хорошо у тебя, тихо, уютно... – улыбался слегка он.
– Тихо..., - повторила Ольга, - до того тихо, выть иногда хочется... – скривила она губы, взглянув на дождь за окном. Села у окна.
В печи загудело. Вадим молчал.
– Чай будешь? – спросила тихо.
– Снова чай? – усмехнулся он.
– Коньяка у меня нет, - склонила голову, подняв брови, - есть водка, даже пол бутылки..., водку будешь?
Вадим повернул голову медленно.
– Ты что, водку пьёшь? – спросил с недоверием.
– Это с восьмого марта осталось, - поднялась она бесшумно, - мы пили втроём, я, Катя и Люся...
– Нет..., не буду... – дёрнул он щекой.
– Тогда чай?
– Чай! – мотнул головой.
Ольга скрылась на кухне. Загремела железом. Вадим вытащил бумажник. Открыл. Всё мокрое. Сегодняшняя зарплата. Отделил от пачки не гладя, покрутил головой, положил на край стола. Снова сунул в карман. Вздохнул. Огляделся не торопясь. За окнами шумел дождь. Открыл дверцу, подкинул оставшиеся дрова. Оставил так. От одежды пошёл пар.
Ольга вошла повеселевшая. Стянула в узел волосы, держала в каждой руке по чашке. Подошла к столу, лицо изменилось сразу.
– Это что?.. – спросила натянуто – скупо.
– Где? – повернулся он, - а, деньги...
– Сколько?..
Вадим поёжился о её голоса.
– Не знаю... – выдавил растерянно.
Чашки стукнули о стол, он вздрогнул чуть.
– Это за ночь, или за целую неделю...
– Ты что?.. – поморщился он, соображая.
– Уходи...
– Оль, ты что!!! – впился он в неё взглядом.
Она медленно повернула голову, жалость и усмешка в лице... Вздёрнулась губа, голос хрипнул чуть:
– Ты тоже... И ты тоже... Такой же... – Как железом о стекло, выговорила с дрожью.
Запылала старая рана.
– Оль... Ты не поняла!.. Я хотел... – приподнимался он со стула, - я не успел только!..
– Проваливай! – надрывно крикнула она по-звериному.
Закрыла лицо руками. Вадим вскочил, как на пружине. Расставив руки, замер...
– Что же... Что же это?.. – всхлипывала она тонко, - ну, почему снова?.. – вскрикнула в слезах.