Чтение онлайн

— Не надо.

— Надо.

— Нельзя убивать ребенка!

— Да что ты в этом понимаешь! — Стейси почти кричала. — Что ТЫ в этом понимаешь?

Майкл сжал зубы.

— Кто отец ребенка?

— Не важно. Он об этом ничего не узнает!

— Стейси, он ведь живой! Он уже живой!

— Замолчи! Он… Его отец — сволочь! Ты же блаженный, ты ничего не можешь мне сказать. Я не могу так!

— Я стану ему отцом.

Майкл не ожидал, что скажет такое. Слова сами собой сорвались с языка. Сердце заколотилось, как бешеное. Ему стало страшно и хорошо. Он вырвется из замкнутого круга. Момент истины. Сейчас все должно решиться.

Стейси не ответила. Она сидела, всхлипывая, и смотрела куда-то в сторону.

— Ты не сможешь, — наконец сказала она. — Ты не сможешь стать отцом чужого ребенка. Ты хороший человек, Майки, и ты достоин лучшего. Ты не должен быть с такой тварью, как я!

— Я люблю тебя, — спокойно сказал Майкл. — Я люблю тебя такой, какая ты есть. Они любили тебя за что-то, а мне достаточно только тебя.

— Ты не должен, Майкл!

— Я так хочу! Я знаю, что говорю.

Стейси посмотрела ему в глаза. Она смотрела долго, пытаясь увидеть душу этого странного парня. Понять, что же у него на уме. Майкл молчал, и ей показалось, что он действительно так думает — он не лжет.

Она поверила ему.

— Я должна подумать, — сказала она и неожиданно обняла его. — Спасибо, Майки!

Те три дня, что Стейси думала, Майкл провел как будто в бреду. Он не находил себе места, пропускал занятия и бесцельно бродил по городу, как привидение.

Стейси позвонила ему на четвертый день и сказала «да».

— Я хочу, чтобы мы были вместе, — сказала она. — Я люблю тебя. Не знаю, что нас ждет, но надеюсь, что я приняла правильное решение.

— Не бойся ничего, — сказал ей Майкл. — Я обо всем позабочусь.

И он позаботился. Майкл бросил магистратуру и уехал обратно в Санта-Розиту. Там он выдержал долгий бой с родителями, закончившийся отвратительной ссорой. Но это его не остановило. Он нашел работу в автомастерской и снял маленькую квартирку. Пока он этим занимался, Стейси ездила к своим родителям. Мистер и миссис Гроган были менее категоричны в своих суждениях и даже предложили молодым жить у них в Арканзасе. Предложение было мягко отклонено, и спустя неделю Стейси уехала к Майклу.

Полгода, последовавшие за этими событиями, вспоминались потом Майклу, как сон. Он работал в автомастерской, а Стейси устроилась в магазин продавщицей. Она стояла у прилавка до тех пор, пока ей позволяло положение.

Она родила в местной больнице, и Майкл был рядом с ней. Роды оказались тяжелыми: у Стейси было тазовое предлежание плода, но все закончилось благополучно. Она родила мальчика, которого назвали Сэм.

Майкл часто вспоминал ее слова. «Ты не сможешь стать отцом чужому ребенку». Он слышал их у себя в голове каждый день, когда смотрел на Сэма, крошечного кричащего человечка, которому он спас жизнь. «Ты не мой», — думал он. — «Ты чужой мне». Но это было неправдой. Майкл любил этого ребенка. Видя, как доверчиво и требовательно Сэм тянет к нему свои маленькие ручки, Майкл готов был заплакать… и растерзать любого, кто попытается отнять его. Ребенок должен был стать цементом в их семье, навсегда сплотить их, собрать в единое целое. Должен был стать, но не стал.

У Стейси начались депрессии. Она много плакала, плохо спала и все время повторяла, что губит Майклу жизнь. Из-за нее он рассорился с родителями, бросил колледж и теперь вынужден терпеть чужого ребенка. Майкл пытался ей возражать, говорил, что любит Сэма. Но она не слушала.

И вот однажды, спустя неделю после первого дня рождения Сэма, он вернулся домой и не обнаружил там никого. На кухонном столе, придавленная сахарницей, белела записка.

Эту записку он сохранил. Она до сих пор лежит у него в шкатулке с документами на дом. Прошли годы, но он так и не решился прочитать ее вновь.

Стейси ушла. Ушла к тому, кто был настоящим отцом ребенка. Оказывается, незадолго до рождения Сэма, она написала ему. Отцом оказался Дик Райли. Майкл едва знал его. Райли играл к футбольной команде колледжа. В записке Стейси писала, что она никогда не простит себе того, что сделала с Майклом, писала, что не вправе отнимать у него жизнь. Писала, что любит, и всегда будет любить.

Они не были женаты официально, и у Майкла почти ничего не осталось от Стейси и Сэма, кроме ее фотографии и письма. В тот вечер он сильно напился. И на следующий.

Его спас Чак. Он убедил Майкла остановиться и выйти из штопора. Чак сидел с ним, как нянька, первые два месяца, пока Майкл приходил в себя. Боль была такая, как будто ему вырвали сердце. К Майклу заходили и другие. Санта-Розита — маленький город, Майкла там знали и жалели. И скоро боль начала стихать и становилась все тише и тише, и ныла теперь, как заноза, где-то в самой глубине души.

Майкл ничего не ответил Стейси. Не пытался с ней встретиться, не устроил скандала. Его как будто опустошили, и эта пустота осталась с ним навсегда. Он так и не помирился с родителями, сам не зная почему, он отвергал все их попытки вновь наладить отношения. Спустя какое-то время, он переселился в дом на окраине города и вошел в долю в автомастерской. А потом появилась пустошь, и жизнь вновь обрела смысл.

— Ты все еще любишь ее? — спросила Анна. Голос ее звучал хрипло.

— Нет. Иногда мне кажется, что на самом деле я никогда ее не любил. Просто зациклился. С людьми такое бывает.

— А Сэма?

— Для него будет лучше ничего обо мне не знать. Да и мне тоже.

Анна опустила лицо в ладони. Плечи ее затряслись. Раздались рыдания, громкие и мучительные, как крики боли. Она заплакала, безудержно и истерично, сотрясаясь всем телом. Майкл испуганно обошел костер и сел с ней рядом, обняв за плечи.

— Я расстроил тебя? Извини.

— Нет, — с трудом произнесла Анна. — Не ты. Я просто…

Она задохнулась и не смогла договорить.

— Просто мне надо поплакать. Прости. Ты не виноват.

Майкл обнял ее и прижал к себе. Тело Анны сотрясалось от плача. «Вот и хорошо», — подумал он. — «Хорошо». Она рыдала, и вместе со слезами из нее выходила болезнь.

Они сидели у костра в полной темноте, обнявшись, как перепуганные дети. Майкл смотрел вдаль и думал о Сэме, а вокруг тихо шелестел ветер.