Пустошь
Шрифт:
«Не верь ему! Не верь ему!», — тихо шептала Анна. — «Это какая-то ловушка!». Майкл обернулся и пошел к машине. Незнакомец шагал рядом с ним.
— Анна, все в порядке! — крикнул Майкл. — Выходи!
Анна открыла рот, чтобы сказать «нет», но передумала. Ей не хотелось покидать «Сабурбан», в машине она чувствовала себя в безопасности. Это было глупое чувство, но оно было правильным. Разумным хотя бы отчасти. А то, что происходило на улице, было чистой воды безумием. Даже здесь. Особенно здесь! Анна не хотела выходить, но понимала, что это бессмысленно. Если должно было случиться что-то плохое, оно уже случилось, и теперь поздно прятаться. Она нехотя выбралась из машины и остановилась рядом с ней.
— Анна! — сказал Майкл. — Знакомься, Бенжамин «Хорек» Флай!
— Очень ппприятно, — сказал незнакомец и протянул ей руку.
Воспоминания с огромной скоростью пронеслись перед Анной. Флай. Хорек. «Бенни, Бенни, ты слышишь меня?!», — кричала в рацию Линда. Бенни. Бенни, который пропал в пустоши два года назад. Первый райдер. Жених Линды. Он стоял сейчас перед ней, худой, высокий, сильно загоревший человек и протягивал руку. Анна протянула свою в ответ.
— Анна.
— Вы даже не представляете ррребята, как я рад вас вввидеть! — сказал Хорек. — Когда вы ппроезжали мимо, я просто не поверил ссвоим глазам!
Они вместе заполнили баки «Сабурбана» и устроились в тени магазинчика. Майкл и Хорек принесли стол и стулья. Анна поставила бутылку воды, а Бенни маленькую бутылку «Текилы». Они с Майклом выпили понемногу, Анна, извинившись, отказалась. Она до сих пор не могла осознать, что произошло, и тщетно боролась с неприятным ощущением, что случилось что-то плохое.
— Когда ты нас увидел? — спросил Майкл.
— Для вас это было пару дддней назад, — ответил Хорек, откинувшись на спинку стула. — Я был в ссстороне от дороги и вдруг вижу, кто-то ппрет прямиком в язву. Я чуть не обделался, чччестное слово! Ссамоубийцы!
— В язву? Какую язву?
— Когда я ездил, Ддок, об этом еще ннникто не знал. Судя по твоему ввопросу, и сейчас не знают. Язва — это плохое мместо. Гиблое. Они разбросаны по пустоши, ккак болячки по коже. Их лучше обходить. Бывают тттакие, из которых не выбраться. Их ббольшинство. Нне приведи Господь попасть в нее! Вам очень ппповезло, ребята! Есть сигареты?
Майкл достал из кармана пачку и зажигалку.
— О, благослови ттебя Бог, Майки! Я не курил цццелую вечность!
Хорек затянулся и сразу закашлялся. Он кашлял долго и надсадно, мотая головой и сотрясаясь всем телом. Анна поморщилась. Майкл улыбался.
— Отвык, — засмеялся Хорек. В глазах его блестели слезы. — О, черт возьми!
Он еще раз откашлялся.
— Когда вы вввыехали, Док?
— Несколько дней назад.
И снова взрыв кашля — Хорек пытался смеяться.
— Майки, Ммайки, все тот же Майки! Здесь тттвои несколько дней ничего нне значат! Дата! Какое бббыло число?
— Шестое июля две тысячи десятого года.
— Хрень собачья!
Повисла тишина.
— Ты пропал два года назад, — сказал Майкл.
— Ддва года… Два года — ерш твою мать!
Хорек помрачнел.
— И ты, кконечно, отправился ммменя искать?
— Да. Но не нашел.
— Разумеется, откуда ннам было знать, что все это бббесполезно.
Он осторожно затянулся.
— А я ведь хотел зззавязать, — сказал он грустно. — Думал, что та поездка будет ппоследней.
— Я помню.
— Так и вышло.
Он отхлебнул воды.
— Когда я увидел ммашину… Кстати, ккклассная ттачка, Док!
— Спасибо!
— Когда я увидел ммашину, мне ппоказалось, что это обычная хренотень. Все-таки рядом язва. Но пппотом сказал себе — Ббенни, сказал я, ты не можешь быть уверен, что это хрень. Ттты должен узнать. И я пошел за вами, но пппришлось остановиться. Язва. Я подождал, пока она не ррассосется и рванул вперед. Честно гговоря, очень боялся, что вы сссмоетесь.
Анна нахмурилась. Хорек говорил бессвязно, прыгая с темы на тему. Он не понравился ей. Она представляла его совсем другим. И потом, он даже не спросил про Линду! Как будто не помнил ее вовсе.
— А ты возишь пппассажиров? — спросил Хорек.
Анна вздрогнула.
— Вообще-то нет. Это исключение.
— Понятно, — ответил Хорек и неожиданно подмигнул Анне.
Она еле сдержалась, чтобы не поморщиться. Глаза Хорька были блестящие и горели каким-то безумным огнем. Странные глаза.
— Ты, наверное, много знаешь о пустоши? — спросил Майкл.
Хорек пожал плечами.
— Ддостаточно. Я сбился со счета, но пппо моим ощущениям я здесь уже не меньше пяти лет. Круто, а? Время тут ссскачет, ребята, как необъезженная лошадка. И вввыделывает такие выкрутасы, что ттолько за голову держись!
— Пять лет! — пролепетала Анна. — Боже мой!
— Да, ссестричка! Ббоже!
— Расскажи мне, что знаешь!
Хорек замотал головой.
— Не гггони лошадей, Ммайки. Успеется. У нас ттеперь полно времени. Черт, все время, ккоторое есть на этом ггговенном свете, теперь наше! Я немного устал. Не ттак уж легко бегать по ппустыне, да еще в такую жару! Мне пппришлось избавиться от лишних пприпасов. Вот так. У вас ннайдется что-нибудь перекусить?
— Конечно! Пошли.
Они встали, а Анна осталась сидеть за столом, пытаясь привести в порядок свои чувства. Все произошло так неожиданно, так быстро, что она никак не могла отделаться от ощущения, что это происходит не на самом деле. Как будто она спит и видит сон.
Хорек беспокоил ее. Пять лет! Пять лет, проведенных в аду! Кто может выдержать такое? Он напоминал ей беса из преисподней, появившегося из ниоткуда, чтобы забрать их с собой в бездну. Ей не нравилось, что Майкл сразу же принял его. Конечно, они были давно знакомы, и Майкл обрадовался, но… От Хорька исходило что-то плохое. Что-то фатальное.
Анна почувствовала себя брошенной. Майкл ушел, даже ничего не сказав ей. Она вспомнила вчерашний вечер, когда он рассказывал свою историю. Тогда он был совсем другим. Настоящим, без всяких масок. А теперь… «Уж не ревнуешь ли ты?» — спросила она себя. — «Так глупо! Сижу здесь и дуюсь непонятно на что. Мы встретили человека. Это же чудо! Надо радоваться! Вот Майкл радуется». Она кисло улыбнулась и встала из-за стола.
Майкл разложил еду на куске газеты. Хорек неожиданно грохнулся на колени и затянул: