Чтение онлайн

– Что?

– Вы уверены?

– Черт возьми!

– Кто?

– Че-ерт возьми!

– Да.

– Да!

– Я думаю, через два с половиной часа.

– Нет! Оставьте все, как есть.

Морс положил трубку и замер, уставившись вперед, как сомнамбула.

– Что-то относящееся к делу? – поколебавшись, отважился спросить Льюис.

– Они нашли тело.

– Чье?

– Джордж Далей. Застрелен. Прямо в сердце.

– Где?

– Бленхэйм. Бленхэймский парк.

– Фью-ю! Там, где Джонсон...

– Джонсон его и нашел.

Внезапно Льюис почувствовал, что ему нужна пинта пива, почти столь же сильно, как и Морсу, но автомобиль мчался, не останавливаясь – неуклонно приближаясь к Оксфорду. Морс не произнес больше ни слова.

Доктор Лаура Хобсон стояла на коленях около тела. На этот раз ее блестящие карие глаза смотрели на другого инспектора, не на Джонсона – на Морса.

– Вы считаете, что он умер мгновенно? – спросил Морс.

Она кивнула.

– Я не эксперт по баллистике, но, вероятно, это одна из пуль со смещенным центром тяжести, которая меняет траекторию внутри тела.

– Ими пользуются при охоте на оленей, – спокойно добавил Морс.

– Иногда... – она ощупала труп, – довольно трудно найти входное отверстие. Но не в этом случае. Смотрите. – Она указала изящным пальчиком на маленькое, окруженное венчиком крови отверстие диаметром чуть больше диаметра карандаша, расположенное сразу под левой лопаткой человека, лежавшего ничком на земле между ними. – Но с выходным отверстием таких проблем не бывает. – Она чуть повернула тело и показала на отверстие – кусок тела был вырван сразу под сердцем, – дыра размером почти с апельсин.

На это Морс смотреть не стал. Конечно, он привык к виду смерти, но смерть в автокатастрофе, или тяжкое телесное повреждение, или просто большое количество крови – зрелища такого рода он не переваривал. Вот почему он отвернулся и несколько минут смотрел на спокойную лесную прогалину, откуда недавно кто-то выстрелил Джорджу Далею в спину и, вне сомнения, наблюдал, как тот падает и затихает под громадным дубом. А владельцы ружей семимиллиметрового калибра? Морсу были известны двое: Дэвид Майклс и Джордж Далей. Но вряд ли Джордж Далей смог бы застрелить самого себя в спину из собственного ружья.

– Есть ли какие-нибудь соображения насчет когда? – спросил Морс.

Доктор Хобсон улыбнулась:

– Это первый вопрос, который вы всегда задавали Максу.

– Он говорил вам об этом?

– Да.

– Да, но он никогда не давал мне ответа, то есть никогда не говорил точного времени.

– Должна ли я сказать вам?

– Пожалуйста, скажите! – Морс улыбнулся ей и на одно или два мгновения подумал, как она привлекательна.

– Десять, двенадцать часов. Не более двенадцати. Не думаю, что безоговорочно остановлюсь на десяти.

Морс, обычно мало обращавший внимание на время дня, посмотрел на часы: 20.25. Значит, убийство произошло около десяти часов утра? Десять тридцать? Да... приблизительно это время и должно быть, если Морс мыслит правильно. Предположим, что он не прав! Он внутренне был так чертовски уверен, что дело мягко и трезво движется к завершению: ни убийств, ни смертей не будет. У-ух! Кажется, именно так он сказал Льюису? "Только подожди! – вот что он сказал. – Дело само сладится, если только мы готовы ждать". Как же так случилось, ведь дня еще не прошло, как он спокойно отправился в Уэльс, не имея никаких предчувствий относительно надвигающейся трагедии.

И ошибся.

Будут в жизни и большие трагедии, конечно, по сравнению с убийством жадного и несимпатичного Далея. Никто особо не будет тосковать по нему... кроме, разумеется, миссис Далей, Маргарет Далей, которую по неизвестной причине Морс недавно видел во сне. Но и она перестанет переживать по мере того, как время постепенно изгонит из ее сердца остатки нежности. После приличных похорон. После нескольких месяцев. После нескольких лет.

Вместе с тем есть вероятность, что Морс и в этом ошибается.

Льюис незаметно оказался рядом с ним, нагнулся и поднял шляпу цвета хаки, в которой Далей неизменно щеголял и морозным зимним утром, и знойным летним днем. Она, казалось, приросла к его голове.

– Кажется, здесь не так уж часто стреляют, сэр, в отличие от Витхэма, – во всяком случае, не в это время года. Кое-кто из местных имеет права на охотничьи ружья – голубей пострелять или кроликов, а позднее фазанов, но не многие. Вот почему мистер Вильямс, местный сторож, – Льюис кивнул в сторону проходной, – думает, что, возможно, слыхал хлопок в какое-то время сегодня утром. Точнее он ничего сказать не может.

– Потрясающий свидетель, – буркнул Морс.

– Он говорит, что пропустил довольного много народу через ворота – по понедельникам всегда так. Он думает, что помнит, как Далей проезжал через проходную в какое-то время утром, но здесь бывает много машин, принадлежащих усадьбе.

– Он много думает, твой сторож, ты согласен?

– И один или двое бегающих трусцой, как он сказал.

– Буквально один или двое?

– Не знаю.

– Обещай мне, Льюис, что никогда не будешь бегать трусцой!

– Мы можем увезти его? – спросила доктор Хобсон.

– Что касается меня, то да, – ответил Морс.

– Что-нибудь еще, инспектор?

– Да. Мне хотелось бы пригласить вас куда-нибудь и пропустить пару тихих стаканчиков зместе – несколько громких стаканчиков, если вы предпочтете. Но, к сожалению, мы должны отправиться в дом Далея и осмотреть его. Должны ведь, Льюис? – Глаза за стеклами очков подмигнули с юмором и явным интересом.

– Может, в другой раз? – Она ушла.