Чтение онлайн

— Ты никогда не перестаешь меня поражать.

— Я знала, что ты захочешь немного развеяться после разговора с эльфом, владыка, — скромно улыбнулась советница, однако ее щеки слегка порозовели.

Как всегда, эта женщина была единственным человеком, способным угадать мысли Властелина даже без слов. Он верил Тартионне как себе, с нею, единственной из подданных, делился сомнениями и страхами, с нею разрабатывал планы возмездия, половину которых та принимала в штыки, а другую хотела переделать. Не просто так во дворце шептались, что она — любовница владыки, а возможно, и будущая супруга. От последней мысли императору стало немного грустно. Шахрион знал, что советница уже много лет любит его, но, увы, не мог ничего дать ей взамен. Впрочем, внешне она не тяготилась ролью подруги, видимо, рассчитывая в будущем все же перейти на новый уровень отношений.

Фигуры были расставлены, и игра началась с хода Тартионны. Она не изменила себе, начав осторожно: выдвинула вперед три центральных отряда копьеносцев, образовав фалангу.

— Итак, мы остановились на эльфах, — проговорила кольценосица.

— На них, — кивнул император, бросив кубик, чтобы определить, сколько ходов сможет сделать в свой раунд. Выпала единица и он вывел всадника из-под защиты копьеносцев. — Ратриола не станет нас поддерживать, ему, как и всем на континенте, нужна война. Впрочем, полагаю, что на ближайшем собрании Лиги зрящий будет яростно бороться за мир. — Император усмехнулся. — Не думаю, что мои подколки повлияют на него, я убежден, что все решения приняты давным-давно, так что один месяц мы получим.

Произнеся этого, он отправил в рот вареное яйцо, заел его хлебом, а затем отпил теплого молока из кружки.

— Да, сезон дождей был бы очень кстати, — промолвила советница, начиная сложную многоходовую комбинацию. — Но встречался ты с ним не для этого?

— Повторяешься Тартионна, — заметил император, пресекая ее поползновения на корню. — Конечно, нет. Причин у нашего сегодняшнего разговора две. Во-первых, мы не могли не увидеться — все фигуры на доске должны ходить по правилам, в том числе и венценосцы.

— А во-вторых? — женщина неожиданно выдвинула мага из-под защиты, прикрывая им атаку лучников.

Ход кольценосицы был оригинален и Шахрион взял паузу, жуя свежую горбушку, намазанную маслом и сдобренную горстью соли, чтобы обдумать свои дальнейшие действия. Наконец императору показалось, что он уловил хитрость Тартионны. Он бросил кубик — выпала четверка. Отлично, этого хватит. Шахрион улыбнулся и вывел на поле всех оставшихся рыцарей.

— Во-вторых, наша встреча не останется без внимания, она в любом случае заставит исиринатийцев задуматься и подождать. Я желаю, чтобы война шла по моему сценарию, а значит, она должна начаться через месяц.

Тартионна засмеялась, словно озорная девочка.

— Ты всегда все планируешь и стараешься держать под контролем. Но что, если однажды у тебя это не выйдет, а, владыка?

Ее копьеносец неожиданно переместился вперед, атакуя рыцаря, и у Шахриона глаза расширились от удивления. Он никак не ожидал от советницы безумной лобовой атаки. На мгновение император растерялся, но быстро взял себя в руки и парировал угрозу.

— Не волнуйся, Тартионна, мои планы учитывают любые неожиданности, — проговорил он, проводя первую за партию атаку на венценосца. — Так было, есть, и будет впредь. Защищай своего правителя.

Шахрион обвел взглядом присутствующих. Помимо него в лишенной окон маленькой комнате, чье убранство составляли овальный стол, кресла, да люстра под потолком, находилось трое. Одни из немногих людей, которым император доверял, и каждый из них был отмечен Матерью. Старик Иритион командовавший одним из легионов еще в годы Последней войны — опытный и умелый, но осторожный генерал, не склонный к экспромтам. Горячий и порывистый Китарион, ставший капитаном гвардии в двадцать лет. Верная Тартионна, осунувшаяся и мрачная. Они были такими разными, но всех объединяло одно — боль за унижение родины и желание любой ценой возродить ее былую мощь.

— Полагаю, можем начинать совещание. Сначала пара слов о том, как закончились переговоры с халифом Шшииром. В случае начала войны лиоссцы даст нам конную тысячу.

— Змеи непрерывно воюют друг с другом, в их пустынях у каждой деревни есть свой халиф, с чего бы это Шшииру передавать столько драгоценных солдат? — проговорил Иритион, недовольно хмуря брови. — Владыка, змей обязательно потребует плату, и не думаю, что его устроит золото. Я опасаюсь за Зантриан.

— Понимаю тебя, генерал, — улыбнулся император. — Более того, почти уверен, что халиф обязательно попробует заполучить восточные владения в качестве награды за помощь, если ему выпадет такая возможность. Но я не собираюсь ее предоставлять, а потому ящеру придется удовлетвориться золотом. Сейчас же его солдатам найдется место в моих планах.

— Надеюсь, владыка, ты не пустишь их в город?

— Нет, в поле они принесут больше пользы.

Генерал понимающе ухмыльнулся.

— Собираетесь тревожить осаждающих?

— Полагаю, что тысяча конных лучников сумеет испороть им жизнь.

Тут император был прав. Горы Ужаса делили империю на две совершенно непохожих части. До них — дремучий заболоченный лес, оплакиваемый дождями, за ними — степь, плавно перетекающая в выжженную пустыню. Столь резкий контраст не могли объяснить даже лучшие умы, и в конце концов все списали на страшный катаклизм, приключившийся во времена столь древние, что не помнили даже эльфы. Зантриан или Жемчужина востока, второй по величине город Империи, находился как раз на границе степи и пустыни, в дневном переходе до первых барханов. В незапамятные времена Империя захватила этот город вместе с прилегающими землями, пользуясь слабостью местных владык, и с тех пор вся сухопутная торговля с востоком шла именно через него. В былые времена Лиосский халифат, выросший из крохотной сатрапии в настоящего монстра, неоднократно пытался утвердиться за большой пустыней, посылая свои конные армии против Жемчужины, лишь для того, чтобы они бесславно разбились о крепостные стены. К счастью для Империи, во времена ее краха халифат также переживал не лучшие свои годы. Смута в стране не прекращалась по сей день: мятежные полководцы, бунтующие крестьяне, интригующие родственники, аблисские пираты и торговцы, мало отличимые друг от друга, не давали многочисленным халифам продохнуть. Говоря начистоту, уже почти век великого восточного государства как такового, не существовало. Его заменили сотни мелких, вгрызшихся друг другу в горло, карликовых халифатов. Более-менее на государство походили разве что земли халифа Шшиира Великого, сумевшего силой и дипломатией подчинить почти треть пустынного государства.

Именно с ним-то Империя и заключила договор, оплатив луки и мечи звонкой монетой и кое-какими услугами.

— Ящеры сделают свое дело, мы поблагодарим их и выплатим оставшуюся часть награды, а потом отправим обратно в родную пустыню, — проговорил Шахрион. — Наместник в курсе, что открывать ворота нашим союзникам нельзя ни в коем случае.

Генерал удовлетворенно кивнул.

— Теперь перейдем к главной проблеме.

Император разложил на столе большую карту, над которой и склонились советники.

— Думаю, все понимают, что война — это вопрос нескольких дней. Исиринатии нужны дерево, выход на восточные рынки, чтобы не зависеть от аблиссцев, и, самое главное, славная и доблестная победа. Ситуация на северных границах наших врагов не самая хорошая, но и внутри страны слишком много дворян недовольны правителем. Маленькая победоносная война способна вдохновить тех, кто сомневается.

— Не стоит также недооценивать силу слухов о залежах золота и драгоценных камней, что сохранились в горах Ужаса, — усмехнулся Китарион.