Чтение онлайн

Малыш, строивший домик из палочек, обернулся, заслышав стук сапог о мостовую. Он поднял голову и невинно улыбнулся высокому человеку, остановившемуся рядом. Высокий человек тоже улыбнулся в ответ, но глаза ребенка так и не успели увидеть эту улыбку.

Элгария, двести миль к югу от Девондейла

Запах стряпни разбудил Мэтью. Было уже совсем светло. Он оглянулся и увидел Лару, сидевшую у костра и вертевшую на вертеле… кажется, двух куриц. Услышав, что он зашевелился, она обернулась.

– Откуда ты их взяла? – спросил юноша, глядя сонными глазами.

– Куриц? А, это Эйкин и Коллин… Они нашли их сегодня утром, – сказала Лара, отрывая кусочек мяса и пробуя на вкус. – Гм, еще, кажется, стоит пожарить.

«Как это „нашли“?» – в недоумении подумал Мэтью.

Он встал и пошел к реке. Чтобы проснуться окончательно, нужно сполоснуть лицо холодной водой. Его кости болели: следствие непривычки спать на голой земле. Юноша надеялся, что в Элбертоне – или как он там называется – будет постоялый двор с чистыми постелями.

– Возвращайся поскорее, – крикнула Лара. – Завтрак будет готов через десять минут. И остальных зови!

Мэтью помахал ей рукой, показывая, что все понял, и Лара повернулась к костру. Он еще некоторое время смотрел на нее, а перед его умственным взором промелькнули видения сна, который он видел этой ночью. Лара играла в нем существенную роль. Легкое подобие улыбки на мгновение показалось на его губах. «Недурно было бы сейчас выпить чашку горячего чая да вымыться, – подумал он мрачно, – ведь когда еще такое снова станет возможно?» По пути к реке он встретил Коллина и Эйкина, которые возвращались в лагерь.

– Доброе утро, – сказал Мэтью. – Лара просила всех предупредить, что завтрак будет готов через десять минут.

– Отлично, – ответил Эйкин. – Я так голоден, что готов съесть собственные сапоги.

– И я тоже, – поддакнул Коллин.

– Кроме того, она сказала мне, что вы нашли куриц, которых она готовит.

– Ну, «нашли», может, и не самое точное слово, – ответил Эйкин, взглянув сперва на Коллина. – Нашли-то мы на самом деле ферму, примерно в миле отсюда. Фермер еще спал, и мы…

– Мы не хотели нарушать его сон, – сказал Коллин, договаривая за него.

Мэтью открыл рот от изумления:

– Вы украли куриц? А что если отец Томас…

– «Украли» – это уж слишком жестоко сказано, Мэтью, – сказал Эйкин, успешно изображая глубоко оскорбленного человека. – Я как раз собирался сказать, что поскольку мы не располагали временем, чтобы заключить с фермером сделку по всем правилам, то попросту оставили ему три серебряных элгара.

– Три элгара?! – воскликнул Мэтью. – Не многовато ли будет за двух куриц?

– Ну, ведь еще и яйца были, – сказал Коллин.

– Яйца?

– Конечно яйца, Мэт. Что же это за завтрак без яиц! – Мэтью посмотрел поочередно на Коллина и Эйкина, которые только кивали, подтверждая правоту друг друга.

– Ты уверен, что твоя лихорадка совсем прошла? – спросил Эйкин, внимательно вглядываясь в лицо Мэтью.

Но Мэтью все никак не мог позабыть куриц.

– Я думаю, что раз уж вы за них заплатили, – сказал он, – а отец Томас не… Кстати, где отец Томас?

– А, они с Дэниелом встали очень рано и поскакали вперед – проверить, безопасна ли дорога, – ответил Коллин. – Давай лучше умывайся поскорей. Ты ведь знаешь, как Лара свирепствует, когда опаздывают к трапезе.

Мэтью открыл было рот, собираясь что-то ответить, но передумал. Когда его друзья уже зашагали дальше, он услышал, как Эйкин спросил у Коллина:

– Как ты думаешь, Мэтью совсем поправился? По-моему, сегодня он как-то не в себе.

Не слушая ответа Коллина, Мэтью спустился по берегу к Рузелару. Покачивая головой, он стал думать об Эйкине Джиббе.

Эйкин был примерно лет на десять старше его. Со своим братом Фергусом они были погодки; Фергус был старший. Оба брата стали серебряных дел мастерами, как и их отец. Когда он умер, они продолжили его традицию играть на площади Девондейла каждый шестой день, – он играл так на протяжении многих лет. Эйкин был чуть выше Фергуса, но у него были те же тонкие черты лица, бледная кожа и светлые волосы. Несколько лет тому назад Фергус отрастил усы, что обрадовало почти всех жителей Девондейла, потому что братьев было весьма непросто различить на вид. Даже их смех и походка были похожи.

Эйкин, который был глубоко верующим человеком, всегда казался Мэтью очень спокойным и добропорядочным, но теперь оказалось, что у него есть и иные качества. Например, он скакал на лошади, как никто, а уж с мечом управлялся с невообразимой ловкостью, которой Мэтью никак в нем не подозревал.

Он покачал головой и наклонился, чтобы зачерпнуть воды.

Когда Мэтью через несколько минут вернулся в лагерь, отец Томас и Дэниел уже были там, причем в руках отец Томас держал двух куриц, и одного взгляда на подозрительно раздувшийся мешок в левой руке Дэниела было достаточно, чтобы понять, что в нем лежат яйца.

– Это просто немыслимо, Дэниел, – говорила Лара. – Ты с отцом Томасом тоже нашел пару куриц? У меня складывается впечатление, будто курицы назначают друг другу свидания в лесу!

– Гм… мне надо за лошадьми приглядеть, – пробурчал Дэниел, ничего не отвечая на вопрос Лары.

Лара взглянула на Коллина, который невинно улыбнулся и пожал плечами. Затем она обернулась к Эйкину, который зачем-то внимательнейшим образом принялся изучать острие своего ножа.

Мэтью подошел поближе, не желая упустить ни слова.

– Что тут скажешь… иногда господь действует таинственным образом, дитя мое, – произнес отец Томас. – Если вы позволите, я подсоблю там юному Дэниелу, а затем давайте есть, пока не остыло.

Лара подняла брови, внимательно оглядывая всех присутствующих одного за другим. Заметив, что все почему-то смотрят в сторону, она покачала головой, глубоко вдохнула, выдохнула и решила больше не настаивать на объяснении.

В это утро завтрак казался особенно вкусным. Солнце уже поднялось над верхушками деревьев, а песни лесных птиц были приятным сопровождением трапезы. Пока остальные свертывали свои одеяла, Мэтью стоял у Рузелара и смотрел вдаль. Он думал, что день выдастся хороший.