Чтение онлайн

Пока я поднималась по ступенькам, чтобы окинуть орлиным взглядом сверкающие витрины, стеллажи и притихший персонал, в воздухе все явственнее проступал аромат «Черного жемчуга».

Я представилась и, когда в зале воцарилась совсем уж гробовая тишина, объяснила, почему здесь полиция.

– Наша лаборатория обнаружила на туфлях жертвы ряд отпечатков пальцев, и мы хотим вычеркнуть из списка подозреваемых всех тех, кто касался этой обуви в ходе своей работы. Если кому-то из вас неприятно подвергаться процедуре дактилоскопии и совершенно безболезненному снятию мазка со слизистой во рту, просто сообщите свои фамилии инспектору Джейкоби – вон тому симпатичному джентльмену в коричневом пиджаке, сидящему в кабинке справочного бюро. И после этого вы совершенно свободны.

Вдоль вымощенных мрамором проходов выстроились три длинные очереди. Техники Клэппера снимали ДНК-мазки, после чего народ подходил к столику, где у них проверяли документы и брали отпечатки пальцев.

Молли Пирсен, директор по кадровым вопросам, не отходила от меня ни на шаг. Ее слегка растрепанные седые волосы в сочетании с темными глазами за зеленоватыми стеклами роговых очков производили довольно забавное впечатление. Женщина тщательно отслеживала сотрудников по списку, вычеркивая тех, кто прошел обработку.

– Я же его видела, минуту назад был здесь… – вдруг пробормотала она, нервно оглядывая помещение.

Ее тревога подожгла во мне бикфордов шнур.

– Как-как вы сказали?! – резко обернулась я.

– Луи Берген. Наш завскладом. Он куда-то пропал.

– Луи был прямо передо мной, – сообщил какой-то худой мужчина с вандейковской бородкой, который стоял в нескольких шагах от нас. – А потом сказал, что ему надо сбегать… м-м… ну, вы понимаете.

И он махнул рукой в сторону мужского туалета, расположенного едва ли метрах в трех от лифта. Старомодная латунная стрелка над дверью лифтовой шахты клонилась влево и наконец замерла тремя этажами ниже.

– Как этот Луи выглядит? – потребовала я.

– Крупный. Метр девяносто. Блондин.

Я обернулась к шефу.

– Бегите, я здесь сам разберусь, – кивнул он. Секунду спустя я уже кричала Макнилу с Сэмьюэлзом, чтобы проверили уборные. Лемке и Чи надлежало заблокировать выходы на все улицы: «Никого не выпускать!»

Конклин с Джейкоби и я вихрем сбежали по эскалатору и оказались в огромной шопинг-галерее.

Пришлось резко сбавить ход, чтобы не отдавить ноги многочисленным покупателям, снующим в дверях модных магазинчиков и бутиков: «Годива», «Клуб Монако», «Бейли Бенкс и Биддл», «Бандолино», «Кеннет Коул»…

Сначала я не могла решить, куда смотреть, в какую сторону повернуться. В поле зрения – никого, кто бы напоминал словесный портрет Луи Бергена.

Зазвонил мой «Некстел», я тут же сорвала мобильник с ремня.

– Босс? В сортирах его нет, – доложил Макнил. – Вообще никого нет.

– Так… Ты с Сэмьюэлзом – марш к выходу на Пятую, – скомандовала я.

– Вон он… – негромко произнес Джейкоби. И я его увидела.

От нас по шопинг-галерее удалялся мужчина в белой рубашке и без пальто. Вел он себя вполне естественно, непринужденно, сливаясь с толпой. Рост под метр восемьдесят восемь, вес сто десять, грязновато-блондинистые волосы, курит сигарету.

Я выхватила оружие и, перекрывая шум толпы в гулком коридоре, окликнула его по имени:

– Луи Берген! Это полиция! Остановитесь и не сходите с места! Руки вверх!

Луи Берген повернул ко мне голову. На долю секунды наши глаза встретились, и я крикнула вновь: – Берген! Стой! Стрелять буду!

Он дернулся, как от пощечины, и кинулся наутек.

Мы с Джейкоби и Конклином занялись слаломом среди покупателей и, подстегиваемые адреналином, через юго-восточный выход выскочили прямиком в утреннюю сумятицу на Маркет-стрит.

У Бергена должна быть веская причина улепетывать от полиции.

К примеру, его разыскивают за неуплату алиментов.

А может, он пытается скрыться, потому что убил трех девушек?

Наступил очередной момент «слепоты» – зрение застилали стремительные силуэты машин, проносящихся по улице. Я попыталась мысленно «просеять» пешеходов, желая выудить из кишащей толпы мужчину в белой рубашке с короткими рукавами.

Сердце застучало не хуже парового молота, когда я наконец увидела его метрах в тридцати от нас. Луи вприпрыжку пересек Маркет-стрит на красный свет и тут же свернул вправо, на Пауэлл.

– Туда! – крикнула я Джейкоби с Конклином, а сама, не спуская с Бергена глаз, начала прорываться к нему через людское месиво.

Тротуар на Пауэлл-стрит – настоящая полоса препятствий из пешеходов, уличных лоточников, пассажиров на трамвайной остановке…

Я уже чуть ли не физически ощущала финал всей этой беготни: вот-вот я собью Бергена на землю, – но он вдруг отпихнул какого-то торговца керамикой и под хруст горшков и кружек вылетел прямо на проезжую часть.

Здесь-то беглец и набрал настоящую скорость. Его длинные ноги огромными прыжками буквально пожирали асфальт, увеличивая расстояние между нами с каждой секундой.

Худющий владелец разбитой посуды присоединился к погоне, ничуть не уступая горстке безмозглых, развеселых подростков, до этого бесцельно шатавшихся рядом.

Я выхватила полицейский жетон и излила на них свою ярость:

– Вон с улицы! Шальную пулю захотели?!

За спиной сопел и хрипел Джейкоби. Бег в горку давался ему нелегко; мало-помалу он отстал, все сильнее и сильнее прихрамывая из-за раны, полученной в прошлом мае.

Я крикнула:

– Уоррен, пошли патрульных на Юнион! Мчавшийся впереди Конклин вдруг притормозил и стал оглядываться. Тут-то я и поняла, что мы потеряли Бергена.