Чтение онлайн

— Но ты не отпускай, — торопливо сказала Мелисса, подаваясь лицом к щеке Здала. — Ты страшишься нашей жизни. Сумуараз, делай нам больно, только не оставляй. — она взмолилась, в голосе мелькнуло что-то звонкое.

— Вы целый ритуал сделали чтобы привнести смысл в свою боль. — Здал ослабил и хотел полностью убрать руки…

— Не отпускай меня, — Мелисса прижалась к Здалу, они остановились.

Каждый здесь друг другу всего лишь тень, не существует слов любови и даже такого понятия нет — ближний или брат. Каждый здесь влачит за собой насилие. Есть только, не обременённая заботой, привязанность, беспечное влечение к себе подобным. Угроза вымирания незаметна во мраке. Только старцы требуют, чтобы истязания не прекращались, но не доходили до бездыханности тел.

Мелиса рассказывает ему свой сон про самолёт, который как бы стоит, но под ним ничего нет, а с неимоверной скоростью к нему приближается что-то страшное и самолёт таранит это. Своими обжигающими прикосновениями, горячий воздух чувствовался даже во сне. И как будто всё что происходило было, происходило когда-то на самом деле. Жёсткий и терпкий воздух бьёт по лицу, разрывал взбитую белую массу на маленькие лоскуты, заворачивал в воронки вспененный воздух. Без промедления растворяя белую пену в ничто, в абсолютно прозрачную пустоту. Нечто большое взмыло в воздух это было видно, оно было подобно стреле огромных размеров. Стрела стремительно пронзила густую шапку беловатой пены. Казалось, она была неудержимой, и она точно знала свою цель и неслась к ней навстречу. Казалось, что её целиком вынули из сердцевины горы.

Проторив себе путь до самого синего плавно темнеющего и переходящего в чёрный предел, стрела встретила там искру, пришедшую из чёрной бездны. Столкнувшись возник страшный гром, мгновенно вырос огненный гриб. Волна огненной массы затопила всё, воздух захлебнулся в её пламени всё закружилось вокруг, пламя придавило оставаться жить здесь. Земля приняла нас, окунув в своё нутро.

Здал понял про что рассказала Мелисса, ведь по странным своим жизненным обстоятельствам он хлебнул с полна вкус той жизни. Той, в том мире где царил хаос пост ядерной разрухи.

— Я уже давно сообразил — кабинка помощи твоя…

— Это мой дом. — перебила Мелисса.

— Тем более. Твой дом — кабинка помощи — это просто обломок самолёта. Как случилось что твой мозг уловил сигнал чёрного ящика, загадка.

— Это загадка Сумуараза. — снова добавила Мелисса морща лицо от предвкушаемой боли и удовольствия.

— Вообще в жизни много необъяснимого происходит, но это необъяснимое всегда находит ответ. Самолёт и всё что ты рассказала вообще ни какая не загадка.

— А… — Мелисса вдруг изменилась, на её личике состроилось выражение задумчивости, — Каждый здесь видит этот сон. Каждый из нас, здесь живущих видит один только этот сон.

— Даже… но откуда? В смысле как это так?

— Всем нам снится один и тот же сон. — повторила Мелиса, глотнув воздуха она продолжила, — Его нам рассказали старцы, а им их старцы, а им… — она снова набрала воздуха полную грудь, было видно, что она старается оправдаться, за то, что с самого начала выдала ему Здалу — псевдо-богу, пришельцу Сумуараза, сон как свой, индивидуальный. — А им, ну так и дальше передавали послание от самих прародителей — основателей.

Так вот что. Те, кто выжил при крушении позаботились чтобы рано или поздно правду всё равно узнали. Но почему нет слов «небо, солнце, полёт…», те кто выжили были умными людьми, зная, что следующие поколения наверняка не увидят небо, зашифровали своё послание в эпитетах, чтобы лишний раз не стращать умы людей. Только этим они подавили стремление выбраться от сюда и теперь вместо людей, здесь обмороки.

Ей снился этот сон часто, но она не знала, что это и где это происходило, наверняка не знает и что такое самолёт вообще. «Несётся сквозь густую пену в голубом почти прозрачном воздухе, иногда даже чувствуется во рту эта необыкновенная свежесть» — В её, не только её, в сознании всех эти пленённых подземельем, постоянно бьётся мысль о вольном просторе, во снах это рвение души проявляется никогда не видимым небом, незнакомыми запахами.

Нет, человек не может жить в заточении, под землёй, всем своим нутром рвётся туда в то маленькое окошечко света на верху, что это око света, мир которого мы не знаем. Вот почему этот Сумуараз, его око дороже жизней этих обмороков, этих несчастных людей. Око здесь единственный источник истинного света.

Здал заметил, что она любит свет, она греет своё прекрасное личико под настольной лампой, сделанной из глубокой каменной миски с запёкшейся лавой, она не хочет, чтобы темнота и мрак уродовали её лицо. «Дитя тьмы», — сказал шепотом Здал, как будто про себя, «Кто? Я!?», — ответила ему Мелисса, взбудоражено как будто это её задело, но она помнила всё что ей рассказывал Здал и хотела искренне в это верить, ведь человек рождён для света, и она в это поверила.

Город «Сумуарак» раскинулся лабиринтом стен в огромной пещере. Отдалённые пещерки вырытые и выскобленные служили пристанищем для отшельников. Хотя все жители этого города таковыми были. В большой пещере под одним потолком, который скрывался в тени, на каменистых просторах жили люди, крысы и прочие твари из подземелья.

Здал с Мелиссой уже довольно далеко ушли от палатки помощи, от того места где творилась то что называется оргией. Они дошли до выдолбленных земляных пещер. Эти пещеры образовались из-за того, что отсюда брали породу — материал для возведения построек, а именно тех самых городских стен, в лабиринтах которых жили обмороки.

Сейчас в пристанищах для отшельников находят своё место те, кто устал от обморочной жизни и хочет уединится, но всё же большинство этих пещер заброшены, одиночеством здесь страдают коллективно.

Разбитый самолёт, в кабинке помощи в которой очнулся Здал, но не сразу пришёл в себя находился в центре города. Там была установлена колонна, уходящая ввысь, та что была похожа на застывший смерч. Столб скрывался во мраке, Мелиса так и не смогла понятно объяснить куда он ведёт, ведь там были прибиты дощечки, по которым можно было бы забраться как по лестнице.

— Эта лестница приведёт к Оку Сумуараза, но по ней запрещено лезть. — наконец-то Здал добился от Мелиссы ответа.

— Почему запрещено?

— Не знаю, так было всегда…

— Наверно потому что эта лестница упирается в потолок из грунтового навеса и не какого там Ока нет.

— Не говори так, запрещено.

— Кем? Я же посланец от самого Сумуараза. Кто может мне запрещать?

— Туда нельзя близко подходить, запрещено. Приближаться могут только хранители каши, они же старцы. Они охраняют «Око Сумуараза».