Рабочие будни
Шрифт:
А теперь ко второй.
Дом Льяры встретил Таши напряженным молчанием. Снаружи. А внутри… Таши еще не успел войти, как наткнулся на супруга больной. Мужчина так шарахнулся в сторону, словно некромант собирался его укусить. Или проклясть.
— Как Льяра? — спросил Таши.
В ответ пропищали что-то невразумительное, и хозяин дома улетучился со скоростью потревоженного призрака.
— Не пугай этого хлюпика, некромант. — Хоши улыбался. — Рад тебя видеть.
— Авось не сдохнет. Как Льяра?
— Плохо.
— Что так? — Таши был искренне удивлен. Вроде бы все сделал, как надо.
— Может, сам посмотришь?
Льяра лежала на кровати. Рядом с ней стоял кувшин с какой-то темной жидкостью. Таши провел над ним рукой. Кровь. Бычья.
— Пьешь?
Льяра не подавала признаков жизни. Таши присмотрелся к ее ауре. Да нет, все неплохо. Мага приглашали и сюда, явно. В чем же дело? Ага, отлично видны бледно-серые тона уныния и печали. Женщина в тоске, однозначно. Ребенка не спасла, муж — рохля, жить не для чего и не для кого… такие мысли могут далеко завести…
— Сдохнуть хочешь?
Хоши аж зубами заскрипел. А некромант продолжал насмешливо и холодно:
— Ну и правильно. Там с сыночком увидишься, он тебе расскажет, как его убивали. Медленно, с расстановкой…
— Замолчи!
Льяра пыталась кричать, но пока это был скорее хрип.
Некромант склонился над кроватью. Низко. Так низко, что Льяра заметила, как влажно блестят его клыки.
— Если увидишься. А если это колдовство было и душу его сожрало, тогда вообще никогда не встретитесь. Хочешь проверить?
Плевок не получился. Во рту у женщины было сухо. Но Таши даже и не подумал обижаться.
— А хочешь отомстить за сына?
Женщина насторожилась.
— Отомстить. Сама убьешь того, кто его похитил. Хочешь?
Серые глаза вспыхнули.
— Я могу тебе помочь. Сама уничтожишь эту мразь. А потом умирай, если пожелаешь.
— Мо-жешь?
Женщина говорила с трудом, но это было лучше, чем прежнее безразличие.
— Могу.
— Я возражать не стану. — Хоши смотрел серьезно. — Сегодня мы будем проверять поместья. Завтра вечером пойдем на дело. Если будешь чувствовать себя достаточно хорошо…
Он не договорил. Льяра уже успокоилась. В ней появилась какая-то мрачная решимость. И Таши кивнул. Потеряв ребенка, она сосредоточилась сначала на смерти. Теперь — на мести. А потом… потом она захочет жить дальше. Ауру Льяры он видел отлично. Яркая, сильная, искристая — такая женщина не станет скулить и подыхать. Она слишком любит жизнь.
— Пей кровь. Тебе надо поправиться.
Пальцы Льяры шевельнулись. Сомкнулись на крае шалотты.
— Обещаешь?
— Взять тебя с собой? Обещаю. И даже нож одолжу, если захочешь.
Льяра опустила ресницы. Отпустила руку.
— Я бу-ду пить.
Мужчины вышли из комнаты, переглянулись.
— Ты молодец, некромант. Я вот не знал, что ей сказать…
— Правду. Надеюсь, ты не станешь возражать?
— Чтобы взять ее с собой? Почему нет? Мне плевать, кто убьет эту мразь. Главное — результат.
Таши усмехнулся.
— Как Хашша?
— Хочешь посмотреть?
Хашша была жива. Но жить ей оставалось недолго. Это некромант видел отчетливо. Ауру уже разъедало. Даже если сейчас ее начали бы лечить, она встала бы с постели полубезумной старухой. Но Таши не собирался рвать связь. Кто-то умирает, кто-то остается. Он некромант, а не благотворительная организация. Да и потеря невелика.
— Долго еще?
— Часа три. К утру все будет кончено.
Хоши посмотрел на умирающую. Чуть поморщился:
— Пойдем отсюда.
Заговорил он только в таверне.
— Мы проверили всех, кого могли. Завтра я получу сведения из поместий. Ты поедешь с нами?
— Да. Приду к Шамире, так что ждите меня там.
— Она пока…
— …вне опасности. Полагаю, жертвоприношение происходит не каждую ночь, иначе пропажу детей заметили бы раньше.
— Ты ездишь верхом?
Таши застонал: мол, в таком почтенном возрасте… Тогда Хоши предложил ему карету. Некромант покачал головой и согласился… на лошадь. Но лучше иноходец, чтобы его старым костям вовсе не рассыпаться. Хоши пообещал. Некромант немного подумал, усмехнулся своим мыслям. А ведь интересно может получиться, да и не помешает ему такая помощь, если что…
— Я кое-кого с собой прихвачу. Предупредите своих, чтобы не боялись.
— Кого?
— Фирт! — Призрак, повинуясь команде, выпорхнул из перстня. И преобразовался в костяную гончую. Хоши вздрогнул, но быстро взял себя в руки. — Милый, в сущности, песик.
— Очень милый?
— Более чем. Таких, как он, надо подкармливать, и я не думаю, что вы будете возражать.
Хоши пожал плечами.
— Я не знаю, с чем мы там столкнемся.
— Вот и ладненько. Найдите карету, чтобы вывезти их из города. А там побегут сами, еще и нас опередят.
— «Их»?
— Три штуки.
— Хорошо. Они могут сидеть тихо?
— Как мертвые. — Таши тихо рассмеялся. — А еще… костяные гончие лучше меня чуют разную черноту. Мы можем здорово сэкономить время, отправив их в разные поместья. Я могу видеть их глазами, слышать их ушами, они повинуются моей воле.
— Так это мы за ночь…
— Должны уложиться. А вы как думали?
— Поместья расположены довольно далеко друг от друга. Я полагал, что мы успеем проверить не больше двух.
Таши притворно закряхтел:
— Вот! Все норовят старика работой нагрузить. Нет уж, молодежь! Нравится вам, не нравится, но я выездные работы не люблю. Придется все завтра ночью закончить.
Возражений у Хоши не было. Зато у него было предложение. Но Таши от вина отказался и спросил ланти. И даже получил его. И, разумеется, не забыл проверить его на посторонние примеси. Не такой качественный, как готовила Лейри, но пить можно.
— Не нравится?
— Бывает и получше. А у вас в городе даже леанти нет.
— Вроде бы собираются открыть… надо узнать.