Чтение онлайн

— Ну молодец, молодец, Боря, — вздохнул я, — Ты выдержал неимоверное давление!

Здоровяк расплылся в улыбке и откинулся на ствол дерева.

— А батя как был рад, а?! — Бобр завёл руки за голову, стал шуриться, глядя на небо, — Прямо ваще, гордый такой!

Я тоже улыбался.

«Сто пятьдесят очков группе Гончара за гол. Матч окончен, счёт 170-30 в пользу группы Гончара».

Ради этого стоило получить и по рёбрам.

На миг все проблемы будто исчезли, и даже не хотелось куда-то бежать, что-то там расследовать. Папа, мама, вы уж извините пока, но у нас тут, на «нашей стороне», сегодня праздник.

Я тоже лежал на травке, мечтая, чтоб меня вот так с гордостью обнимал отец, как Бобра после матча.

Да что там Бобр. Даже к Толе подошёл его высокомерный братец, поздравил с победой. Истинного признания в его глазах было мало, скорее, лёгкое удивление, что Толян чего-то такого достиг.

«Гера, это было просто круто», — сказал бы мне Чекан, если был бы тут.

Я вздохнул…

Да, первая игра, и пусть выиграли на чистом везении. Бобр, конечно, чуть преувеличивает про свой вклад.

Он же промахнулся мимо ворот, зубастик ушёл левее и воткнулся бы в кусты. Но там уже выскочила Багира, которая со своей фантастической скоростью успела практически до ворот.

Вот только она долбанула по зубастику дубиной, пролетая в красивом прыжке. Долбанула пятым ударом, и, когда Багира шлёпнулась на землю, от её дубинки отскочил уже разъярённый монстр.

Проведи она удар намного чётче, и среагируй сразу прыжком в кусты, то всё бы получилось. Но поди это сделай, когда волнуешься.

Вот и тут она ожидала, что испуганный мангольер унесётся. А нет, тот понёсся прямиком на неё, и Багира непроизвольно рванула назад.

В ворота…

Вывод напрашивался сам собой — удары по зубастику надо считать.

Но выглядело действительно так, будто «хладнокровный плеер, точно предполагая движение разбойницы в кустах, произвёл замечательный удар».

Так вещала статья в газетке Мэджик Гэйм Ньюз, которую нам показал Тегрий Палыч после матча. Пресса в Обществе Игроков работала быстро — едва Тегрий вывел нас из раздевалки, где притихший Серый неожиданно пожал мне руку, как ко мне опять прилепились журналисты:

«Говорят, вы замешаны в инциденте, произошедшем в Сито. Когда вы разрушали кабинет агента Надзора, вы чувствовали удовлетворение? Это ваша месть за отца?»

«Говорят, вы владеете двумя профессиями?»

«Когда ожидать второго пришествия Чекана?»

«Вы уже связались с «властелином той стороны»?»

К счастью, опять появились Гармаш Дворфич и преподы, взявшие на себя удар.

Абсурдность некоторых вопросов меня поражала, даже в нюбской жёлтой прессе я не встречал такого. Тегрий намекнул, что это делается специально, чтобы вызвать у меня хоть какую-то реакцию.

Дворфич на время расследования инцидента в саду, а потом и в Сито, добился, чтобы журналистов пока не пускали в Баттонскилл. Но на время нубобольских игр это правило не распространялось.

«Они освещают ход соревнований», — таков был вердикт Тегрия, — «Гармаш Дворфич хочет с тобой встретиться, чтобы проинструктировать, что можно, а что нельзя говорить».

Вот мы и сидели в саду, ждали нашего ректора Гномозеку. Вроде как ректор пока разбирался с журналистами, с представителями Министерства, и с гостями из других магических академий. Да, его должность подразумевала много встреч.

Биби и Блонди стояли на дорожке, что-то горячо обсуждая. Лана, в белой блузке и короткой юбке, подрагивающей под ветром, нервно выглядывала в саду Дафну Дубыню. Про гель-лак она прекрасно помнила, и упускать случая не хотела.

— Ядрён батон, красота, — сказал Бобр, глядя в сторону девчонок.

Непонятно, что они имел в виду — утопающие в осеннем золоте деревья на фоне синего неба с редкими облачками, нашу сегодняшнюю игру, или порхающую юбку Блонди.

— Щёлкнул бы замочек, а, Герыч? — Бобр мечтательно уставился на Лану, — Ну, для проверки, достанешь ли отсюда?

— Думаю, она нас обоих достанет потом отовсюду, — усмехнулся я.

Бобр одобрительно хмыкнул.

Но, конечно, любой радостный день что-то должно было омрачить.

— Э, Гончар, — прозвучал знакомый голос, напоминающий не о самом приятном.

Со вздохом я поднял глаза: Лютый серым силуэтом возвышался надо мной.

Я сел. Вдалеке у деревьев стояла и группа Лютого. Две девчонки и два парня.

— Чего тебе?

— Красавчики, — Лютый присел на корточки, протянул руку и дёрнул, слишком резко для рукопожатия. При его щуплости и коренастости он был очень крепкий, а ведь я так и не узнал его класс.

От его поздравлений на душе теплей не стало.

— Завтра персиковая церемония, — хмыкнул Лютый, — А послезавтра мы вам задницу надерём. Хотел просто обрадовать.

Я ничего не ответил, а Бобр не преминул вставить свои пять копеек:

— Тут одни надрать хотели, чувак.

— Здесь я с Борисом согласен, — лениво протянул из травы Лекарь.

А Лютый встал и противно улыбнулся.

— Серый вас недооценил, но спасибо ему за разведку, — он стал загибать пальцы, — Рыжую сразу в расход, долговязому по зубам. И всё, тяпка-мэн, у тебя только кошка и танк.

Я поднял глаза:

— Ладно, Лютый, увидим.

Тот, подмигнув, уверенным шагом пошёл к своим. А я поставил себе заметку в ближайшее время выяснить, что у него за команда. И почему вообще так получилось, что мы уже через день играем с ними.

— Ладно, забей, Герыч, — Бобр отмахнулся.

Я только покачал головой, но опять улёгся на траву. Сегодня уже недооценили противника, и вывезли только за счёт везения. Но спасибо Лютому за науку — Биби и Лекаря надо держать в тылу.

— Давай лучше вернёмся к взлому, — Бобр не сводил взгляда с Ланы, — Братан, надо развивать скилл, тренировать его.