Чтение онлайн

Быковы поздравили его с приобретением, предложили обмыть колеса. Анатолий Фомич рассказал братьям, как и за сколько купил машину. Поделился, сколько зарабатывает. Выпив, вовсе расслабился, разоткровенничался. Быковы не жалели коньяка. Главное — стереть фактор времени, разлучивший почти на полтора года. А там ближе к теме, но не раскрывая подробностей, решили между собой.

— Иначе долю запросит немалую.

— Хрен ему! Самим надо! Дадим малость. Если все на мази будет! — говорил Димка. И уже на следующий день решили обработать гостя.

— Увезешь старую клячу куда–нибудь из гнезда. В ресторан постарайся уволочь. Она кабаки уважает. Давно там не была. Небось от счастья с ума сойдет, что выпал шанс молодость вспомнить, тряхнуть стариной. А то ведь плесенью покрываться стала! — хохотал Кешка.

— Упои ее до свинячьего визга. Чтобы она в кабаке мозги посеяла! — поддержал брата Димка.

— А зачем вам это нужно? Почему сами не смогли упоить ее? — не протрезвел Марков окончательно.

— Нам нельзя самим ее приглашать. Понимаешь, мы не с нею, с Петькой ее корефанили. Она нам была до фени. Потому не сдружились. Да и сама старуха не уважает ментов.

А зачем вам нужно, чтобы я ее уволок из дома?

— Кое–что глянуть хотим…

— А что именно? — любопытствовал Марков.

— Там право на наследование лежит. В документах. Ей этим уже не воспользоваться. Петька мог за этот дом получить. Нам за ту бумагу обещают бабки хорошие дать. У нее она просто сгниет даром.

— А сколько дадут?

— Посулили…

— Погодите… А я что с этого иметь буду? — поинтересовался гость.

— Если все получится, еще один «Форд» купишь, — пообещал Кешка.

Анатолий Фомич задумался, прикидывая в уме свое. И спросил:

— На кабак сами обеспечите?

— Конечно…

— Ну и на визит! Не могу же я к ней заявиться ни с чем! Весь вечер мне придется перед ней комедию ломать да прикидываться идиотом. На трезвую голову — не поверит. А ведь мне ее в кабаке надо удержать до полуночи. Верно понял?

— Час или полтора нам хватит, — сказал Кешка уверенно.

— Одно не пойму. Почему я ее должен уломать? Иль не сыскали в Орле ни одного хахаля из прежних ее кобелей? Почему меня подставить вздумали? — засомневался Марков.

Быковы растерялись. Ведь прежде чем позвать Маркова, они обдумали все варианты бывших любовников Поповой. Но не могли обратиться ни к одному по той простой причине, что все прежние действительно любили Любовь Ивановну. И никогда, ни за какие деньги не согласились бы предать, устроить пакость женщине, с которой встречались искренне. А уж тем более не стали бы разговаривать о ней с Быковыми.

— Не подставить тебя позвали. Ведь ты тут совсем в стороне остаешься. Ты будешь с ней, и тебя мало касается остальное. Нам надо успеть. Ее прежние хахали чуть выпьют, тут же разболтают о нашей просьбе. Старая лярва шухер поднимет. И дело лопнет. А ты побыл и уехал. Ни твоего адреса, ни черта она не знает. Да и в чем заподозрит? Ни в чем!

— Ладно! Но мою долю когда получу?

— После ресторана, — ответил Кешка.

— Половину отдадите до того. Иначе не согласен.

— Хорошо. Уламывай старуху на кабак, — согласился Дмитрий за обоих.

Марков набрал номер телефона Поповой. Долго рассыпался в комплиментах женщине, пока та не спросила, давно ли в Орле и откуда звонит.

Анатолий Фомич сказал, что в городе он всего ночь переночевал. Скоро ему возвращаться домой. Не мог уехать, не позвонив ей, не поблагодарив за прошлое гостеприимство. Что ее радушие он помнил всегда и преклоняется перед нею — хозяйкой и женщиной. Всегда тепло вспоминал ее.

Любовь Ивановна ответила, что если он найдет время, то может навестить ее. Она будет рада встретить Петькиного знакомого.

Они условились встретиться на следующий вечер. И Анатолий Фомич, положив трубку на рычаг, протянул руку к Быковым:

— Гоните половину, как договорились…

Всю ночь ворочался в постели Кешка. Никак не мог уснуть.

«Кто знает, может, эта ночь в Орле последняя? И завтра уже махну отсюда навсегда! — оглядывается вокруг и вспоминает, что Тоська опять уехала на выходные к матери. Вместе с детьми. Приедут автобусом лишь послезавтра ночью. — А меня уже не будет. Далеко упорхну. От всех разом. Заново жить начну. Сам. Если совсем повезет, свое дело заведу. Займусь чем–нибудь. Может, бизнесом. Димку — в охрану возьму, чтобы деньги не проматывал. На большее он не годится. Так и останется в боевиках при мне. Тоже дело нужное. Где ни живи, без своей крыши не продышишь. Сегодня мы с ним последнюю ночь в ментах. Завтра все изменится», — мечтал Кешка, уставясь в темный потолок. Он и сам не заметил, как наступило утро.

Быковы в этот день были особо возбуждены. Они ждали назначенного времени. Марков должен был прийти в гости, побыть у Поповой недолго. Как говорил Анатолий Фомич, первый визит нельзя затягивать.

— Приглашу ее в ресторан. Но скорее всего она перенесет это приглашение на следующий день. Женщины ее возраста долго и тщательно готовятся к таким вечерам, чтобы появиться в обществе достойно! — говорил Марков.

— Ни хрена себе! Она еще выламываться будет, старая кикимора! А если ты раздумаешь тащить ее в кабак? Прежние уже не пригласят. Сами на чай да на кисели перешли. Если не ты, она до конца жизни больше не побывает в кабаках! — смеялся Димка.

— Знаешь, Дмитрий, женщины такого склада лучше откажутся от ресторана, чем появятся там, не приведя себя в полную боевую готовность. Ну, по–бабьи, в полном блеске! Такова их натура. Они не позволят себе ударить лицом в грязь. У них должна быть хорошая прическа, соответствующий туалет, прекрасное настроение и достойный приятель. Если хоть что–то не ладится, они спокойно откажутся от ресторана, — говорил Марков.

— Тогда уведи ее в театр или в кино!

— Театр требует не меньшей подготовки. А в кино я не приглашу. Возраст у нас не тот. Это неприлично даже предлагать.

— Ну а к твоему приходу она должна была подготовиться? — вспомнил Иннокентий.

— Вот на это я и надеюсь.

Он ушел в шестом часу вечера. А Быковы ждали, сидя внизу, в машине, какую поставили незаметно поодаль от дома. И не сводили глаз с подъезда и черного «Форда».

Поедет ли Попова с Марковым в ресторан, или он вернется один сообщить об отложенной встрече?

Марков перекрыл условленное время и, вопреки собственным убеждениям, пробыл у Поповой почти два часа. Он вышел из подъезда неторопливо. Огляделся по сторонам.