Расплата
Шрифт:
— Вас подождать? — учтиво поинтересовался извозчик, не скрывая насмешку в чуть раскосых глазах — уж не впервой ему привозить сюда богатеньких и именитых ценителей особого деликатеса со стола самого Филиппа.
Этьен недоверчиво огляделся по сторонам — убивать его не спешат, дальнейшую участь предсказать сложно, но если вдруг представить, что выпадет ему шанс покинуть сие злачное место живым, то извозчик, пожалуй, ему еще понадобится.
— Ждать.
Глава 55
Два длинных, три коротких. По наказу куртизанки Этьен отбил пароль по глухому дереву — получилось. Дверь тут же отворилась, обдавая визитера могильной прохладой и ароматом заботливо выращенной на сырых стенах плесени. Стражник молча отступил, пропуская гостя вперед. Что ж, наверно, стоит довериться словам девушки и включиться в эту непонятную игру — вот уж не думал, что в проклятой столице у него есть незримые друзья! Но об этом он подумает позже, сейчас же важно выяснить одно: действительно ли здесь Кристина. Его Кристина. Живая.
Вальяжно, не спеша, с видом самого придирчивого ценителя прекрасного, Этьен молча проследовал мимо стражника и через мгновенье оказался в просторном прокуренном помещении, подсвеченном лишь пламенем камина. Этьен огляделся: уж больше на подвал похоже, нежели на бордель, да еще и для знатных господ. Да и «товара» не видно. Похоже, местечко не иначе как для извращенцев… Впрочем, на то бордель и закрытый, чтобы любой знатный господин, не боясь огласки, мог без стеснения исполнить потаенные свои желания, на которые едва ли решится, к примеру, с собственной супругой. Странные у них, конечно, пожелания, если готовы ехать сюда, в такую даль, чтобы в подвале, среди плесени и грязи, сырости и холода, предаваться разврату с бывшими любовницами Филиппа. От мысли, что Кристина находится здесь, и всякие извращенцы… Этьен невольно мотнул головой, отказываясь даже представлять, что приходится испытывать здесь несчастным девушкам и, возможно, Кристине — была бы жива, а уж с остальным они справятся. Он отогреет, излечит, затянет ее раны! Была бы жива…
— Добро пожаловать, мсье! Чего изволите? — из полумрака нарисовался мужчина лет тридцати с цепким, до костей пробирающим взглядом; по виду это явно не простой стражник — и одет он побогаче, и держится надменно… Видать, он тут главный.
А ведь действительно, чего бы такого изволить? Может, запеченную курочку в грибном соусе? Устриц заказать? Ну или хотя бы бутыль хорошего вина, шелковую простынь и юную девственницу! Нет? Такое здесь не предлагают? А вот прожженную шлюху, отличившуюся когда-то в постели короля — это пожалуйста!
— Ну уж не покушать, — выдавил Этьен, изо всех сил стараясь не растерять надменного вида искушенного завсегдатая подобных заведений.
— Пожелания будут? — невозмутимо продолжил мужчина. — Возраст? Цвет волос? Формы?
— Покажите что есть.
— Простите, а…
Стражник вдруг замялся, оглядывая новенького, ранее не замеченного здесь посетителя, но по глазам его алчным, ощупывающим, и без слов стало понятно, о чем речь.
— Я в состоянии заплатить любую цену, — кивнул Этьен.
— Не сомневаюсь, мсье. Прошу Вас! — указывая в сторону темного коридора за проржавевшей решеткой, проговорил хранитель злачной обители.
Этьен послушно проследовал в указанном направлении. В конце коридора оказалась еще одна дверь — неприглядная и почти незаметная. Но вот за ней текла совсем иная жизнь…
Сладкий аромат шоколада защекотал ноздри, едва распахнулись врата «рая». Этьен невольно зажмурился от яркого света огненных всполохов, играющих в золотых орнаментах резной мебели и инкрустированных драгоценными камнями расписных стенах. Живая масса из полуобнаженных тел, ленивая и лоснящаяся, томно зашевелилась, позволяя гостю разглядеть «товар».
— Вот те поопытней, — кивнул провожатый на стайку девушек, пригревшихся у огня, — но они и подороже. Это самый цвет Королевского Дворца! Обещаю, не пожалеете!
Этьен проследовал в указанном направлении, внимательно вглядываясь в лица куртизанок. Да уж, сложно назвать их невольницами… Довольные, ленивые, как обожравшиеся кошки… На губах — улыбки, в глазах — огонь греха. Хоть бы одна попыталась прикрыться — так нет же, напротив, извиваются как змеи, с гордостью, с вызовом выпячивая бесстыжие прелести… Не найдя среди них Кристину, Этьен даже едва заметно выдохнул с облегчением: не хотелось бы увидеть среди этих порочных лиц его «маленькую Риантию», такую же падшую и довольную своим положением. Впрочем, вариантов-то немного: либо она здесь, среди этих девиц с вытравленными душами, либо… Нет, он все-таки предпочел бы найти ее здесь, пусть даже такую — вульгарную, довольную и падшую. Но живую.
— Позвольте предложить Вам вот эту девушку…
Перед глазами нарисовалась красивая блондинка с шикарной грудью и аппетитными бедрами.
— Блондинок не люблю, — процедил Этьен, обходя девушку.
Блондинок он не любит, рыжих он не любит, да и шатенки с брюнетками какие-то ему не такие — то слишком худые, то слишком смачные; у той глаза неправильные, у той ноги слишком длинные, а эта и вовсе скучная… Этьен дважды обошел девушек, но Кристину среди них так и не нашел.
— Это все девушки?
— Все, — недовольно пробурчал в ответ провожатый, теряя интерес к слишком привередливому гостю.
Все. Одно слово, а сколько рухнувших надежд… Понимая, что ловить здесь больше нечего, Этьен еще раз напоследок окинул взглядом девушек, будто надеясь все же разглядеть среди них любимые, желанные черты, а потом молча развернулся и направился к выходу, спеша в полумраке сырых коридоров спрятать отчаяние в глазах и крах надежды увидеть Кристину живой. Впрочем, того, что она жива, ему и не обещали — ему сказали лишь «возможно», но сколько надежд и ожиданий взлелеялось, пока, доверившись куртизанке, он мчался сюда, зажимая в ладони заветный адрес.
— Уже уходите? — удивился стражник на выходе, отворяя ржавую решетку. — Неужели никто не приглянулся?
Этьен все так же молча проследовал мимо, и только спутник его недовольно проворчал за спиной:
— Не угодишь им нынче… То худая, то толстая, то слишком скучная, то слишком веселая — надо бы Филиппу сказать, что не умеет он выбирать себе женщин!
— Ну так может, ему к сумасшедшей нашей надо? — заржал в голос стражник, ничуть не стесняясь привередливого посетителя. — С той точно не заскучает!