Чтение онлайн

В узких кругах посвященныхБальтазар славился умением выполнять, причем безупречно, самые деликатные поручения, малейшая ошибка при выполнении которых могла поставить под угрозу все дело. А вот успешное выполнение неизменно продвигало Равных и Чистых на новую высоту… Но всему когда-нибудь приходит конец. Похоже, теперь пришло время… разоблачить предателя. Надо только внимательно понаблюдать за тем, какими словами и знаками предатель обменяется со столь неожиданно, но, впрочем, вполне объяснимо оказавшимися здесь врагами.

— Вот оно что… — тихо произнес Светлый Князь (а кем же еще, скажите на милость, он мог быть), — Бальтазар. Давно мы не встречались…

— А-а, — вскричал Вождь и Учитель, — вы слышали? Они знакомы! Мы пригрели змею на…

Но Бальтазар не дал ему закончить.

— Заткнись Гракк, — коротко бросил он, — и сядь. Ты загораживаешь обзор. К тому же можешь положить свой пульт. Он бесполезен. Неужели в твоей тупой голове столь мало мозгов, что ты надеешься в присутствии Светлого Князя подать сигнал на подрыв? Если бы дело было только в твоем пульте, ты бы уже давно его лишился.

— Но… что… как ты смеешь?! — растерянно пробормотал Вождь и Учитель.

НИКОГДА (ну, или, скажем, уже давно) никто не смел разговаривать с ним подобным тоном. И уж тем более Бальтазар, который всегда был подчеркнуто уважителен (а злые языки утверждали, что даже подобострастен).

— Я СКАЗАЛ: ЗАТКНИСЬ!!!

Этот рев просто не мог исходить не только из глотки Бальтазара, но и вообще не мог быть исторгнут человеческой гортанью. Это был вопль зверя. Нет, — ЗВЕРЯ!!! Он буквально швырнул Вождя и Учителя на кресло, и заставил его изо всех сил втянуть голову в плечи и вцепиться в подлокотники мелко дрожащими пальцами. Но он был не одинок. Почти все присутствующие испытали нечто подобное…

— Значит, это ты… — все так же тихо, будто страшный рев не оказал на него никакого воздействия, произнес Светлый Князь.

— Да, Диего, — уже обычным негромким голосом произнес Бальтазар, — это я. И тебе меня не остановить. Ты знаешь…

Светлый Князь кивнул. На несколько мгновений в роскошном зале Совета повисла напряженная тишина. А затем Светлый Князь спросил:

— Но зачем?

Бальтазар, которого, похоже, весь этот разговор отчего-то привел в благодушное расположение духа, откинулся на спинку своего кресла.

— Зачем? Ты меня удивляешь… а-а-а, — он перевел взгляд на шестерых, стоящих за его спиной, — даже сейчас ты пытаешься учить… — Бальтазар усмехнулся. — Что ж, это может быть забавно… Так вот, молодые люди, — обратился он уже не к самому князю, а к его спутникам. — Вы со своим Государем — Псы Господни. И помогаете ему пасти овец. Оберегаете их от всяческих опасностей, с которыми они, ах, бедные, не могут справиться… А я — ВОЛК! И моя задача — улучшать породу. Прореживать, так сказать, стадо. И… преподносить уроки тем, кто еще не попался мне на зуб. Так вот, по моему мнению, сегодня человечество слишком… запаршивело. Погрязло в суете, довольстве. Разучилось отличать добро от зла… да просто забыло как оно, это самое настоящее, незамутненное зло выглядит! И… значит, созрело для нового урока.

На некоторое время в зале вновь установилась абсолютная тишина, но тем, кто понял,она показалась кладбищенской.

— Значит… эти мегазаряды взорвутся в любом случае? — тихо произнес один из Воинов.

Все, сидящие за столом Совета, с ужасом уставились на Бальтазара. Тот искривил губы в досадливой усмешке.

— Да, мой мальчик… Хотя, если бы твой Князь не вмешался, все произошло бы гораздо громче. Мы бы расколошматили сначала эту эскадру, затем парочку следующих. И лишь когда сообщения с Шани Эмур заняли бы первые строчки рейтингов всех новостных сетей, и достаточно много семей оказались личнопричастны к тому, что здесь происходит… БУМ! И все умерли, — он остановился, окинул взглядом присутствующих, большинство из которых смотрели на него с ужасом, а затем, еще более повеселев, закончил: — Впрочем, и так все неплохо. По всей планете установлены восемнадцать миллионов голокамер, которые начнут трансляцию, как только будут включены сирены. А местные о-очень хорошо представляют себе, в какомслучае заработают эти самые сирены. Так что картинка получится заглядение… Да и эскадра обречена… Так что и «лично причастных» ЗА пределами Шани Эмур тоже окажется пусть и не столь много, как я рассчитывал, но достаточно. — Он весело улыбнулся. — Урок состоится! Непременно!!

— Нет! — Голос Светлого Князя был сух и тверд. И спокоен.

Бальтазар изобразил недоумение.

— Вот как? Уж не ты ли, Князь, мне помешаешь?

— Я, — так же твердо и спокойно ответил тот.

— Диего, — мягко начал Бальтазар, — даже будь здесь Ратибор… да даже все вы, это все равно имело бы слишком слабые шансы на успех. А ты…

Внезапно Бальтазар осекся. Глаза у него расширились, и он неверяще покачал головой.

— Диего… нет. Ты не должен! Что значат эти жалкие четыре миллиарда жизней по сравнению с твоей?

Диего улыбнулся.

— Ты столь долго живешь в этом мире, а так ничего и не понял… Я уже давно готов к встрече с Ним. А они — нет. Я не могу… не дать им шанса.

Бальтазар несколько мгновений молча смотрел на стоящего перед ним Светлого Князя, на висках которого все присутствующие внезапно заметили тоненькие струйки пота. Спустя мгновение Светлый Князь пошатнулся, и Витязи, мгновенно прянувшие вперед, поддержали его под локти.

Бальтазар стиснул зубы так, что на скулах выступили желваки. Он медленно поднялся.

— Что ж… пусть так… все равно урок состоялся. Пусть не такой, как я планировал, но… состоялся. Не знаю, многие ли его поймут, но… ничего уже не изменишь.

Светлый Князь облизал губы и с трудом произнес:

— Вождь, прикажите войскам и отрядам добровольцев не оказывать сопротивления.

Гракк, о котором, казалось, все забыли, дернулся, но, увидев, что взоры присутствующих обращены к нему, приосанился и, вновь приподняв пульт, заговорил:

— Этого не будет! Мы никогда не сдадимся! Мы погибнем в очищающем огне, но…

— Заткнись, придурок, — устало произнес Бальтазар, — и делай, что тебе велят. Нет. НЕТ у тебя больше никакого очищающего огня. И вообще никакого оружия у тебя нет. Единственное, что грозит твоим «несгибаемым борцам», — это порка. В крайнем случае, несколько сотрясений и переломов… а это, согласись, жалко и глупо.

— Но… как? — растерянно проблеял Вождь и Учитель.

— Вот так. Светлый Князь Диего разменял свою жизнь на… почти нереальную вероятность того, что здесь и сегодня никто не умрет. — Бальтазар зло рассмеялся. — Это был почти единственный способ меня остановить, но я не думал, что кому-то придет в голову совершить столь… неравноценный обмен. — Он оборвал смех. — Ну ладно. Мне здесь больше делать нечего.