Чтение онлайн

Мужчина потянулся, грубо схватил ее за руку и прижал к своему телу. Грудь женщины была притиснута к его груди, когда он резко провел свободной рукой по ее покрасневшей щеке и шее.

Он угрожающе прошипел:

— Это мы еще посмотрим.

— Если ты не успокоишься, то испортишь весь наш план, и огромные деньги будут выброшены на ветер.

По-видимому, упоминание о деньгах заставило блондина поколебаться. Деньги, очевидно, составляли для него весь смысл жизни.

— Возможно, наши расходы окупятся с лихвой, — сказал он, разжимая руки. — Твои бездарные шпионы снабжают нас именно тем же — бездарной информацией.

— Я заплатила гораздо больше за тебя, достойный Тони Сент-Сир, и присяжным все еще интересно, действительно ли ты стоил тех денег, — сказала она, заманивая его в ловушку.

Лицо мужчины покрылось красными пятнами.

— Это были мои деньги, ты прекрасно знаешь.

— Кажется у тебя удивительно короткая память, когда дело касается денег. Большего от тебя и не жди, — добавила она, отвернувшись. — Во-первых, деньги были моими. Ты забыл о наследстве, оставленном мне моим дедом. Он приблизил к ней свое лицо:

— Меня всегда интересовало, как тебе удалось убедить старика так выгодно выделить тебя в своем завещании по сравнению с остальными внуками.

Она шагнула к нему, сжав кулаки так, что ногти впились в кожу.

— Ты, ублюдок…

— Хотя бы в одном, Мегс, ты совершенно права.

Она остановилась:

— Что ты имеешь в виду?

— Ты считаешь себя самой умной и хитрой. Так вот, моя дорогая, тебе далеко до непогрешимости. Ты допускаешь-таки ошибки.

— И прекрасно об этом знаю, — вульгарно хмыкнула она. — Я вышла за тебя замуж, не так ли?

Его рука подлетела к ее губам. Было слишком поздно, конечно же.

— Тише, — зашипел он. — Ты хочешь, чтобы тебя кто-нибудь услышал?

Кое-кто уже услышал.

Она оторвала его руку от своего рта и продолжила:

— Что ты все-таки хочешь мне сказать?

— Я не четвертый сын графа, моя сладкая. Женщина побледнела под своим безупречным макияжем.

— Выкладывай, — угрюмо обронила она.

— Ну что ж, я потомок графа в четвертом колене. Но, к несчастью, есть только три законнорожденных сына. Ты не ошибалась в своих подозрениях, я ублюдок во-первых, во-вторых, и во всем остальном. — И здесь мужчина по имени Тони рассмеялся. — Короче говоря, ты купила вовсе не титулованного джентльмена, которого тебе так хотелось заполучить.

— Ах ты сукин сын!

— Именно так. И поверь мне, моя мать была второразрядной шлюхой, даже не первоклассной. Раз уж мы заговорили об этом, она была просто шлюхой, грязной и опустившейся па самое дно. Она родила меня в одной из лондонских трущоб и предоставила самому заботиться о себе, когда мне было только двенадцать лет.

— Какая печальная история! Бедный, бедный мальчик! — Блондинка могла быть также и жестокой. — Я давно решила, что какую бы цену я ни заплатила за тебя, это было чертовски много.

Тони сгреб ее в охапку и принялся ласкать.

— Ты так думаешь?

— Ну что ж, — сказала она с грудным смехом, — должна признать, ты все же отрабатываешь свое содержание. Тем не менее именно деньги моего деда пригодились для того, чтобы начать бизнес.

— Но именно те сведения по инвестированию, которые я сумел достать, подкупив нашего брокера по торгам, превратили их в то состояние, которое мы имеем сегодня. Или, вернее, то, что могло бы быть состоянием, если бы завещание твоего деда не включало условий ежеквартального содержания. К нам относятся как к детям, чьи деньги должны выдаваться им фартинг за фартингом, — сказал он с досадой. — Деньги. Все всегда сводится к тому факту, что мы, кажется, никогда не имеем достаточно этого чертова металла. И теперь мы вынуждены тратить их на болванов, которых наняли для того, чтобы выяснить, каким ветром занесло Джейн Беннет на этот забытый Богом остров.

— Так или иначе, от нас это не уйдет, — заверила его Мегс. — Я гарантирую тебе. В моем лице мисс Беннет встретила больше чем просто достойную соперницу.

Парочка направилась по дорожке сада и исчезла из вида.

Наконец он мог свободно двигаться, не рискуя быть замеченным.

Он тут же покинул свое место, ощущая внезапное желание окунуться в море.

Но он не забыл ничего из увиденного и услышанного. Ни один волос не упадет с головы прекрасной, доброй леди. Уж он-то об этом позаботится. Он дождется своего часа, и, когда придет время, он знает, куда пойти и кому поведать обо всем увиденном и услышанном.

Джейк лежал без сна в своей постели и мечтал о Джейн Беннет.

Ничего нового в этом не было. Почти все свое время он проводил в размышлениях о ней и, судя по состоянию своего тела, все ночи тоже принадлежали мечтам о ней. Каждый раз, когда он просыпался, что случалось часто, он чувствовал крайнее напряжение.

Прошло четыре дня после той истории с Джейн и медузой. Она поправлялась. Он поправлялся.

Все было в порядке.

А возможно, и нет.

— Эй, очнись, Холлистер, — пробормотал он, взбивая смятую подушку. Он нагнулся и поднял сползшую простыню.

Ему нужно было подумать о чем-то другом, кроме Джейн, ради него же самого… того немногого, что от него еще осталось.

Цветовая гамма.

Наконец-то гениальное решение всех его проблем! Ну что ж, по правде говоря, возможно, не гениальное решение, но все-таки решение, которое у него было здесь и сейчас. Коттеджи «Самсон» и «Далила» были абсолютно одинаковы в технике постройки: одинаковые полы, одинаковые площади и расположение комнат; одинаковы в каждой детали, за исключением их цветового решения.

Джейку не нравились цвета, использованные в «Самсоне», — коричневый, оттенка коровьего помета, и тыквенно-оранжевый. Да и «Далила» была немногим лучше в своих ярких оттенках розового и пурпурного.

Прошлым летом он предложил свои услуги для того, чтобы бесплатно перекрасить интерьер сдаваемых в аренду коттеджей, предлагая выполнить его в нежных пастельных бежевых или белых тонах для «Самсона» и, возможно, в пастельном зеленом или голубом — для «Далилы». Сестры Мейфэр и слышать об этом не хотели, а ему не хотелось вступать с ними в спор. В конце концов его нынешний дом, в котором он был просто временным жильцом, принадлежал именно им.