Чтение онлайн

Бутч встал, подошел к шкафу и достал сумку Гуччи… потом понял, что не желает брать с собой что-либо из этой жизни, когда уйдет.

Отбросив сумку в сторону, он натянул джинсы и рубашку, сунул ноги в кроссовки, нашел свой старый бумажник и комплект ключей, которые привез с собой, когда переехал к Вишесу. Он смотрел на металлическое переплетение простого серебряного кольца и вспомнил, что еще тогда, в сентябре он не стал ничего делать со своей квартирой. Что же, спустя все это время, его хозяин должен был уже давно все вычистить и выбросить его вещи. Что было хорошо. В любом случае, он не хотел туда возвращаться.

Оставив ключи, он вышел из комнаты, и только тогда понял, что у него нет машины. Он посмотрел себе под ноги. Получается, он уйдет отсюда на своих двоих, а потом поймает машину.

У него не было готового плана, что он собирается делать и куда он пойдет. Он знал только то, что уходит от Братьев и Мариссы, и все. Ну, он также знал, что для того, чтобы покончить со всем этим, ему придется уехать из Колдвелла. Возможно, он двинется на запад или куда-то еще.

Войдя в гостиную, он почувствовал облегчение, что здесь не было Ви. Прощание с другом было бы почти таким же ужасным, как прощание с его женщиной. Так что, не было причины для прощальных разговоров.

Черт. Что Братство собирается делать по поводу его ухода? Он знал о них слишком много — как бы то ни было. Но он не мог остаться, и если это означало конкретные действия против него, он уверен, что его мучениям будет положен конец.

И что насчет того, что Омега сделал с ним? Ну, полного ответа на этот вопрос у него не было. Но, по крайней мере, ему не придется беспокоиться о том, что он может причинить вред Братьям и Мариссе. Потому что он не собирается видеться с ними снова.

Его рука лежала на ручке двери вестибюля, когда он услышал голос Ви:

— Куда это ты собрался, коп?

Бутч повернул голову, Ви вышли из тени кухни.

— Ви… Я ухожу.

До того как услышал ответ, Бутч покачал головой.

— Если это означает, что вам придется убить меня, сделайте это быстро и похороните меня. И не говорите Мариссе.

— Почему ты уходишь?

— Это лучший выход из ситуации, даже если это значит, что я должен умереть. Черт, вы окажете мне услугу, если избавитесь от меня. Я влюблен в женщину, которую не могу иметь. Ты и Братство — мои единственные друзья, но и вы не можете на меня рассчитывать. И что, черт побери, меня ждет в реальном мире? Ничего. У меня нет работы. Моя семья думает, что меня давно грохнули. Единственное, что хорошо, это то, что я буду сам по себе, с подобными мне.

Ви подошел: высокая, грозная тень.

Черт, может быть, все закончится сегодня ночью. Прямо здесь. Прямо сейчас.

— Бутч, мужик, ты не можешь уйти. Я говорил тебе это с самого начала. Никакого ухода.

— Тогда, как я сказал… убей меня. Возьми кинжал и прикончи. Но послушай меня внимательно. Я не останусь в этом мире в качестве чужака ни минутой более.

Когда их глаза встретились, Бутч даже не напрягся. Он не собирался бороться. Он собирался спокойно уйти в ночь, благородно умерев от руки своего самого близкого друга.

Были способы и похуже, подумал он. Намного, намного хуже.

Глаза Ви сузились.

— Есть другой путь.

— Другой… Ви, дружище, комплект пластиковых клыков не улучшит ситуацию.

— Ты мне доверяешь? — Последовало молчание, тогда Ви повторил: — Бутч, ты мне доверяешь?

— Да.

— Тогда дайте мне час, коп. Дай мне подумать, что я могу сделать.

Время тянулось медленно, и Бутч бродил по Яме в ожидании Ви. Наконец, неспособный стряхнуть алкогольный туман и избавиться от долбаного головокружения, он вошел в спальню и лег на кровать. Закрыл глаза, чтобы приглушить свет, а не попытаться уснуть.

Окруженный плотной тишиной, он подумал о сестре Джойс, и ее новорожденном ребенке. Он знал, где должно было пройти крещение: то же место, в котором крестили и его. То же место, в котором крестили всех О'Нилов.

Первородный грех прочь.

Он положил свою руку на свой живот, на черный шрам, и подумал, что зло, несомненно, вернется к нему. Иначе быть не может. В конце концов, оно прямо внутри него.

Поглаживая свой крест, он сжимал золото в кулаке, пока оно не врезалось в кожу, и решил, что ему нужно вернуться в церковь. Возвращаться регулярно.

Он все еще сжимал распятье, когда опустошение взяло его хитростью, прогнав его мысли прочь, заменяя их ничтожными обрывками сна.

Некоторое время спустя, он проснулся и взглянул на часы. Он проспал два часа, и сейчас перешел в стадию похмелья: голова стала одной, большой, тупой болью, а глаза — сверхчувствительными к свету, проникающему из-под двери. Он повернулся и потянулся, позвоночник хрустнул.

Жуткий стон пронесся по коридору.

— Ви? — сказал он.

Другой стон.

— Ты там в порядке, Ви?

Из неоткуда раздался громкий звук, словно упало что-то тяжелое. Потом удушающие звуки, наподобие тех, что вы делаете, когда вам слишком больно или напуганы до смерти. Бутч спрыгнул со своей кровати и побежал в гостиную.

— Святой Боже!

Вишес упал с дивана и приземлился лицом на кофейный столик, разбросав бутылки и бокалы. Потом он завертелся, его глаза были сжаты, а рот разинут в немом вопле.

— Вишес! Проснись! — Только схватив его здоровые руки, Бутч осознал, что Ви снял свою перчатку. Господи… его ужасная рука сияла словно солнце, выжигая отверстия в древесине стола и коже дивана.

— Твою мать! — Бутч выскочил из зоны страйка, чуть не получив удар.

Ему оставалось лишь звать Вишеса по имени, пока Брат боролся с хваткой какого-то монстра, схватившего его. Но, в конце концов, что-то подействовало. Может, голос Бутча. А может, Ви треснулся достаточно сильно, чтобы разбудить себя.

Открыв глаза, Вишес задохнулся и задрожал, покрытый потом страха.

— Приятель? — Когда Бутч опустился на колени и прикоснулся к плечу своего друга, Ви отпрянул, съежился. Что оказалось самым странным. — Эй… полегче, ты дома. Ты в безопасности.