Чтение онлайн

– Как ты думаешь, как он нашел нас? И почему ему так нужен этот свиток?

– Давай пока оставим эту тему, – попросила девушка. – Я сейчас постараюсь сосредоточиться и подумать обо всем этом. Использую некоторые свои методы. А вечером, когда появится Алмаз, мы снова поговорим об этом. Возможно, что-нибудь подскажет она.

Соболь ушел на свое место, взял в руки весло и иногда пускал его в дело, когда лодку начинало разворачивать. Но это было редко – суденышко попало в фарватерное течение и шло так, как и надо было. Пламенеющие золотом берега медленно уплывали назад – ни людей, ни животных. Алмаз тоже не показывалась, наверное, прибрежная дорога ушла в лес. Смотреть было не на что и Радан обратил внимание на детей – те, взбудораженные утренним побоищем, взволновано обсуждали случившееся. Даже немногословный Горзах, в этот раз часто вставлял свои фразы, похожие на лай щенка. Но и они через час угомонились, и девочки уснули, эльфенок стал пробовать рыбачить, а орк наблюдал за ним.

Умиротворяюще журчала вода за бортом, лодку слегка покачивало, и Соболь сам не заметил, как задремал. Просто вдруг все вокруг исчезло, а вместо этого он оказался в белоснежном замке Веды. Он был у фонтана с величественной фигурой девушки. Тот опять работал, прозрачная струя лилась из кувшина и журча, падала в воду, а вокруг не было ни души. Радан, почему-то знал зачем он здесь – из-за этой самой девушки–вогалки, она должна была что-то сказать ему. Он даже вспомнил как её зовут – Еллин – при повторении имя приятно перекатывалось во рту. Однажды он видел её в коротком сне, но никогда больше не вспоминал.

На этот раз, несмотря на ровную белизну её лица и шеи, она совсем не казалась каменной. И безукоризненные пропорции красоты, делавшие её богиней в этот раз тоже были наполнены жизнью.

– Здравствуй, Радан, – высокая красавица склонилась к нему. – Ты уже выбрал, кто из них?

– Здравствуй, Еллин, – беспричинная радость переполняла его. – Прости, но я не понимаю, о чем ты спрашиваешь.

– Я вижу, что ты нашел детей, но ты должен знать, что лишь один из них может стать воплощением Отверженной. Именно его ты должен убить.

От этих слов на Радана повеяло могильным холодом, он растерянно переспросил:

– Кого убить?

– Из тех четверых, кто сейчас рядом с тобой, один предназначен для возрождения Отверженной. Те, кто должны были уничтожить дитя, родившееся под знаком, не смогли это сделать. Силы Хаоса очень сильны, теперь только ты можешь остановить возвращение Проклятой. Убей дитя!

Внезапно, жизнь исчезла с лица Еллин – теперь её безупречная красота опять стала красотой мраморной статуи.

– Убей дитя! Спаси мир, – еще раз повторила она и вдруг мрамор превратился в туман. Речной ветерок за несколько мгновений развеял молочные клочья, унося их к берегу, и все исчезло. Соболь очнулся.

Алмаз в этот раз опередила их. Когда лодка миновала очередной лесистый мыс, Радан почувствовал запах дыма и встревоженно взглянул на Хазимай – чувствует ли она что-нибудь? Та сразу поняла его невысказанный вопрос. Она, как всегда, ласково улыбнулась ему и одними губами прошептала:

– Алмаз.

К вечеру ветерок потянул с берега и сейчас он нес не только приятный запах дыма, но и явный аромат жаренного мяса. Полукровка добыла какого-то зверя. Рот юноши невольно наполнился слюной. Лесной житель, он хоть и любил рыбу, но главным блюдом, как и все его соплеменники, всегда считал мясо. Он и Горзах были главными любителями мяса на лодке.

Костра они так и не увидели, но Лесная уверенно приказала пристать к берегу у одинокой сосны, вырвавшейся из кустов.

– Там нас ждет, Алмаз, – теперь уже громко пояснила она.

Дети приветствовали заявление радостными криками и оба мальчишки кинулись помогать Радану, заворачивать тяжелую посудину к берегу.

Лесная, конечно, не ошиблась – как только дети зашумели, из кустов к сосне вышла амазонка. Она заулыбалась и приветственно замахала руками:

– Где вы пропали? Давайте скорей, а то я уже не могу – есть хочу! Сегодня жаренный кабанчик.

Горзах не смог сдержать эмоций и издал победный клич. Зверское завывание прозвучало неожиданно громко и далеко разнеслось над тихой вечерней рекой. Хазимай строго посмотрела на орченка, тот стушевался и склонив голову, ожесточенно заработал веслом. Она права, подумал Радан, нельзя забывать об осторожности, сегодняшнее утро это подтвердило.

Лодка ткнулась в берег, Алмаз подхватила веревку, закрепленную на носу, и завязала её за сосну. Течение развернуло посудину, прижало бортом к берегу, и они сошли на берег.

Ужин получился на славу – как оказалось, Алмаз подстрелила отставшего от выводка молодого кабанчика и нажарила на углях гору мяса. Рассевшись и откусив по первому куску, дети наперебой начали рассказывать об утреннем происшествии. Даже обычно немногословный Горзах, отрывался от мяса, вытирал рукавом жирный рот и пытался тоже добавлять подробности. За время путешествия он немного освоил язык людей и теперь его речь была мешаниной из двух языков. Алмаз удивленно поглядывала на взрослых, но видя, что они не спешат рассказывать, тоже не стала спрашивать.

После того, как все поели, Алмаз показала Радану и Хазимай, что надо отойти. Они ушли на берег к лодке, дети остались у костра.

Солнце уже зашло и над ширью Белой догорала красная тревожная заря. Амазонка присела на борт и спросила:

– Что произошло? Рассказывайте!

Хазимай кивнула Радану – начинай ты. Соболь обстоятельно, стараясь ничего не упустить, так как учил Корад Славуд, рассказал все что помнил.

– Это точно был тот маг, который напал в Серебримусе? – в голосе Алмаз прозвучало недоверие. – Откуда он тут взялся? Вернее – как он нашел нас?

– Магия, – коротко пояснила Лесная. Она тоже не знала, что кроме магии, Сельфовуру помогла случайность – оказался в нужном месте, в нужное время.

– То есть, он теперь прекрасно знает где мы и через какое-то время пожалует с подкреплением?

Хазимай вздохнула:

– Скорей всего ты права.

– Что за…, – Алмаз хотела выругаться, но взглянув на Радана, сдержалась. – С каждым разом все хуже. По берегу догоняют эльфы, на реке чародей. Кто еще за нами охотится?

Никто из них не знал, что охотники, для которых они были главной добычей, совсем недалеко от них – день пешего пути ниже по течению – и сейчас тоже готовятся к ночи на берегу Белой.