Рецепт предательства
Шрифт:
Как это у нее получается, хотела бы я знать.
В морге меня встретили нерадостно. Какие-то иноземного вида санитары долго бубнили что-то нечленораздельное, в конце концов отправив меня выяснять все вопросы к заведующему.
Внешность начальника морга настолько соответствовала его должности, что на секунду я в изумлении застыла на пороге кабинета. Из-за стола, заваленного бумагами, усталым, тысячелетней древности взглядом на меня смотрел Мефистофель.
– Э-э-э… добрый день!
В который раз убеждаюсь, главное – начать.
Найдя в себе силы растянуть губы в неестественной улыбке, я быстро вошла в роль и весь дальнейший спектакль разыграла как по нотам.
– Меня зовут Эльвира. Эльвира Быстрова. Это фамилия по мужу. Мы с сестрой… Ах да, ведь вы же не знаете. Я сестра Тамары. Тамары Всеславиной. Только вчера я узнала, что случилась трагедия… Бедный Владик! Мы все так любили его…
Мефистофель слушал молча и терпеливо, но в усталом взоре его ясно читалось: «А на кой ляд тебя принесло сюда?»
Но я не сбавляла темп.
– Невозможно поверить, – тараторила я. – Тамарочка… она просто убита. Вы знаете, ведь все произошло так странно… Даже я начала сомневаться. А Тамарочка, так она просто уверена, что во всем этом не обошлось без… ну, вы ведь понимаете…
– Не уверен, – спокойно произнес Мефистофель.
– Ну как же… здесь кто-то замешан, это же совершенно очевидно. Владику помогли отправиться на тот свет, в этом нет никаких сомнений. Вот и Тамарочка… она просто уверена, что все это дело рук завистников.
– Вы хотите сказать, что смерть произошла не от естественных причин?
– Да! То есть нет… то есть я хочу сказать… конечно… но…
– Нет никаких оснований предполагать это, – приводя меня в восхищение своей невозмутимостью, говорил Мефистофель. – Мы провели все необходимые анализы, причина смерти – инфекционно-токсический шок.
– О! В самом деле? А… что это такое?
– Это когда то или иное инфекционное заболевание в связи с общей ослабленностью организма провоцирует полиорганную недостаточность, в результате которой наступает смерть.
– О… это все так сложно, что вы говорите. А не может ли кто-нибудь подробнее объяснить мне все это? Вы наверняка очень заняты, но, может быть, у кого-то найдется время… – Я пустила в ход одну из самых очаровательных своих улыбок. – Поймите наши чувства, мы все так волнуемся… А вдруг здесь и правда произошло преступление? Тамарочка осталась совсем одна, кто-то должен помочь ей. Мы хотим узнать все подробно, и если выяснится, что есть что-то подозрительное… Вы знаете, Тамарочка хочет даже нанять детектива…
– Не вижу в этом ни малейшей необходимости. Впрочем… вам повезло, сегодня дежурит Валера, он как раз занимался вашим… Владиславом. Надеюсь, после его объяснений все ваши подозрения исчезнут.
Мефистофель взял телефонную трубку, и через несколько минут в кабинете появился огненно-рыжий Валера, конкретный и недвусмысленный взгляд которого в мгновение ока дал мне понять, что объяснения будут исчерпывающими.
«Не зря ты старалась, Света», – благодарно думала я, отправляясь следом за Валерой куда-то в глубины специализированного помещения.
– Пожалуйста… здесь мы сможем поговорить, – открыв дверь в еще один небольшой кабинет, сказал Валера, и, пройдя вперед, я настолько явственно ощутила силу его пытливого взгляда, что показалось, будто меня ощупывают руками. Однако дело превыше всего, и, изобразив невинное простодушие, я начала задавать интересующие меня вопросы.
– Э-э… видите ли, мы с сестрой… все это произошло так неожиданно. У нее очень сильные подозрения насчет того, что все было подстроено. Бедная Тамарочка сейчас в таком состоянии… Я должна помочь ей. Не могли бы вы объяснить мне подробно и по возможности понятно, отчего наступила смерть и можно ли вызвать вот этот самый ин… инфекционно-токсический шок как-то искусственно.
На лице Валеры отражалось глубочайшее сочувствие, и блудливый взор, как бы нечаянно скользящий то туда, то сюда, со всей неопровержимостью подтверждал искренность этой положительной эмоции.
– Подобное состояние можно вызвать искусственно введением сильнодействующих препаратов, – интимно приглушив голос, говорил Валера. – Но при таком варианте шок наступает быстро. В вашем же случае, насколько я понял, имело место именно течение болезни, то есть версия о каком-то намеренном введении каких бы то ни было препаратов, скорее всего, несостоятельна.
– А как вообще определяется, что это – именно легочная инфекция, а не что-то там… бронхит, допустим, или пневмония…
– В числе прочего мы проводим анализ на бактерии и вирусы… конечно, он не такой всеобъемлющий, какой можно было бы сделать в специальной лаборатории, но представление все-таки дает. В частности, у вашего… пациента в смыве с легочной ткани были обнаружены пневмококки, стафилококки, бактерии коли и прочие красавцы, совершенно точно указывающие на причину возникновения заболевания.
– Но неужели все это так неизбежно связано с летальным исходом? – в ужасе расширила я глаза.
– В подобных случаях многое зависит от общего состояния организма. Вообще, должен вам сказать, что, по некоторым данным, смертность от пневмонии выше даже, чем от инфаркта. И это как раз потому, что недостаточность функции легких, вызванная этой болезнью, провоцирует недостаточность других органов, в некоторых случаях чуть ли не всех сразу. Барахлит сердце, бастует печень, не работают почки… Когда все это наваливается в одночасье, далеко не каждый способен выдержать.