Ренегат

Полтора часа назад ко’тан Карин разрядил в мою грудь пистоль, намереваясь прикончить. Это была точка невозврата, изменившая всё.

После выстрела в упор, сбившего «полусферу хаоса», частично накопленную защиту амулета и половину «ледяного кокона», я применил к орденцу «касание предвечного хаоса». Да, сильно рисковал, ведь приближённый арата мог обладать защитой четвертого ранга. К счастью, плетение сработало.

— Карин, у вас всё в порядке? — после выстрела не прошло и секунды, как в кабинет ворвался Хмар. Пришлось повторно использовать касание хаоса. Про себя порадовался, что мой внутренний резерв может напитать больше одного плетения третьего ранга, а долгое путешествие по ночным улицам позволило восполнить энергию, которую выкачал из меня амулет.

— Замерли, оба! — приказал я. Убедившись, что оба старших воина подчинились, опустился на стул, и произнёс, уже тише: — Не надо было сюда приходить…

Имея двух сопровождающих, стоящих на службе у коменданта цитадели, не сложно пройти через все посты и дозоры, не вызвав подозрений. Главное — отдать правильные приказы подчинённым моей воле ко’танами. Мне это удалось. Поэтому, когда мы подходили к посту, расположенному перед внешней стеной, я уже был уверен — мы прорвались.

— Покажите всем видом, что вы сопровождаете второгодка на испытание пустошью. — отдал я последний приказ, когда до поста оставалось чуть больше пятидесяти метров. — Рилл, веди себя тихо, будь послушным.

— Р-рау. — послушно рыкнул питомец. Ещё бы, я специально посетил именно тот загон, в котором содержался мой питомец, чем сильно обрадовал зверя.

— Куда направляетесь в столь ранний час, ко’таны? — встретил нас у выхода дозорный. Старший воин, у которого, похоже, было плохо со зрением. Иначе бы смог разглядеть нашивки на плече у Хмара и Карина. Зато их разглядел смотритель, в этот раз не кон, что тоже радовало.

— Расул, ты что, ослеп?! — из помещения, расположенного внутри стены, вышел второй старший воин. — Перед тобой братья, выполняющие волю арата! Ко’тан Карин, можете проходить.

— Сразу бы так. — процедил сквозь зубы один из моих «сопровождающих», после чего мы вышли за ворота. Я, проходя последним, услышал слова дозорного, брошенные в мне в спину:

— И чего им нужно с этой стороны. Уже второй отряд с утра уходит, не могли дождаться вечера.

— Так осаду с крепости сняли, сегодня потоком пойдут. — уже на грани слышимости донёсся ответ второго дозорного.

Отрезок пути, названный тоннелем смерти, мы прошли в тишине, как и внешних дозорный, стоящих на входе в цитадель. Здесь нас никто не расспрашивал, лишь старший дозора пожелал скорейшего возвращения.

Здесь, в пустоши, уже наступило утро, и прямо сейчас нам в глаза били лучи восходящего солнца, заставляя щуриться. Вот она, полная свобода! Да, обманчивая, коварная, но скрывающая все запреты и ограничения…

— Второгодок, кто ты такой? Чужак? Или отступник? — раздался справа голос Хмара.

— Этого тебе знать не нужно. — ответил я. — Держите курс на ближайшую стоянку, с действующим перроном под землёй.

— Ты же ликвидатор. — в разговор вступил Карин. — Значит не отступник. Так какому богу ты служишь, чужак?

— Вы оба задаёте такие вопросы, что у меня возникает встречный. — я добавил в голос иронии: — Хотите умереть?

— Ты нас убьёшь в любом случае, чтобы мы не рассказали о тебе. Но поверь, этим только усугубишь свое положение. Знаешь ли ты, чужак, что арат может сделать тебя изгоем на расстоянии? А он сделает это, будь уверен. Уже сегодня к обеду нас начнут искать, а вечером Всеволоду доложат, что некий второгодок обманом увёл двух старших воинов. Арат посетит совет Либеро, и начнёт поиски. Когда не найдёт нас среди живых, отдаст Либеро приказ, и тебя отлучат.

— Сможет ли он проделать то же самое, если я состою в совете? — проявил я интерес к услышанному.

— Ха, какой забавный. — ответил Карин, не сдерживая смеха — Второгодок, ты не можешь быть членом совета. Туда можно попасть, только если достигнешь звания гер’кона. Да и кто пустит чужака в совет Либеро? Так что не смеши меня, смертник. Кстати, когда мы с Хамадом допрашивали тебя на стоянке, ты ещё не был чужаком, я в этом уверен. Значит поэтому убил Бруна? Он заметил в тебе изменения?

— Что вам известно о совете Либеро? — спросил я, проигнорировав попытки Карина получить от меня информацию.

— Ничего, кроме того, что он есть, и что на совете принимают решения об изгнании из ордена, а так же о назначении братьев и сестёр на должности комендантов.

— Знаете ли вы что-то об ордене, о чём не ведают другие ко’таны? — решил задать я наводящий вопрос. Сейчас, когда я избежал угрозы гибели, стоило позаботиться о товарищах, оставшихся в цитадели, и для этого мне могла пригодиться любая информация.

Хельга, Сана, Хард и Александр — все они из-за моих действий попали под удар. Впрочем, воительница с смотрителем должны были узнать о случившемся, ведь с них спало воздействие «касания предвечного хаоса», и возможно они успеют сообщить о случившемся Харду. Надеюсь, им удастся покинуть цитадель. Другое дело, что потом, когда оба пленника перестанут мне подчиняться, все мои товарищи попадут в изгои. Женщинам и копейщику изгнание из ордена Либеро не страшно, они уже не состоят в нём, а вот кон окажется в весьма неприятном положении. Ему даже сообщить о случившемся никто не сможет, из-за разделения цитадели на сектора и круги. Хотя…

— Чужак, о чем задумался? — спросил меня Хмар. — Уже понял, что загнал себя в ловушку?

— Значит не знаете ничего важного сверх того, что я могу вызнать у любого ко’тана. — произнёс я, игнорируя орденца.

— Знаем о железной паутине, о тетраэдрах и кубах хаоса, о залах совета, и о иносах. Что тебя интересует, чужак? — Карин, в отличие от Хмара, понимал, что они находятся в очень невыгодном положении. К тому же моё спокойствие не соответствовало ситуации.

— Рассказывайте. — велел я. — По порядку. Начните с тетраэдра.