Чтение онлайн

Конечно, везде ходили слухи об уродах, которые могли перемещать предметы, лишь подумав об этом, или даже читать чужие мысли, но Ив считала, что все это дурацкие выдумки. Потому что как бы круто ни звучало слово «мутация» в старых голливудских киношках, на Свалке люди не обладали суперспособностями, улыбками Годзиллы и даже не могли красиво загореть. Зато у них был рак. Много-много рака.

А те немногие, что стали «особенными»?

Ну, Братство заботилось о том, чтобы они стали покойниками.

Четверка уже забралась далеко в Долину, когда из груды старых тракторных покрышек появилась автоматическая турель, выплевывая облачко метанового газа. Надеясь, что голосовой идентификатор больше не даст сбой, Ив начала напевать одну старинную мелодию, которую дедушка заставил ее выучить. Бетховей или что-то типа того…

– Та-да-да-да-а-а-а-а. Та-да-да-дум-м-м-м-м.

Турель спряталась, а они продолжили свой путь. По дороге Ив пришлось еще пару раз спеть для автоматов-часовых, уклоняясь от тепловых зарядов, заложенных дедушкой для незваных гостей, и вот за поворотом показался дом, милый дом.

Это был комплекс из образовавших круг грузовых контейнеров и старинных домов-трейлеров, приваренных к тяжелому грузовому воздушному судну-топтеру, который много лет назад рухнул сюда, прямо в груды мусора. Двигатели топтера были покрыты слоем смазки, чтобы спасти их от ржавчины, которая медленно разъедала остальную часть корабля. Из трех дымоходов вылетали метановые выхлопы, а вся конструкция гудела и ходила ходуном от гула ветряных турбин и вентиляторов системы охлаждения. Вокруг сооружения высились горы шин и руины старого парка развлечений, находившегося здесь в двадцатом веке. Проржавевший остов древних американских горок громоздился над окружающими его грядами мусора, словно разъеденный морской змей, плывущий через океан всевозможного хлама.

Ив подошла к судну и постучала в дверцу люка.

– Дедушка, это Иви!

Откинув с глаз свисающую длинную челку, она постучала еще раз. Изнутри раздалось медленное жужжание. Мучительное, тяжелое дыхание. Видеоэкран рядом с дверью ожил, и на дисплее показалась пара слезящихся глаз.

– Нам ничего не нужно, – сказал голос.

– Дедушка, хватит уже, впускай нас. Здесь жарко.

– Дедушка? – Голос звучал скрипуче, с хрипотцой. – Когда-то у меня была внучка. Но чертова идиотка провела на улице всю ночь и еще полдня. Заработала себе рак. А потом умерла в муках, прикрыв распухшие веки и обхватив полный крови живот.

– Дедушка, это не смешно.

– А знаешь, ты чем-то напоминаешь мне ее. – Жужжание в динамике перебилось влажным кашлем. – Но она была симпатичнее.

– Заканчивай с этим, я проходила по этой жаре в пончо! Сжалься!

– Твое пончо на собаке, Ив.

– Ему было жарко!

– А где твой противогаз?

– Я в нем как страшилище.

– Зато с базальноклеточным раком кожи ты будешь королевой бала, да?

– Ты собираешься нас впускать или как? У Кайзера мозги уже спеклись!

Дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы четверка смогла протолкнуться внутрь. Дедушка ждал сразу за ней, сидя в старой электрической инвалидной коляске. Ручного управления у коляски не было – все указания поступали прямо из дедушкиного мозга через специальный имплантат, встроенный в его запястье.

Старик был таким же худым, как умирающий с голоду гуль. Копна седых волос. Острый, словно скальпель, взгляд – но под глазами залегли мешки. Дышал он тяжело и с присвистом. У Ив каждый раз сжималось сердце – она помнила, каким он был, и ей невыносимо было смотреть на то, каким он стал. Поэтому она опустила глаза в пол и показала большим пальцем за спину, на свою соучастницу.

– Ничего, если Лемон останется с ночевкой?

– А что такого? – Дедушка нахмурился. – Она же ночевала здесь последние десять месяцев.

– Никогда не помешает проявить вежливость и спросить. – Лемон наклонилась и поцеловала его в щетинистую щеку.

– Ох уж вы и ваши женские чары, мисс Фреш!

Лемон широко улыбнулась.

– Как себя чувствуете, мистер Си?

– Как будто ехал десять километров по ухабистой дороге. – Старик громко и влажно закашлял в кулак. – Но увидел тебя, мелкая, и сразу стало легче.

Кайзер протиснулся мимо Ив, все еще горячий, как кипяток. Он пошлепал по коридору, стряхивая с себя пончо хозяйки, и залез в свою будку. Датчики движения активировали охлаждение в системе вентиляции, и пес завилял хвостом, почуяв переработанный фреон.

– Уже почти полдень. – Дедушка сердито смотрел на Ив. – Где вы были?

Видимо, он не стал нарушать своих привычек старого угрюмого ворчуна и не смотрел новостные выпуски. А значит, понятия не имел о Вар-Доме и том, что там произошло. О Голиафе. Ее вытянутых пальцах. Криках…

– Вчера пошли посмотреть на бои в Вар-Доме, – ответила она. – А на обратной дороге свернули на Восточные пустыри, поискали, чем можно разжиться.

Дедушка пристально посмотрел на Крикета.

– Где она была?

– Там, где сказала. – Крикет закивал своей большой головой. – Сначала в Вар-Доме. Потом на Восточных пустырях.

– О, значит, ему ты веришь, а мне нет? – Ив вздохнула.

– Он запрограммирован всегда говорить правду, синичка. А ты это делаешь только тогда, когда тебе удобно.

Ив скорчила рожицу, стащила со спины свою сумку-мешок и начала снимать композитную броню, под которой была одета в обноски цвета «городской камуфляж» и майку, пережившую Землетрясение. Экскалибур девушка оставила рядом с дверью. Несмотря на полное беззаконие, царившее на Свалке, дедушка не разрешал хранить оружие в доме, так что, учитывая бесконечные кошмары, Ив была рада и этому. Старая броня пилота гравитанка и Попстик стали единственным снаряжением, составившим компанию ее бите.

Ив искоса взглянула на старика и постаралась, чтобы ее голос звучал буднично, когда спросила: