Чтение онлайн

– Как себя чувствуешь, дедушка?

– Лучше, чем выгляжу.

– Кашель такой же сильный? Ты принял лекарства? Сколько у тебя еще осталось?

– Все нормально. Да. Много еще. – Дедушка нахмурился. – Хотя знаешь, я иногда слышу какой-то раздражающий голос, который говорит со мной, как с трехлеткой. Это нормально?

Ив наклонилась и поцеловала дедушку в щеку.

– Тебе так идет был ворчуном, очень мило.

– Тогда буду продолжать. – Старик улыбнулся.

Скинув свои тяжелые ботинки, Ив сунула ноги в термопену, сжав пальцы, чтобы снять конденсат с голой кожи. Потом, надеясь, что опреснение воды еще работает, она, не без помощи Лемон, подняла сумку-мешок и поплелась налить себе чего-нибудь.

Когда Ив скрылась в коридоре, дедушка закашлял и провел мокрыми костяшками по губам. Затем, посмотрев на Крикета, тихо спросил:

– Значит, искали утиль на Восточных пустырях?

– Так точно, сэр.

– Она нашла что-нибудь полезное?

Крикет перевел взгляд с дедушки на сумку, которую подруги тащили по коридору, подумал об опасном сокровище, спрятанном внутри.

– Нет, сэр. – Маленький бот покачал головой. – Ничего хорошего не нашла.

_______

– Знаешь, для самой опасной из всех опасных технологий, – сказала Лемон, – на вид он очень даже ничего.

Ив посмотрела на тело, лежащее на ее верстаке. Они сняли с него окровавленный комбинезон, и обтягивающие шорты, что остались на репликанте, почти не давали простора воображению. Гладкая оливковая кожа, крепкие мускулы, на загорелом теле – тысячи порезов, которые он получил, вылетев через лобовое стекло. Одна из бровей была вмята внутрь, правая рука отрублена от плеча, в середине груди – тот слот для монет. И тем не менее андроид был безупречным.

Больше похож на человека, чем сам человек.

– Это не «он», – напомнила Ив своей подруге. – А «оно».

Ив наклонилась к его лицу – идеальному, как с картинки лицу, которое могло украсить обложку какого-нибудь журнала двадцатого века. Каштановые кудри были коротки подстрижены. На квадратной челюсти темнела щетина. Плавные линии и опасные изгибы. Девушка склонила голову, приблизив ухо к его губам. Она ощутила легкое и нежное прикосновение слабого дыхания, и кожа покрылась мурашками, а волоски на затылке встали дыбом.

– Готова поклясться, у него не было пульса…

– Я сошла с ума или он стал живее, чем когда мы нашли его?

Лемон была права. Самые маленькие ранки на теле репликанта уже почти затянулись. Те, что были глубже, поблескивали – создание исцелялось, поняла Ив. Она рассматривала грубый обрубок, оставшийся от руки репликанта, и задавалась вопросом, во что, черт подери, она вляпалась.

Лемон показала на слот для монет, приклепанный к груди «парня».

– А это зачем?

– Понятия не имею, – со вздохом ответила Ив.

Лемон запрыгнула на верстак, спутанные пряди вишнево-красных волос упали ей на глаза. Она вытерла пыль со своих веснушек и ткнула пальцем в шесть кубиков на животе репликанта.

– Перестань! – сказала Ив.

– Прямо как настоящий!

– В этом весь смысл.

Лемон поддела пальцем резинку шортов и собиралась заглянуть под них, когда Ив шлепнула ее по руке. Подружка весело захихикала.

– Просто хотела посмотреть, чем могут похвастаться репликанты.

– Лемон, ты отвратительна!

Рабочее помещение Ив находилось в грузовом контейнере, приваренном к задней части дедушкиного жилища. Комната была захламлена собранными на мусорках запасными частями и инструментами. Для звукоизоляции стены были покрыты слоем монтажной пены, углы завалены всяческим барахлом. Среди них были и двадцать семь пустых стаканчиков из-под кофе, в каждом – крошечные вселенные плесени (одну из самых старых Ив назвала Пушистиком). Дверью служил герметичный люк от старой субмарины, которые производили до Армагеддона, на внешней стороне округлым почерком Ив краской из баллончика было выведено: «ОСТОРОЖНО, ТИНЕЙДЖЕР!»

– Ну, что будем с ним делать? – Лемон поиграла бровями, показав глазами на репликанта. – Фуг еще дышит. Как теперь продашь его на запчасти? Это будет жестоко.

– Все равно нам пришлось бы попотеть, чтобы продать хоть что-то. Эти штуки вне закона в каждом городе-государстве.

– Почему?

– Ты что, не смотрела ни одной исторической хроники? Ни одного выпуска новостей?

Лемон пожала плечами, теребя пальцами пятилистный клевер, болтающийся на шее.

– В детстве у меня не было видеоаппаратуры.

– Их запретили пару лет назад, Лем.

– Мне пятнадцать, Крутышка. И как я уже сказала, когда я была маленькой, нам не на чем было смотреть видео.

Ив почувствовала укол вины. Иногда она забывала, что была не единственной сиротой в этой комнате.

– Ой, Лем, прости!

Девушка отпустила подвеску и отмахнулась.

– Забудь.

Ив провела пальцами по своему начесу и снова посмотрела на репликанта.

– Короче, сейчас всем заправляют «БиоМаас Инкорпорейтед» и «Дедал Текнолоджис», но когда-то была еще одна большая корпорация, «ГнозисЛабс». Они создавали андроидов. Сотая серия стала пиком их инженерных разработок. Эти андроиды были так похожи на людей, что их стали называть репликантами. Они должны были обеспечить «Гнозису» превосходство над другими корпорациями. Но эти репликанты вдруг решили, что они лучше своих создателей. Им каким-то образом удалось нарушить Три закона – обязательное программное обеспечение каждого бота. Они уничтожили главу «ГнозисЛабс», Николаса Монрову. А также отдел научно-исследовательских и опытно-конструкторских разработок. После этого рухнула и вся компания.

– Как-то все это о-о-о-очень знакомо, – сказала Лемон. – Штаб-квартира «Гнозиса» находилась по ту сторону Стеклянной пустыни, да?

– Точно. – Ив кивнула. – Называлась Вавилонской башней. Я видела фотки. Высокая такая, до небес. Но когда началось восстание, реактор внутри нее разрушился и уничтожил все живое в радиусе пяти километров. А башня продолжает стоять. Целиком облученная. Принято считать, что сотая серия была полностью уничтожена взрывом. Но «Дедал Тек» и «БиоМаас» объединились и объявили всех андроидов вне закона. Это было первое, в чем они проявили согласие со времен Войны 4.0. Андроиды, предшествующие сотым, были уничтожены. А сотая серия после уничтожения Вавилона ни разу никому не встречалась.