Чтение онлайн

Он бросил ей молниеносный оценивающий взгляд, затем сказал:

— Поднимемся в номер. Там говорить удобнее. Я кое о чем не упомянул.

— Да неужели, — пробормотала она, и они направились через офисы отеля к его частному лифту.

Его офис находился на том же этаже, что и личный номер, но располагался отдельно от номера, в другой части отеля. Когда начальник охраны тащил ее наверх, они поднимались в одном из общих лифтов.

«Неудивительно, что, когда мы бежали, на этаже отсутствовали люди, — подумала она. — Весь этаж принадлежит ему».

Номер размером в три тысячи квадратных футов ничем не отличался от остальных номеров класса люкс: в нем отсутствовала любая индивидуальность. Он объяснил, что ночевал здесь лишь в тех случаях, когда неотложные дела задерживали его в казино допоздна и ехать домой уже представлялось смешным. В просторных, удобных комнатах отсутствовали признаки его обитания, не считая сменной одежды на все случаи жизни.

«Странно, — подумала она. — Я уже знаю, какую мебель он предпочитает. Какие любит цвета и какие картины выбирал лично. Дизайнер интерьеров, специализирующийся на отелях, а не на частных домах, декорировал этот номер».

Он сошел по двум ступенькам в гостиную и подошел к окнам. Она заметила его слабость к окнам. Он любил большое количество стекла, но еще больше любил находиться снаружи. Вот почему его номер выходил на залитый солнцем балкон, достаточно большой, чтобы, разместив на нем стол и стулья, устроить обед под открытым небом.

— Ладно, — начала она. — Теперь объясни мне, как ссадины и порезы исчезли всего за несколько часов. И раз уж мы об этом заговорили, поясни заодно, почему я тоже не пострадала. На мне ни царапины!

— Все просто, — ответил он, достав из кармана серебряный талисман и обмотав шнуром руку так, что сам талисман остался на ладони. — Он лежал в бардачке на консоли.

Талисман изображал некую птицу в полете. Возможно, орла. Лорна покачала головой:

— Не понимаю…

— Это оберег. Я говорил тебе о них. Обычно я шлю их Гидеону. Он присылает мне талисманы плодородия…

Лорна отшатнулась, скрестив пальцы двух рук, словно желая отпугнуть вампира:

— Убери от меня эту штуку!

Он усмехнулся:

— Я сказал, это оберег, а не талисман плодородия.

— Нечто вроде резинки, которую ты надеваешь себе на шею вместо того, чтобы напялить ее на свой пенис?

— Речь о безопасности иного рода. Такой предотвращает физические увечья. Или же сводит их к минимуму.

— Думаешь, мы поэтому сегодня не пострадали?

— Знаю, что поэтому. С тех пор как он стал полицейским, Гидеон всегда носит оберег. Этот я получил по почте в субботу, а значит, сделал он его только что. Не знаю, зачем он сделал оберег вместо талисмана плодородия. Я мог бы предположить, что у него созрел дьявольский план и он решил выдать талисман за оберег, но этот настоящий. Когда летнее солнцестояние так близко, его способности могут выходить из-под контроля. Как и мои время от времени. Похоже, он вдохнул в него немало сил, — восхищенно подытожил Дантэ. — Я даже не надел его — просто положил в отделение для перчаток и забыл о нем. Как правило, обереги предназначены для кого-то конкретного, но никто из нас сегодня не пострадал… Думаю, он действует на любого человека в пределах определенной дистанции. Это единственное объяснение.

Собственно, все это звучало довольно здорово. Собственно, ей понравилось то, как он выразился: «Похоже, он вдохнул в него немало сил».

— И он же исцеляет раны так быстро?

Дантэ покачал головой, кладя оберег обратно в карман:

— Нет, это одно из преимуществ Рэйнтри. Говоря, что быстро выздоравливаю, я имел в виду действительно по-настоящему быстро. Столь незначительный порез — просто ничто. Глубокий мог бы заживать всю ночь.

— Какой же ты несчастный! — хмуро проговорила она. — Какими еще несправедливыми преимуществами ты обладаешь?

— Мы живем дольше большинства людей. Не намного дольше, но наш максимальный возраст в среднем составляет от девяноста до ста лет. И обычно это хорошие годы. Чаще всего мы абсолютно здоровы. Например, я никогда не простужался. У нас иммунитет к вирусам. Бактериологические инфекции способны причинить нам вред, но большинство вирусов не распознают нас на клеточном уровне.

Из всего, что он ей сказал, никогда не болеть простудой казалось самой чудесной новостью. А еще это означало: никогда не болеть гриппом и…

— У тебя не может быть СПИДа!

— Верно. И еще мы горячее обычных людей. Температура моего тела, как правило, сорок градусов или выше. На улице должен начаться настоящий мороз, прежде чем я почувствую себя неуютно.

— Как несправедливо, — возмутилась она. — Я тоже хочу обладать иммунитетом к простуде и СПИДу.

— Ни кори, — пробормотал он. — Ни ветрянки. Ни лишая. Ни герпеса. — Глаза его весело блестели. — Если хочешь стать Рэйнтри и никогда больше не страдать от насморка, такая возможность есть.

— А именно? Похоронить курицу в безлунную ночь и семь раз обежать вокруг пня спиной вперед?

На миг он застыл, представляя себе эту сцену:

— У тебя странное воображение.

— Скажи мне! Как люди становятся Рэйнтри? Каков ритуал посвящения?

— Он довольно старый. И ты о нем слышала.

— Я знаю только о ритуале с курицей. Ну же, не томи!

Он улыбался тихо и безмятежно:

— Ты должна от меня родить.

Лорна побледнела, затем покраснела, затем снова побледнела.

— Это не смешно, — сдавленно произнесла она, встала и принялась мерить комнату шагами. Она задела подушку и подхватила ее, но вместо того, чтобы вернуть на софу, встала, прижав ее к груди и склонив над ней голову.

— Я не шучу.

— Детей… не заводят как средство к достижению целей. Если не хочешь ребенка ради него самого, то и думать о нем не стоит.

— Согласен, — мягко ответил он, отходя от окна и направляясь к ней с неторопливостью человека, не имеющего задней мысли. — Это нелегкое решение.