Чтение онлайн

— Все в порядке.

— Нет, не в порядке. Я вел себя как ревнивый придурок на вечеринке у Зевса. А в ту ночь, когда мы переспали... Черт, с тех пор чувствую себя дерьмом, а теперь еще больше, зная, что именно тогда мы зачали ребенка. Я не должен был уходить так.

— Нет, не должен был. Но это уже в прошлом. — Я не хочу об этом думать, потому что это напоминает мне, что он меня не хочет. Что я жду ребенка от мужчины, который меня не любит. И что еще хуже, даже после всего этого я все еще испытываю к нему чувства. Чувствуя, как глаза снова наполняются слезами, я закрываю их и говорю: — Давай просто забудем об этом, ладно? У нас сейчас есть более важные вещи, о которых нужно думать.

— Хорошо, — он выдыхает, — ты права.

Глава 19

Я сижу в приемной врача. Кейден сидит рядом со мной.

Как и обещал, он взял все на себя и нашел мне врача. Одного из лучших акушеров в Нью-Йорке. Мы еще никому из родных не сказали. Я хотела сначала пойти к врачу и получить полное подтверждение, прежде чем сообщать об этом другим.

Я ужасно нервничаю. Не могу перестать дергать ногами.

Я чувствую, как сильная рука сжимает мое бедро, и мой взгляд перемещается на Кейдена.

— Расслабься, — говорит он мне.

Но сейчас я с трудом могу расслабиться, потому что его большая рука — с теми пальцами, которые довели меня до оргазма — сжимает мое бедро. Я чувствую тепло его кожи через леггинсы, и это тепло быстро проникает к моему клитору.

Я возбуждаюсь в кабинете врача. Что, черт возьми, со мной не так?

Затем я осознаю, что мы все еще смотрим друг на друга, а его рука все еще на моем бедре. Он уже давно перешел грань приличия, когда прикоснулся ко мне, чтобы остановить подергивание ноги. И, если я не ошибаюсь, его глаза потемнели.

Он тоже возбудился?

— Артемида Кинкейд? — раздается голос.

Я вскакиваю со стула, как будто меня ужалила пчела в задницу.

— Здесь! — я поднимаю руку, как в школе, а потом хочу ударить себя по лицу этой же рукой.

Я слышу глубокий смешок рядом с собой, и женщина, которая назвала мое имя, смотрит на меня, как на полную идиотку. Какой я и являюсь. В смысле, кто, черт возьми, кричит «здесь» и поднимает руку, когда находится в приемной врача?

Я виню в этом Кейдена и его сильную, теплую руку на моем бедре.

— Сюда, пожалуйста. — Она указывает нам следовать за ней по коридору.

Я чувствую прикосновение руки Кейдена к пояснице, буквально чуть выше задницы, когда мы начинаем идти, и, конечно же, моя вагина проснулась и поздоровалась. Я немного ускоряю шаг в надежде, что его рука отпустит меня, но этого не происходит. Он идет рядом со мной, и его рука остается на месте, к большому удовольствию моего тела.

Женщина открывает дверь, и мы следуем за ней в кабинет врача.

— Присаживайтесь. Доктор Адамс скоро будет.

Выходя из комнаты, она закрывает за собой дверь, оставляя нас с Кейденом наедине.

Я осторожно сажусь на один из стульев напротив стола, а Кейден занимает место рядом со мной.

Мы сидим в тишине, ожидая доктора, и я не замечаю, что моя нога снова подпрыгивает. Я снова чувствую его проклятую руку на ней, успокаивающую.

Он говорит:

— Не стоит нервничать.

— Ты должен перестать меня трогать, — вырывается у меня.

Он сразу убирает руку, и поникший взгляд его глаз заставляет меня почувствовать себя дерьмом.

— Прости. Я не хотела...

— Нет. Ты права. Я не должен был трогать твою ногу без разрешения.

— Кейден, нет, это не...

Меня прерывает открывающаяся дверь, и входит великолепная чернокожая женщина с короткими волосами, одетая в белый халат врача.

— Доброе утро. — Она тепло улыбается. — Артемида Кинкейд, я доктор Адамс. — Она садится на стул напротив нас. — Очень приятно познакомиться. — Она двигает мышь на столе, вероятно, чтобы включить компьютер, нажимает несколько клавиш и говорит: — Итак, вы беременны. Во-первых, поздравляю. — Она улыбается мне. — И я правильно понимаю, рядом сидит отец ребенка?

Мы с Кейденом одновременно отвечаем:

— Да.

— Кейден Скотт, — представляется он.

— Замечательно. Артемида, вы помните, когда у вас была последняя менструация?

— Все зовут меня Мисси, — говорю я ей с улыбкой.

— Мисси, замечательно. — Она кивает. — И когда была последняя менструация?

Я называю ей дату, и она снова набирает что-то на клавиатуре.

— Значит, ты примерно на седьмой неделе беременности? Точнее, на седьмой неделе и двух днях. Дата родов будет... — Она замолкает, видимо вычисляя дату родов, а я буквально сижу на краю стула в ожидании. — 25 июля, — наконец говорит она.

— Мой день рождения 26 июля, — говорит Кейден, и я резко поворачиваюсь к нему.

— Правда? — я не знала этого. То есть, знала, что это где-то в июле.

Уголок его губ поднимается.

— Да, правда.

— Я знала, что это в июле... — Я замолкаю, внезапно почувствовав на себе взгляд доктора Адамс.

Чувствую, как мои щеки горят, потому что могу только догадываться, что она думает о том, что я не знаю дату рождения отца моего ребенка.

Я улыбаюсь ей напряженно.

— Мы... мы не вместе. — Я показываю пальцем на Кейдена и на себя. — То есть, мы будем растить ребенка вместе. То есть, вместе, но по отдельности. Родители одиночки, оба полностью вовлеченные в жизнь нашего ребенка. Но он друг моего старшего брата, и мы напились на свадьбе моего другого брата — не до бесчувствия, просто слегка навеселе, сбросили с себя все запреты, и, конечно, мы переспали, и теперь мы здесь.

Я чувствую взгляд Кейдена на своем лице, а доктор Адамс просто смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Я молюсь о чуде, чтобы метеорит упал на Землю и навсегда стёр меня и этот момент с лица Земли.

К сожалению, этого не происходит.

Вместо этого доктор Адамс слегка смеётся и говорит:

— Не вместе, просто совместное воспитание. Понятно.

Я прижимаю руки к лицу и стону.

— Боже, простите. Когда нервничаю, у меня начинается словесный понос.

— Не нужно нервничать. — Она встает со стула и переходит через комнату. — У тебя будет ребенок. Это самое удивительное чудо на свете. Ну, кроме родов...