Чтение онлайн

Поднимаюсь из-за стола, заставляя себя не думать о дрожи, что пробирает конечности. Старательно шагаю прочь, прикладывая нечеловеческую силу, чтобы не рухнуть на пол. Как он мог?..

Опираюсь о перила на балконе и жадно втягиваю воздух. Быстро. Жестко. До головокружения. Но только так удается сдержать подступающие слезы.

— Малышка. — Теплое прикосновение к пояснице, но я отталкиваюсь от перил, отшвыривая руку Матвея в сторону.

— Подруга, значит? — рычу на него, что есть мочи. — Хорошо, что не шлюха из России!

— Рокси, я все тебе объясню, только не сейчас. — Он тянет меня к себе, но я выдергиваю ладонь.

— Значит, разговор с папочкой прошел успешно? Промыл-таки он тебе мозги! Можешь и дальше вылизывать задницу своему отцу за гребаные деньги, мне ни черта не нужно от вашей семейки! Я завтра же покупаю билет домой!

Плевать, что я ору как ненормальная. Матвей предал меня. Струсил. Больше не желаю видеть его лживые глаза, не желаю…

— Детка, прошу, не устраивай истерик, все не так…

Его останавливает жесткая пощечина, а моя ладонь вспыхивает от соприкосновения с кожей Матвея.

— Свадьбы не будет, — шепчу дрожащим голосом, снимаю кольцо и, швырнув в Матвея, бросаюсь прочь.

Подхватываю подол платья и несусь вниз по ступеням, не глядя по сторонам. Плотину, наконец, прорывает, и поток слез обжигает мои щеки, полосками рваных шрамов расчерчивая кожу.

Я не могла так ошибиться… не могла…

[1] Балдо, разберись (итал.)

[2] Расслабиться? Ты можешь себе это позволить. Теперь я займусь твоими делами (итал.)

[3] О мой бог! (итал.)

[4] Дикая красота (итал.)

[5] Кабесео (исп. cabeceo — кивок, от cabeza — голова) — невербальный ритуал дистанционного приглашения на танец.

[6] Великолепно! Великолепно! (итал.)

РАФАЭЛЬ

С минуту стою неподвижно, опершись о раковину и уставившись на себя в зеркало. Тело до сих пор искрит, как неисправный электрощиток. Вот гадство! Даже перепих с Орнеллой не помог выбросить эту бестию из головы, напряжение ничуть не отпустило. А от осознания, что эту болезнь не побороть никакой таблеткой, становится только хуже. Сам виноват. Знал, что после буду подыхать, но все равно поддался гребаной иллюзии. Ее образ выжжен у меня на подкорке. Даже закрывая глаза, я вижу блеск ее изумрудов. Чертово танго словно вдохнуло в меня жизнь. Я дышал каждым движением Солы, близость ее тела и притворная покорность отключили нахрен все мои установки. Но как только закончилась музыка, я снова почувствовал себя мертвым.

— Босс, девушка исчезла, — запыхавшимся голосом докладывает внезапно появившийся солдат[1], прерывая мой приступ самобичевания.

— Повтори.

Я оборачиваюсь, чтобы видеть лицо своего человека.

— Они поругались с Маттео, и она убежала.

— Идиоты! Как одна девушка могла незаметно проскочить мимо шестерых… — окидываю его злобным взглядом, — тупоголовых амбалов?!

— Виноваты. Камеры просмотрены, направление известно.

Пропускаю его жалкие оправдания мимо ушей.

— И что, мой сын даже не попытался остановить ее?

— Нет, босс, Маттео позднее тоже покинул ресторан.

— Твою мать! — С глухим рыком вбиваю кулак в деревянную столешницу. — Машину к черному входу.

Покидаю ресторан, минуя обеденный зал и стремительно оставляя позади узкие коридоры. Каждая секунда уничтожает возможность успеть вовремя. И пусть еще нет прямых доказательств, но я в курсе, что Маттео идет не по той дороге и, боюсь, итог известен наперед.

— Балдо, поедешь со мной, — отдаю приказ одному из ребят. Тот учтиво кивает и незамедлительно равняется со мной. — Узнали, чей это человек?

— Один из солдат Каморры.

— И что ему понадобилось от моего сына?

— Эту тайну он предпочел унести с собой в могилу.

— Не спускать глаз с Маттео, но для начала найдем девчонку.

РОКСОЛАНА

Темная пустынная улица все больше пугает, и переживания из-за предательства жениха выглядят уже не такими важными. Я абсолютно одна в незнакомом городе. Даже представить не могу, куда мне идти… пока мысли не прерывает резкий сигнал клаксона. Оборачиваюсь, и меня ослепляет яркий свет фар.

— Синьорина, сядьте в машину, — глухо доносится из приоткрытого окна. Страх оборачивается леденящим ужасом и, не раздумывая, я устремляюсь прочь, но спустя пару отчаянных шагов оказываюсь перекинутой через мужское плечо.

— Нет! Нет! Пустите!

Начинаю брыкаться и извиваться, пока на голову не надевают вонючий мешок, и я начинаю задыхаться от паники. В следующий момент мое тело грубо скручивают и запихивают в автомобиль. Горло сковывает спазм, а в голове разливается тревога, прокручивая перед глазами черно-белую киноленту жизни.

Из глубоко транса меня вырывает череда выстрелов и криков. Все будто в вязком тумане: руки, которые держали меня, исчезают, но я не успеваю снять мешок, как вновь оказываюсь в мертвой хватке очередных рук. Темнота рассеивается, когда мешок исчезает, и я жадно глотаю воздух, быстро хлопая ресницами, но завеса растрепанных волос не позволяет разглядеть обстановку. И это тоже длится недолго. Меня снова хватают, и я уже в салоне другой машины. Дыхание сбилось, я пытаюсь осмотреться вокруг, судорожно поправляя непослушные локоны, и замираю, когда взгляд натыкается на Росси.