Чтение онлайн

— Я не вижу Матвея, — скупо отвечаю, продолжая смотреть вперед. Вести с этим хамом диалог нет ни малейшего желания.

— Поедешь со мной.

Очередной приказ дьявола обрушивается на меня многотонной тяжестью и, развернувшись, я тут же прижимаюсь к перилам, чтобы сохранить хоть мизерную часть личного пространства.

— Я поеду со своим женихом, — пытаюсь говорить ровно и уверенно, но в его присутствии это невыполнимая задача. Рафаэль медленно окидывает меня насмешливым взглядом. — Я поеду с Матвеем, — продолжаю настаивать, вцепившись в каменные перила.

— Тогда советую сменить обувь. Придется бежать следом за машиной. Твой жених уехал, — равнодушно бросает мой будущий свекор и направляется к автомобилям, а я не могу прийти в себя от услышанной информации.

Уехал? С каждой секундой мои глаза распахиваются все шире, а челюсть невольно отвисает. Это розыгрыш какой-то?!

— Повторяю последний раз: либо ты сейчас едешь со мной, либо возвращаешься в дом. — Один из амбалов открывает перед Рафаэлем дверь, и тот неторопливо садится внутрь, но, оставив одну ногу за порогом, вновь впивается в меня острым взглядом. — На твоем месте я бы выбрал второй вариант, — выдает он высокомерным тоном и, наконец, скрывается за тонированным стеклом.

Мне ничего не остается, как провести какое-то время с этим дьяволом. Следую к мрачному кортежу, но прежде чем оказываюсь внутри автомобиля, меня останавливают. Мужчина в форме с отполированной лысиной, на которой красуется татуировка в виде штрих-кода, раскрывает передо мной дверцу. Уважительно кивает, жестом приглашая внутрь. Что ж, галантный мистер Хитмэн, не стану злить вашего хозяина. С этими мыслями забираюсь в просторный салон автомобиля, но он кажется просторным ровно до того момента, пока я не встречаюсь с хищным выражением лица Росси.

— Думаю, вам без меня будет слишком скучно, синьор Росси, — нарушаю напряженную тишину, аккуратно поправляя подол платья.

— В таком случае, тебе лучше не думать.

Кортеж трогается с места, и Рафаэль, достав небрежно сложенный галстук, снова накидывает его на шею. Время от времени я позволяю себе поглядывать на мужчину, и меня откровенно корежит от того, как безуспешно он сжимает намотанный на кулак галстук в попытке завязать его. Так и хочется вырвать из крепких рук жалкий кусок ткани и сделать все самой. Рафаэль раздраженно откидывается на спинку сиденья и запрокидывает голову, открывая моему взору горло. Моя грудь вздымается в такт движению кадыка, когда Росси сглатывает.

— Прекрати на меня пялиться, лучше помоги завязать эту чертову удавку, — рычит он, срывая с себя галстук. Грубый тон словно бьет хлыстом. Начинаю часто моргать и чтобы не показать выступивших на глазах слез, отворачиваюсь. — Ты оглохла?

— Удавку я бы с удовольствием вам затянула, а с галстуком справитесь сами.

— Смелая, значит?

— А чего мне бояться? Я не прислуга, чтобы выполнять ваши прихоти. Нужна помощь — попросите нормально.

Повернувшись, встречаюсь с его насмешливым прищуром. Неожиданно он резко меняет положение и рывком притягивает меня ближе.

— Не провоцируй меня, девочка. Я очень злой дядя, и тебе лучше не знать, что я с тобой сделаю за эту гребаную дерзость, — снова рычит, обдавая мою кожу горячим дыханием. Пытаюсь выдернуть руку из плена его мощной пятерни, но все напрасно.

— Одной рукой я навряд ли справлюсь. — Забираю у него галстук, и дьявол, наконец, ослабляет хватку. На месте, где секунду назад кожу разъедало от жесткого прикосновения, образуется колючий браслет мурашек. — Сядьте ровнее.

Нервно повожу плечами, пока сама принимаю удобную позицию, а Росси подается вперед. Вобрав в легкие спасительную порцию кислорода, я перекидываю галстук через голову мужчины и ловкими движениями начинаю завязывать его на крепкой, жилистой шее. Не спеша продеваю широкий конец в созданную петлю, формируя красивый узел. На миг удивляюсь собственному спокойствию, пока не замечаю, как пристально он следит за каждым моим движением, отчего я нервно сглатываю и затягиваю галстук как можно туже. Рафаэль дергает подбородок вверх и, прочистив горло, прилипает голодным взглядом к моим губам.

— Готово, — сообщаю охрипшим голосом.

Росси медленно ослабляет галстук и, дернув плечами, расслабленно откидывается на сиденье.

— Впечатляет.

Его высокомерие меня поражает, и я не сдерживаю презрительную ухмылку, скрещивая руки на груди и отворачиваясь к окну. Самый настоящий сноб!

Мы подъезжаем не к дому, как я ожидала, а к расположенному на скале ресторану. Отсюда открывается завораживающий вид на закат: яркое солнце медленно садится за горизонт, окрашивая море во все оттенки красного. Создается впечатление, будто оно охвачено огнем. Я как зачарованная бреду на открытую площадку и опираюсь руками на широкую изгородь, за которой виднеется резкий обрыв в пугающую бездну.

— Идем, — врезается мне в спину очередной приказ Рафаэля.

— Я дождусь Матвея, — решительно заявляю, не удостаивая его даже взглядом.

— Не переживай, такая стерва, как ты, уж как-нибудь справится с парочкой итальянцев.

Прикрываю веки и шумно выдыхаю.

— Мне кажется, — поворачиваюсь лицом к этому мерзавцу, — вы переходите границы дозволенного, синьор Росси. Я не намерена терпеть ваши оскорбления.

— Границы дозволенного? Я тебя разочарую: у меня их нет.

— Ну конечно, с таким количеством денег вам дозволено все! Именно поэтому вы допускаете подобное хамство по отношению к девушке?

— Я допускаю ровно то, что вы заслуживаете, синьорина. Не получится натянуть на себя ангельский нимб, дьявольские рога мешают.

Я закипаю, словно лава в вулкане, а ладонь зудит, требуя встречи с щекой этого наглеца, но нас прерывает звук мужского спора. Повернувшись, я замечаю Матвея, которого явно что-то не устраивает. Он так резко и грубо жестикулирует, что складывается ощущение, будто он сейчас ударит своего собеседника. Я тут же рвусь в их сторону, но меня останавливает крепкая хватка на предплечье.

— Зайди в ресторан и жди там, — жестко чеканит Рафаэль.

— Отпустите! Не смейте меня трогать! — Не скрывая раздражения, дергаю рукой и повторяю это до того момента, пока он не выпускает меня. Нервно поправляю платье и вскидываю подбородок, с вызовом всматриваясь в глубину темных глаз. — Я зайду внутрь только с Матвеем, — уже сдержаннее выдаю, глядя в искаженное от ярости лицо, и замечаю, как напряженно Росси сжимает свою челюсть.

— Baldo, raccapezzarsi[1], — злобно рявкает Рафаэль лысому Хитмэну со штрих-кодом на голове и едва заметно кивает туда, где разгорается спор.