Чтение онлайн

Она осторожно повернула голову и убедилась, что причина все-таки есть. И довольно веская.

Верхняя фотография, выскользнув из конверта, лежала на сиденье. И Вяземская хорошо видела, что на ней изображено.

Обнаженное тело девушки. На животе — три поперечных пореза. Три таких же, но продольных, — на груди. Все в точности, как у Паниной, за исключением одного: девушка на фотографии была мертва. На ее тонкой изящной шее зияла страшная кровавая рана.

Анна зябко поежилась и отвела глаза. Красный свет сменился зеленым, Вяземская нажала на газ и повернула направо, на Пречистенку.

Еще до того, как она подъехала к Смоленскому бульвару, Анна поняла, что обязательно позвонит по указанному номеру и поговорит с неизвестным Александром. И, может быть, даже встретится с ним.

Рюмин вернулся на Петровку около двух часов. Капитан быстро прошел в левое крыло здания и поднялся на второй этаж, где размещались вспомогательные службы.

Рюмин не хотел попадаться на глаза полковнику Надточию — иначе пришлось бы долго объяснять, почему, вместо того, чтобы отрабатывать новые версии, он упорно продолжает прощупывать Рудакова.

«Потому что я уверен — он темнит, — подумал Рюмин. — И я не успокоюсь, пока не выясню, в чем тут дело».

Дактилоскопическая лаборатория занимала три маленькие смежные комнаты в конце коридора, напротив пожарной лестницы, заставленной старыми сейфами, стульями и шкафами. Рюмин открыл дверь и вошел. Сизые клочья табачного дыма окутали его густым туманом. На шатком столике стояла дешевая китайская магнитола. Из динамика доносилась «Summer in the city» Джо Коккера. Пыльные тяжелые шторы были плотно задернуты, помещение освещалось бледным мерцанием компьютерного монитора и четырьмя негатоскопами. На их экранах не оставалось свободного места — повсюду висели прозрачные пленки с отпечатками пальцев. Рюмин в который раз поймал себя на мысли, что нормальному человеку разобраться в этом хаосе никак невозможно. Тем не менее, криминалист Стае Петровский свободно в нем ориентировался и даже называл это «идеальным порядком».

— Экспертиза по Яузскому бульвару будет готова ближе к вечеру! — послышался голос из соседней комнаты. — И не надо меня торопить! Раздались гулкие шлепающие шаги, и в дверном проеме, пританцовывая и не попадая в такт музыке, появился сам Стас. Серые неглаженые брюки усыпаны пеплом, рубашка на круглом объемистом животе разошлась, обнажив тело. У Стаса было широкое землистое лицо с грубыми чертами и вечно всклокоченные волосы неопределенного цвета.

— Здорово, Серега! — обрадовался он, увидев Рюмина. — Чего пришел?

Капитан достал из кармана френча пузатый бокал.

— Откатай мне пальчики с этой посудины. И сравни с теми, что есть в деле по убийству на Тимирязевской улице.

— Не вопрос! — кивнул криминалист. — Ставь сюда! — он сдвинул стопки бланков, лежавших на письменном столе.

Рюмин поставил бокал на свободный угол.

— Я посижу, подожду или…

— Как хочешь, — пожал плечами Стас. — Будет готово завтра после обеда.

Он подошел к негатоскопу, некоторое время рассматривал очередную пленку, потом удовлетворенно кивнул и направился в соседнюю комнату.

— Стас! — окликнул Рюмин. — А побыстрее нельзя?

Петровский остановился в дверном проеме, тонким фальцетом подпел Коккеру и покачал головой.

— Не получится. Работы много. Еще с прошлой недели осталась.

Рюмин подошел к нему.

— Как думаешь, взятка ускорит дело? Петровский укоризненно посмотрел на капитана.

— Сергей! Ты же — взрослый человек. Сотрудник правоохранительных органов. Не стыдно задавать такие глупые вопросы? Конечно, ускорит!

— Значит… — Рюмин сделал выжидательную паузу.

— Значит, сегодня после обеда! Я, кстати, еще ничего не ел, а в забегаловке прямо напротив главного входа — отличные пончики!

— Приятно иметь дело с насквозь коррумпированным криминалистом! — заметил Рюмин, направляясь к выходу.

— Ты, главное, проследи, чтобы хорошенько посыпали пудрой — желудок хочет теста, а мозгу нужна глюкоза! — напутствовал его Стас.

На ближайшие пять минут Рюмин имел совершенно четкий план действий — он шел за пончиками. Это вносило в его жизнь хотя бы видимость порядка и дарило недолгое успокоение. С остальными проблемами, увы, было не так просто.

Он вышел из здания и пересек Петровку. У неказистого синего ларька, распространявшего запах кипящего масла в радиусе пятидесяти метров, выстроилась целая очередь. Через пятнадцать минут ожидания в руках капитана хрустел коричневый пакет, набитый горячими пончиками. На бумаге проступили жирные пятна, и Рюмин, чтобы не испачкаться, держал пакет в вытянутой руке.

Капитан подошел к будке охраны и привычным жестом достал удостоверение. Сержант нажал кнопку, открывающую турникет, и вдруг, вспомнив что-то, сказал:

— Капитан Рюмин? К вам посетитель.

— Где? — опер оглянулся.

— Где-то здесь, на улице. Он ждет вас.

Рюмин вышел из будки и окинул взглядом Петровку. Капитан узнал высокую фигуру в потертой кожаной куртке — тот самый парень, что крутился на месте убийства Оксаны Лапиной.

Несомненно, это была удача. Хотя бы один вопрос получит объяснение. Капитан сдержанно улыбнулся и помахал рукой.

Парень тоже его заметил и быстрым шагом подошел к Рюмину.

— Здравствуйте!

— Здравствуйте, — не слишком приветливо ответил капитан.

— Я бы хотел с вами побеседовать. Не возражаете?

— Нисколько. Думаю, мы найдем интересные темы.

По пути в кабинет Рюмин заглянул к Петровскому и отдал ему пакет. Стас придирчиво осмотрел пончики: пудры на них было столько, что он не удержался и чихнул.

— Ты справился, — похвалил он капитана. — Молодец!

— Теперь очередь за тобой, — напомнил ему Рюмин. — Я буду у себя, если что, позвони по внутреннему.

Криминалист кивнул и, не дожидаясь, пока пончики остынут, принялся за трапезу. Белая пыль сыпалась ему на живот.