Чтение онлайн

— Пункт второй — я должен заставить тебя в меня влюбиться!

Вяземская зарычала и тихонько укусила его за ухо.

— Негодник! С этим ты справился легко!

— Пункт третий! Я хочу, чтобы ты не могла без меня обходиться! Чтобы ты все время думала обо мне, искала меня в толпе среди прохожих, ждала меня, хотела меня…

— Я уже тебя хочу! — перебила Анна. — Жду, ищу, думаю! Боже, скольких женщин ты, наверное, погубил! Обольститель!

— Все они не стоят кончика твоего мизинца!

— Их было много? — ревниво спросила она.

— Две… — Северцев наморщил лоб. — Или три… Не могу вспомнить.

— Две или три? Не можешь вспомнить?

— Наверное, все-таки ближе к трем.

— К трем… чего? — включилась в игру Анна. — Сотням?

— Ну что ты, милая! — притворно обиделся Александр. — Тысячам, разумеется! Северцев открыл дверь, отодвинул пластиковую занавеску и аккуратно поставил Вяземскую в ванну.

— Тысячам… — Анна открыла воду, включила душ. — Значит, ты без меня времени даром не терял…

Глаза ее хитро сверкнули.

— Вот тебе, изменник! — вскричала Вяземская и направила душ на Александра.

Северцев оказался малый не промах — он ожидал подобной каверзы и быстро задернул занавеску.

— Две-три тысячи… — бушевала Анна. — Вы посмотрите на него, каков мерзавец!

Вода вдруг стала обжигающе холодной. Вяземская громко завизжала. Из-за занавески показалась улыбающаяся физиономия Александра.

— Дорогая! Что было, то было. Стоит ли так сильно переживать?

Вместо ответа Анна запустила в него мочалкой. Северцев моментально убрался. Мочалка с влажным звуком шлепнулась о стену и медленно сползла по кафелю.

— Я вижу, ты расстроена, — послышался голос Александра. — Чем я могу заслужить твое прощение?

— Красный «Мини-Купер»! — не задумываясь, ответила Вяземская. — Или — чашка горячего шоколада!

— Сложный выбор. Я должен подумать! — заявил Северцев. Хлопнула дверь — он вышел из ванной.

Через несколько минут Анна в белом махровом халате, с полотенцем на голове, появилась на кухне. На столе стоял дымящийся шоколад.

— Я выбрал трудный путь, — сказал Александр, показывая на чашку. — Оцени!

— Ты неподражаем! — воскликнула Вяземская и села завтракать.

Она с аппетитом съела омлет с грибами, бутерброды с копченой колбасой, выпила полную чашку шоколада и положила руки на живот.

— Ты сбиваешь меня с пути истинного… — с укором сказала Анна. — Так я быстро растолстею.

— Будет повод сходить в магазин — за новой одеждой, — нашелся Северцев. — Ищи во всем положительную сторону.

— Постараюсь. А что там у нас с четвертым пунктом?

— Не понял?

— Ты сказал, у тебя есть план. Три пункта я уже слышала. Какой четвертый?

— Четвертый? — Александр стал серьезен. Он подошел к Анне, обнял за талию, прижал к себе. — Я хочу всегда быть рядом с женщиной, которую люблю…

Вяземская спрятала голову у него на груди.

— И она этого хочет… — тихо произнесла Анна.

— Правда?

— Можешь не сомневаться.

Через полчаса они спустились во двор и сели в «Лансер».

— Тебе куда? — спросила Анна.

— Высади меня на Пресне. Надо забежать в «Московский комсомолец», получить гонорар.

— Правильно, — шутливо одобрила Вяземская. — Я — женщина дорогая. Тебе придется много работать.

Она стала выруливать со стоянки. У тротуара стоял огромный черный джип — «Шевроле-Тахо» с тонированными стеклами. Раньше Анна его здесь не видела.

Но она не придала этому никакого значения.

В восемь утра Рюмин ехал на службу. Впрочем, ехал — это слишком громко сказано. Скорее — толкался в пробке, понемногу продвигаясь вперед.

До конца срока, обозначенного Надточием, оставались одни сутки. Двадцать четыре часа — на то, чтобы взять четкий след. Не так уж и много, учитывая изворотливость и хитрость убийцы.

Капитан угрюмо смотрел на обрез капота.

Обычно поймать преступника не составляло особого труда. Рюмин по собственному опыту знал, что он всегда где-то рядом — выражаясь боксерской терминологией, на средней дистанции, в пределах досягаемости прямого удара. Надо только правильно прицелиться, почувствовать, где будет находиться подбородок противника в следующую секунду.

Но сейчас все было по-другому. Капитану казалось, что он вышел на ринг и в этот момент кто-то погасил свет. Удары сыпятся один за другим, отовсюду и под какими-то немыслимыми углами, а Рюмин бестолково крутится на месте и никак не может сообразить, откуда начнется новая атака.

Образно выражаясь, капитан утратил рисунок боя. Первым номером все время оставался неведомый убийца, он постоянно диктовал свои условия — и это приводило Рюмина в бешенство.

Зазвонил мобильный. Капитан бросил взгляд на дисплей. Абонент не определился — видимо, звонивший включил функцию антиопределителя.

— Да! Рюмин! Слушаю!

В трубке возникло еле слышное сипение. Затем — неразборчивые слова, переходящие в хрип.

— Говорите громче! Я… Что?!

Рюмин резко остановился. Ехавший за ним автомобиль принялся сигналить.

— Хорошо. Постараюсь побыстрее.

Капитан высунул руку из окна, помахал, призывая тех, кто ехал в левом ряду, уступить дорогу. Это подействовало. Рюмин вывернул руль, втиснул машину в образовавшийся промежуток и пересек двойную сплошную линию разметки.

Полоса, ведущая из центра, была свободна. Капитан нажал на газ, и «восьмерка», набирая скорость, помчалась в сторону МКАД. Теперь главное — не опоздать!

Дорога заняла гораздо меньше времени, чем вчера — капитан двигался навстречу преобладающему транспортному потоку.