Чтение онлайн

Да, она имела смелость и дерзость дать волю своим чувствам и в результате лежит сейчас на кровати рядом с мужчиной, которого совсем не знает. Я – сомнамбула. Нет. Я сошла с ума. Зачем я здесь? Зачем приехала в Москву? Чтобы меня подцепили в стрип-баре и привезли на квартиру, спели несколько серенад о любви и страсти, после чего уложили в постель? А как же мертвый Бахрах? Как же мертвая Катя Уткина? Хирург? Герман? Фиолетовый?

Мужчина пошевелился. Приоткрыл глаза.

– Женя? – услышала она и почувствовала, как пылают ее щеки. Он помнил ее имя. Помнил! Для Жени Рейс, имевшей лишь отрицательный опыт общения с мужчинами, это было уже кое-что.

– Знаете, мне пора домой… – она буквально спрыгнула с кровати и стала поспешно натягивать на себя одежду. – Понимаете, я не должна была здесь оставаться. Это не в моих правилах. Я не знаю, что со мной.

– Женечка, ты куда собралась? – он уже стоял рядом и обнимал ее, сцепив на ее груди руки замком. – Я тебя никуда не отпущу. Мы же вчера договорились…

– О чем договорились? – ноги почти не держали ее. У нее еще никогда в жизни так сильно не билось сердце, ей хотелось все послать к чертям и раствориться в объятиях этого необыкновенно ласкового мужчины.

– Ты согласилась пожить здесь со мной, – он поцеловал ее волосы на макушке и еще сильнее прижал к себе. – Ну? Что случилось за ночь?

– Мне стыдно. Но я протрезвела и теперь понимаю, что не должна была приходить сюда. Не должна была покидать бар. У меня там осталась подружка, которая сейчас, наверное, с ума сходит из-за меня.

– Так позвони ей, какие проблемы?

– Я позвоню, конечно… Но только что я ей скажу? Что?

– Ты не обязана ни перед кем отчитываться. Ты – свободная женщина. И кто такая эта твоя подруга, чтобы ты так переживала из-за нее?

– Тогда скажи мне, – она повернулась к нему и осторожно провела рукой по его лицу, – как же могло такое случиться, что я вчера не додумалась ей позвонить, хотя у нее есть сотовый телефон? Что было со мной? Может, я была без сознания? Но я не помню, чтобы много пила.

– Просто ты увидела меня и забыла обо всем на свете.

– Я должна идти. Пожалуйста, выпусти меня.

– Но ведь ты сейчас уйдешь, и где же мне искать тебя?

– Я не знаю. Я ничего не знаю… И зачем тебе искать меня?

Он схватил ее за руки и больно сжал их.

– Тебе было плохо со мной? В чем дело? Куда ты бежишь?

– Я не могу тебе сказать… Мне надо позвонить, ты позволишь?..

Она не хотела уходить отсюда. Из этой голубой спальни, из этого дома, от этого мужчины, прикосновения которого еще долго не забудет ее тело. Но что было делать? Его слова о любви, которые он шептал ей ночью, обнимая ее, она не могла воспринимать всерьез. И хотя ее душа впитывала каждое сказанное этим мужчиной слово, мозг упрямо сопротивлялся натиску желания поверить в их реальность, в их искренность.

– Да, конечно. Звони, вот телефон.

Уединившись в другой комнате, она дрожащими пальцами набрала номер и затаила дыхание.

– Слушаю.

– Юля, это я… – она перевела дыхание и вся сжалась, ожидая града упреков.

– Женя, Женечка, это ты? С тобой все в порядке? – услышала она на другом конце вздох облегчения. – Слава богу… ты нашлась.

– Юля, со мной все хорошо. Ты прости меня. Я не могу сейчас тебе всего объяснить…

– Это мужчина?

– Да.

– Тот самый, в белом, которого мы видели…

– Да, да.

– Женя, но ты же его не знаешь, а что, если он не случайно… – тут и Юля запнулась. И Женя, которая сейчас жаждала только одного – чтобы Земцова простила ее и приняла обратно, чтобы довести задуманное до конца, замерла.

Земцова же не договорила фразу, потому что не была уверена в том, что их не подслушивают. Она хотела предупредить ее, что этот мужчина мог завести с Рейс роман не случайно, что у него могли быть какие-то виды на нее именно как спутницы Земцовой. Этот мужчина в белом, возможно, с Фиолетовым в паре. И его задачей было выуживание информации, касающейся, предположим, Гел или Бахраха. Промелькнула мысль и о том, что этот мужчина в белом мог быть в уборной девушки с целью вызнать у нее все, что касалось настоящей Гел, то есть он мог задавать ей вопросы, связанные с Бахрахом. И злой он вышел от нее из-за того, что понял, что никакая она не Гел, а так, подстава.

– Юля, ты меня слышишь? Где мы встретимся?

– Возвращайся в «Лангусту» и жди меня там…

– Но что я буду там делать днем? – удивилась Рейс.

– Женя… – в голосе Юли послышалась мольба. – Женечка…

– Ты что, не можешь говорить?

– Да, – коротко отозвалась она.

– Тогда понятно. Хорошо, я поеду в «Лангусту». Буду там, может, через час или два.

– Ты не торопись. У меня еще дела…

– Ты простила меня?

– Да.

– Извини…

Женя положила трубку на стол и оглянулась. Она была в комнате одна. Значит, ее не подслушивали. Она вернулась и села на кровать, не зная, что делать дальше и как себя вести. Разве что пойти умыться?

– Я, пожалуй, пойду в ванную, – робко сказала она и вдруг поняла, что в присутствии этого мужчины совсем потерялась. Что ее внешнюю оболочку заполнило существо, являющееся полной противоположностью настоящей Рейс – решительной, чувственной, отчаянной, дерзкой. Сейчас на кровати сидела сама слабость. Страх перед будущим охладил ее любовный ночной пыл. Она закрыла глаза и вдруг увидела себя мертвой, лежащей на полу с ножом в груди. Как Катя Уткина.

– На, смотри…

Она вздрогнула и подняла глаза на стоящего перед ней Валентина. В руках он держал паспорт.

– Что это? – не поняла она.

– Как что, мой паспорт. Я показываю тебе его, чтобы ты знала обо мне все. Вот видишь, я не женат. Мне тридцать два года… Я живу в Москве…

Женя смотрела на фотографию в паспорте и улыбалась. На нее смотрело совсем юное лицо, обрамленное волнистыми волосами.

– Ты похож на одного моего знакомого, – сказала она, улыбаясь. – Он тоже красивый…

– Интересно. И кто же он?

Она очнулась.

– Да так, это даже не мой знакомый, а моей подруги. Он – музыкант, вернее, неудачник и вообще странная личность. А ты что, вздумал меня уже к нему приревновать? – взгляд ее вяло скользил по страницам паспорта. Мысли ее были далеко.