Чтение онлайн

Последние два тела мерно покачивались на высоком столбе и, судя по виду, мужчина и женщина расстались с жизнью совсем недавно - вороны не успели выклевать им глаза.

– Этим повезло чуть больше, чем остальным,- Саша успокоился, умерил гнев.- За что их?

– "Отказались выплачивать налоги. Оскорбили сборщика и его свиту".

Светловолосый оскалился, добела сжал кулаки и плюнул.

– Остановись, Саша,- прогремел голос Рика, когда воин помчался по направлению к кварталу нищих. Мужчина замер.

– Они не уйдут!- бросил он в ответ, и на лбу показались синеватые полосы вен.- Я собственноручно прирежу этих мерзавцев!

– Мы уходим. Сейчас на правосудие нет времени.

– Я иду за ними!

– Воин!- все содрогнулись, когда Рик повысил голос. Стая ворон взмыла в небо, каркая и роняя чёрные перья.- В седло, немедля. Это приказ!

Не выдержав пронзительного взгляда Рика, Александр повиновался, не проронив больше ни слова.

Вороны вернулись на прежние места, расселись на черепице домов. Вороной Среброглазого рванул с места и помчался, словно чёрный вихрь. Восемь всадников последовали за ним, храня молчание.***

Стражники в белых плащах и начищенных до блеска доспехах, на которых не было ни царапинки, поприветствовали всадников и отворили последние ворота.

Отвратительный, мрачный город теперь был позади, и каждый вздохнул с облегчением. После увиденного Деми пребывала в полном смятении, но успела заметить, что помимо Рика самыми морально устойчивыми были Константин и Креос: лица их не поменяли выражения с тех пор, как они покинули Белый замок. На остальных зрелище произвело впечатление, но в разной степени.

Черта, грубо отсекавшая живую землю от мёртвой алой пустоши, была всё ближе: этот переход от Преображённого Руимо к Первозданному был одним из самых резких и удивительных; впереди виднелось дерево, последние несколько лет носившее символичный характер: его недаром сравнивали с нынешним Свеххом. Магия, оживившая землю, затронула сухой ствол наполовину - там, где волшебство вступало в силу, ветви шуршали множеством золотисто-жёлтых листков, а со стороны первозданной были мертвы и навевали тоску своей наготой.

Воздух стал холоднее. Вымеобразные облака, устрашающе нависавшие над сухой землёй, были подобны поверхности бурлящего, бушующего моря - казалось, они вот-вот обрушатся вниз и погребут под собой всё и вся. Однако, этого не происходило - несмотря на жуткий облик, они оставались самыми обыкновенными облаками, окрашенными в бордовый цвет.

"Слишком мрачно,- думала Деми, то и дело поглядывая назад.- Слишком много красного, серого и чёрного. Всюду одинаковые, причудливые шипы-камни, земля покрыта трещинами и каждый шаг лошади оставляет после себя столб пыли, которая здесь почему-то оседает слишком долго, словно под водой. Ни капли жизни и тишина, нарушаемая лишь протяжным воем ветра, и сияющий оранжево-красным горизонт - такой Руимо в своём первозданном виде".

– Холодно здесь, однако,- начала зеленоглазая, поравнявшись с Беатой и Эйрой.- Вы часто путешествуете?

– Не особо-то я люблю верхом кататься,- Беата чуть поморщилась,- в седле нам до ночи сидеть, а зад уже...хм, ну вы поняли. Предпочитаю с помощью магии: быстро, просто, без препятствий.

– Мы направляемся в Мильфел, верно? Почему тогда не телепортироваться в город, как в Свехх?

– В Вартон дальше Свехха нельзя перемещаться с помощью колдовства,- мягко ответила Эйра.- Подобные вылазки считаются здесь преступлением, права и возможности магов сильно ограничены, их жёстко контролируют. Весьма странное королевство с такими же странными порядками и законами.

Александр внимал беседе, и после слов Эйры обернулся на девяносто градусов, одной рукой опираясь на круп лошади, и с иронией сказал:

– Ох, вот это да. Эйра, так ты, оказывается, бываешь дружелюбной? Отмечу этот день в календаре.

– За дорогой следи,- красноокая прищурилась, зловеще улыбаясь.- Глядишь - лошадка в ямку угодит, а так ведь и свалиться недолго.

– Может, хватит злиться? С того дня прошло уже несколько месяцев, я извинился - согласен, затея с вазой была глупая.

– С вазой из Фаренхима, которую вы разбили,- поправила Эйра.

– Почему белобрысого ты простила, а со мной говорить не хочешь?

– Потому что Шателон - кот. С придурью, но в целом - милый, пушистый кот, и умеет находить подход к людям. А ты? На милого котика мало похож.

– Я так и знал. Женщины! Чем он всем вам так нравится? Деми, ты чего краснеешь?

Рик, заинтересованный услышанным, обернулся. Беата хохотнула. Чувствуя на себе пристальный взгляд Рика, Деми внимательно рассматривала линию горизонта.

– Интересно,- вдруг обронила она,- как это вы умудрились разбить Фаренхимскую вазу?

– Кому-то следует меньше пить,- ответила красноокая, опередив Сашу, который уже собрался поведать душераздирающую историю.

– Пить? Кто это там пить собрался?- послышался голос Генри, и компания засмеялась.

– Что, в горле пересохло?- Саша вытащил из внутреннего кармана металлическую фляжку.- На, хлебни Артранского полусладкого!- и кинул чародею.

Рик снова следил за дорогой. Вороного жеребца подогнал вперёд, а после послал в галоп. Восемь спутников помчались за ним по пустоши, словно ветер, оставляя позади столбы пыли и давно исчезнувшие из виду зелёные земли.***

После долгого, бесконечного дня в седле Деми готова была взвыть. По лицам остальных было видно, что они устали не меньше - давящая, угнетающая атмосфера первозданных земель делала своё дело.

Стемнело рано, и сумерки опустились на землю, едва наступил шестой час вечера. Эйра снова держалась в стороне, Беата отпустила поводья и принялась приводить в порядок длинные чёрные волосы. Всеобщее удивление вызвала увлечённая беседа Константина и Креоса, двух самых молчаливых людей среди всех. Они ехали в хвосте, перекидываясь философскими фразами.