Чтение онлайн

Смогу ли я до неё дотянуться? Достаточно ли я смелая, чтобы вообще пробовать?

Но дело больше не в смелости. У меня есть один возможный вариант, и я должна им воспользоваться, иначе умру. Вот так просто. Я двигаюсь быстро. Бросаюсь вперёд, падаю на землю и тянусь к палке, пытаясь ухватиться за неё. Мне не хватает дюйма. Парень в лыжной маске тоже двигается. Он спешит вперёд, предположительно видя, к чему я тянусь, и пытается достать палку первым.

Я видела этот момент раньше, во множестве фильмов. Тот момент, когда герой и злодей — оба хватаются за пистолет, который лежит на расстоянии вытянутой руки. Вся ситуация казалась бы нелепой, если бы не тот факт, что я знаю, что для меня это конец. Когда я лежала на полу наверху, думая о своей смерти, на краткую секунду я перестала бояться. Но теперь боюсь. Мне на самом деле очень страшно.

Я дёргаюсь вперёд, упираясь в землю, продвигаясь вперёд, и моя рука сжимается вокруг грубого дерева палки. Парень в лыжной маске практически сверху на мне. Я переворачиваюсь на спину, поднимая палку обеими руками. Я бью его ею. Она ударяет его сбоку по голове, и я тут же понимаю, что удар был не достаточно сильным. Парень в лыжной маске наклоняет голову на бок, мрачно улыбаясь.

— Ты не знаешь, когда остановиться, верно? — огрызается он. — Ты просто не знаешь, когда нужно сдаться.

Полагаю, он прав. Я явно побеждена, но что-то внутри меня отказывается отступать. Я отползаю назад, прочь от него, всё ещё крепко хватаясь за палку. Я останавливаюсь только когда упираюсь спиной в стену. Парень медленно подходит ко мне.

— Вот, что я тебе скажу. Я позволю тебе снова меня ударить. Один раз, хорошенько. Согласна? — он останавливается передо мной, широко расставив ноги. Веселье прогоняет жалость с той малой части его лица, которую я вижу. — Один хороший, сильный удар, и затем мы перестанем играть друг с другом в игры, док. Больше никакого дурачества. Идёт?

Я не могу дышать. Он ждёт, чтобы я что-то сказала, двинулась или сделала что-то, но я замираю на месте, вытянув перед собой деревянную палку.

Он делает очередной шаг вперёд, и моё тело реагирует. Я больше ничего не контролирую. Мои руки раскачиваются, дёргаясь с каждой унцией силы, которой обладают, и я чувствую момент, когда крюк попадает в него. Я ударяю его не так уж сильно, но металл блестит рядом с его виском, и железо пробивает его череп, и мгновение... это долгое, затянувшееся мгновение, когда он просто смотрит на меня, будто не может на самом деле поверить в то, что произошло. Я сама едва могу в это поверить.

Он падает на колени, дико моргая, и это движение вырывает палку из моих рук. Она падает на землю, и его лыжная маска срывается с головы, когда выходит крюк, раскрывая его лицо полностью. Рыжие волосы. Узкий подбородок. Нос, который кажется слишком большим для его лица. Я позволяю себе увидеть его черты одна за одной, не воспринимая их целиком. Я не хочу, чтобы его лицо преследовало меня. Я никогда не хочу закрывать глаза и видеть его, ожидающего меня. Я хочу, чтобы он навсегда остался анонимом.

Из широкой раны на его виске свободно льётся кровь. Я не вижу, насколько рана глубокая, но количество крови, которую он теряет, критическое. Должно быть. Он издаёт ещё один сумасшедший смешок, а затем переворачивается на бок в горе картонных коробок, его тело замирает.

Я выхожу из шока. Встаю и бегу. Я не знаю, как много времени у меня уходит на то, чтобы обежать здание. Не знаю, на что я наступаю, что разрезает мне ступню. Я не чувствую никакой боли, когда спотыкаюсь и падаю, разбивая ладони и колени. Я не знаю, чем думаю, когда забегаю за угол и на улицу.

Но я испытываю облегчение, когда незнакомец поднимает меня с земли и зовёт на помощь. И я чувствую это. Я чувствую облегчение, осознавая, что не умру.

Пять лет назад

Секретная база Гошен

— Прикончи его, Виорелли! Убей его к чёртовой матери!

На улице льёт дождь, капли стучат по окнам, небо выглядит мрачным и протестующим, пока Виорелли ходит вокруг русского паренька, Миши, которого привезли на прошлой неделе. Миша допустил глупую ошибку, сел за стол, за которым не должен был сидеть, и Джаред взял на себя обязанность преподать новичку урок.

Я наблюдаю. Не вмешиваюсь. Если вмешаться, когда Виорелли в ярости, то это плохо закончиться для нас обоих. Я держу голову опущенной, пока ем. Все остальные стоят кругом, пока Миша изо всех сил защищается от чёртового психопата. Они скандируют, шумят, кричат. Правая рука Джареда, Осман, хватает поднос для еды и пытается ударить им Мишу, и тогда начинается ад. Джаред переключается на Османа, ударяя его чем-то. Чем-то, что у него в руке. Чем-то острым.

— Мне не нужна твоя грёбаная помощь, придурок! — кричит он.

Я не вижу, что происходит дальше. Толпа делает огромный шаг назад. В комнате вдруг становится тихо, а затем Миша громко кричит на русском.

— Заткнись к чёрту, парень. Заткнись твою мать, он в порядке!

Любопытство берёт надо мной верх. Я поднимаюсь. Мне не нужно двигаться, чтобы увидеть, что сейчас происходит. На полу на спине лежит Осман, сжимая руками горло, и между его пальцами хлещет фонтан крови.

— Вставай, мужик, — Джаред пинает Османа своим ботинком, но Осман никуда не двигается. Его руки вяло падают, опускаясь на грудь, затем тело дёргается и подскакивает, пока отключается нервная система.

Кто-то в толпе кричит, разбегаясь, бросаясь на другую сторону комнаты, а затем и все остальные делают то же самое, при этом кричат и орут. Дверь распахивается, и в комнату врываются двадцать охранников, со щитами в руках, оружием на готове. Джаред спешит вперёд для ближнего боя и хватает за ручку отвёртку, вырывая её из шеи Османа. Он направляется прямиком ко мне.

Он будто увидел возможность и теперь планирует убить и меня. Но я ждал этого момента, я готов к этому. Я уклоняюсь назад, готовый к чёртовой войне с ним. Когда он тянется ко мне, то не атакует. Он бросает отвёртку мне, сузив глаза.

— Бери, Блэкхит.

В замешательстве охрана, кажется, не знает, кого ищет. Они хватают всех по одному, бросая тела на пол. Я едва слышу Джареда из-за хаоса, развернувшегося вокруг нас. Но его намерения очевидны. Он хочет, чтобы я принял удар на себя.