Чтение онлайн

— Правы. Разжежывать не надо. Тем более, нам с вами, Серафим Всеволодович.

Хозяин кабинета удовлетворенно кивнул. Ему тоже не хочется углубляться в недра щепетильного вопроса. Предпочитает скользить по поверхности, отделываться намеками. Короче, высиживает «яйца».

— Отлично. Итак, нужна группа в составе трех-четырех боевиков. Основная задача: ликвидация опасных авторитетов уголовного мира. Не исключено — оппозиционеров. Как смотришь?

Полковник не с"умел удержаться от пренебрежительной гримасы. Начальник фактически запретил «разжевывание», а сам начал это малоприятное занятие. Фломин отлично знает историю зарубежных спецслужб. Не только из учебных пособий. Многое подчерпнул во время командировок в Соединенные Штаты и в Германию, уточнил из донесений внедренных агентов. Перенос силовых методов на россискую почву — ничего нового в этом нет.

Наседка похлопал подчиненного по руке. Добродушно рассмеялся.

— Наберись терпения, выслушай до конца, — Фломин молча кивнул. — Так вот, немногочисленная группа киллеров решит много задач, решить которые другими способами мы сейчас не в силах. Создание особосекретной группы не просто назрело — перезрело.

— Согласен.

— Тогда покопайся в нашей картотеке. По моему, там есть подходящие кандидатуры. Доложишь — обсудим, утвердим. Главное не рядовые исполнители

— нужен коренник. Руководитель… Имеется еще одна неплохая идея.

Очередное свежеснесенное «яйцо» завертелось над портретом Феликса.

— Готов выслушать. Уверен — свежая и необходимая. Других у вас просто не бывает.

— Спасибо за оценку… Фамилие Собков ни о чем не говорит?

— Говорит, конечно. Так называемый российский терминатор. Классный снайпер. Талантливый конспиратор. Бывший спецназовец. Имеет жену, с которой развелся, сына-малотлетка. Вторая женщина — медсестра военнного госпиталя, погибла во время попытки арестовать сверхкиллера. Третяя — курсант Высшей Школы милиции. Бывший курсант. Сам Собков сейчас, по оперданным, отошел от дел, живет в принадлежащей ему вилле на Средиземноморском побережьи Франции.

Грызун будто читает анкету. Смотрит не на генерала — на бутылку минералки. Ужасно хочется пить, но приходится терпеть.

Наседка, выкатив очередное «яйцо», медленно выбрался из тесного для его медвежьей фигуры кресла. Обеими руками потер поясницу. Посетовал на преждевременную старость с ее мерзкими болячками. Переваливаясь с боку на бок, не прекращая говорить, заходил по кабинету.

— Спасибо. Точно и исчерпывающе… Конечно, срок жизни киллерской группы определить трудно. Зависит от множества обстоятельств. Она может существовать и несколько лет и скончаться после первой же акции…

Еще одна манера старого разведчика. Запустить пробный шар и проследить куда его отнесет ветром. Будто генерал начисто забыл о «кореннике». Он не только давал возможность помощнику оценить многоходовую идею — сам «вчитывался» в нее.

Фломин мучился. Он не признавал пустословия. Все то, что сейчас внушал ему Наседка, давно проработано, процеженно через сито секретности, заложено в компьютерную память. Достаточно сигнала, чтобы генеральская идея ожила. Ибо два месяца тому назад Рогов вскользь упомянул о необходимости проведения операций по ликвидации особо опасных элементов.

— Вернемся к Собкову, — Рогов разочарованно вздохнул. Фломин не клюнул на подброшенную наживку — промолчал. Ни да, ни нет. Пробный шар поболтался в воздухе и возвратился к хозяину. Без желанной информации. — Что говорить, Пуля — профессионал высокой пробы. Недавно появились непроверенные сведения о его гибели. В Греции. Как думаешь, правда или очередная утка, запущенная журналистами?

Других мнений Рогов не терпел, но все время ими интересовался. С единственной целью — тут же опровергнуть.

— Думаю — утка. Найденный труп, скорей всего, не Собков. Эксперты выдают разные заключения. Адвокат утверждает, что получил от подзащитного письмо, датированное тремя месяцами позже его предполагаемой смерти.

— Итак, принимается версия о том, что Александр Собков жив и здоров. В такой случае, он — достойный кандидат в «коренники»… Твое мнение?

Полковник достал пачку «Мальборы», нерешительно положил ее перед собой.

— Кури, кури, — благодушно разрешил Рогов, включая настольный вентилятор. После перенесенного инфаркта он боялся любого отклонения от предписанного врачами режима. — Трави свое здороье… Как порешим с кандидатурой Собкова?

— В принципе, я — за. Если, конечно, он жив. Мужик серьезный, волевой. Но вот чем его взять? Богатством? По оперативным данным чистильщик в прошлом году купил дорогостоящую виллу на юге Франции. Следовательно, в деньгах не нуждается. Безопасностью, приглашением спокойно жить в России? Думаю, откажется…

— Шерше ля фем, милый, ищи женщину.

Рогов придвинул черную папку, открыл ее. Стопка бумаг, сверху — цветная фотокарточка красавицы брюнетки. Черные, кучерявые волосы рассыпаны по обнаженным мраморным плечам, в широко распахнутых глазах затаилась насмешка.

— Ксана Банина, стажер. Двадцать два года. Отец — отставной охранник зоны, мать — бывшая сотрудница лагерной администрации, оба сейчас — на пенсии. Закончила юридический институт, поступила в Высшую школу милиции. Вместе с сыщиками уголовного розыска Столковым и Дымовым разрабатывала Собкова. Стала его любовницей. За помощь в побеге киллера осуждена… Какова наживка?

Полковник взял фото, равнодушно всмотрелся. Банину он отлично знал по оперативным данным угрозыска. Решил не показывать Наседке своей осведомленности. Пусть старикан порадуется.

— Наживка вкусная. Можно попробовать. Поручу нашим ребятам отыскать Пулю, прощупать его. Самый выгодный вариант — поставить Собкова в безвыходное положение. Скажем, определить на временное «жительство» в следственный изолятор.

— Годится… Кому поручишь операцию?

— Баянову. Придется задействовать наших ребят в Ближнем Зарубежьи.

Судя по многочисленным «достоинствам» Собкова, выйти на него, тем более, завербовать будет далеко не просто…

— Согласен. Пробуй, дорогой, шевели мозгами. План доложишь через три дня…