Чтение онлайн

* Член парламента потребовал принятия более строгих мер безопасности на британских железных дорогах (см. стр. 12).

Гарри был ошеломлен. Совершенно неспособный до конца осознать смысл прочитанного, он перечитал заметку еще раз. Что могло заставить столь рационально мыслящую женщину отважиться на подобный поступок? Хотя их знакомство было весьма непродолжительным, судя по их последней встрече, Бет не обнаруживала ни малейших признаков душевного расстройства. Между тем ее знакомые, оказывается, утверждают, что она пребывала в состоянии глубокой депрессии. Какие знакомые? Кто эти люди? А может, она принимала какие-то лекарства?

Гарри казалось, что он постепенно переходит границы некой чужеродной вселенной, где события повседневной реальности предстают совсем в ином, поистине гротескном виде. И все же в одном он был совершенно твердо уверен: смерть Бет Кливленд каким-то образом связана со смертью его отца, а обе они — с планируемой сделкой купли-продажи “Мгновенного образа”. Возможно, помешательство парня, похитившего его машину, тоже связано с этим.

Вместе с тем он не сомневался, что история продажи “Мгновенного образа” вскоре будет раскрыта. В конце концов, отпущенный Кармоди срок истек.

С балкона квартиры Артура Брайана в Бэттерси открывался чудесный вид на хризолитовую зелень парка и видневшуюся за ним реку. Именно здесь Джон Мэй и Джэнис Лонгбрайт нашли ее хозяина, безмятежно нежившегося в бледных лучах послеполуденного солнца. Артур возлежал в шезлонге среди вазонов с самыми разными растениями и мирно подремывал.

Миновав гостиную в сопровождении Мэя, Лонгбрайт легкой походкой прошла на балкон и ласково похлопала Брайана по плечу. Заморгав, словно черепаха, вытащенная на свет Божий, Брайан сердито уставился на своих коллег.

— Сколько времени? Кто вас впустил? Мне что, и минуты нельзя побыть одному в полном покое?

Он резко сел в кресле, явно раздраженный вторжением коллег.

— Сейчас половина четвертого, ключ нам дала твоя хозяйка, и не видать тебе никакого покоя, покуда за твои услуги расплачивается британский налогоплательщик, — проговорил Мэй.

— Альма отдала бы ключи только в том случае, если бы к ней вломился сбежавший от правосудия преступник, — пробормотал Брайан. — Просто я задолжал ей арендную плату. — Раздражение уступило место попытке задобрить коллег. — И все равно это нечестно. Я старик, а все старики постепенно впадают в детство, и им необходимо вздремнуть в течение дня. Будьте добры, отвалите ненадолго. Ну, погуляйте с часик по парку.

— Артур, нам надо с вами поговорить, — сказала Лонгбрайт. — Поступили новые данные по делу Делла. Я пока приготовлю чай.

— Ну что ж, это уже лучше, — проговорил Брайан, резко стряхивая с себя остатки дремы. — Кстати, Джон, ты мог бы поучиться у Джэнис хорошим манерам. Уж она-то знает, как вести себя с человеком преклонного возраста.

— А может, хватит молоть всякую чушь? — огрызнулся Мэй. — Кого ты вздумал дурить? — Он окинул взглядом растущие на балконе растения. — Кстати, тебе известно, что среди всего прочего здесь у тебя произрастает самая настоящая марихуана?

— Не может быть! — воскликнул Брайан, словно бы и в самом деле шокированный. — Где?

Мэй подозрительно прищурился и указал на высокое растение, на котором явно недоставало нескольких стебельков.

— Как мне представляется, совсем недавно с него сняли довольно обильный урожай, — заметил он. — Постыдился бы.

— Это растение обладает целительным свойством. Оно используется для лечения моего артрита. В наше время врачи нередко прибегают к этому средству. Знаешь, оно весьма неприхотливо...

— Если мне не изменяет память, Артур, ты только что сказал:

“Старики постепенно превращаются в младенцев”. Но ведь не в подростков! — Мэй опустился в свободный шезлонг. — Уже неделю мы ведем расследование по делу Делла, и все бы ничего, если бы не случился пожар. Итак, нам необходимо установить личность того обгоревшего человека.

— Ну, как он?

— Скажу, когда время придет. Харгрив мечет гром и молнии из-за того, что мы до сих пор не достигли ощутимого результата. Боюсь, что ты, в свою очередь, тоже не сможешь порадовать нас открытиями.

— Мне хотелось бы сначала ознакомиться с успехами вашего тандема. — Брайан встал с кресла и направился в гостиную, так что Мэю поневоле пришлось последовать за ним. — Ну, как наш чай?

Гостиная Брайана весьма походила на его офис — та же смесь старины с древностью. Овальные портреты далеких предков соседствовали с заключенными в рамки сценами из нескончаемых серий оперетты “Гилберт и Салливан”, основательно замызганная лепная статуэтка Будды украшала вполне модерновый камин, а на стоявшем рядом с ним стилизованном под модную старину буфете из мореного ясеня красовался африканский сосуд, такой несуразный и невзрачный, что единственным объяснением его присутствия здесь могли служить лишь регулярные визиты подарившего его человека.

Пока Лонгбрайт расставляла чайные приборы, Брайан выдвинул стул и уселся за обеденный стол. Друзей основательно раздражало сумасбродное поведение Брайана в полицейском участке, однако они давно смирились с этим и неизменно проявляли к нему известные терпимость и выдержку. Оба знали и высоко ценили весьма неординарные методы работы Артура, равно как и его умение добиваться цели самыми невероятными способами. Мэй расположился напротив Брайана и раскрыл свой атташе-кейс.

— Кстати, — поинтересовалась Лонгбрайт, — что случилось с вашим пейджером? Мы неоднократно пытались связаться с вами, но не достигли успеха.

— О! Э-э... — Брайан закатил глаза к потолку и принялся изображать искреннее недоумение. — Наверное, я оставил его в другом костюме.

— Нет у тебя никакого другого костюма, — вмешался Мэй. — И вообще должен тебе сказать, что ты, Артур, всего лишь жалкий обманщик. Ну ладно, давайте действительно перейдем к делу. — Он открыл лежавшую перед ним папку. — Первое: тот парень в магазине. Его зовут Марк Эшдаун. Возраст — шестнадцать лет. Обычно он приходил в конце недели, чтобы помочь обновить ассортимент товаров и подсобить за прилавком. А в складском помещении он оказался всего лишь потому, что про него все забыли. Он пока еще жив.