Русалка
Шрифт:
— Джем! — радостно прошептала Ондайн, уверенная, что старый слуга не выдаст ее. Как хорошо, что он оказался в этот момент здесь.
Джем оторвался от доски, на которой резал хлеб, и посмотрел на нее. Его лицо озарилось улыбкой.
— Миледи! — вскрикнул он и бросил боязливый взгляд на девушку около огня, но она не обращала на них никакого внимания. Джем засуетился и подошел к Ондайн, которая все еще стояла в дверном проеме.
— Миледи! — повторил он, понизив голос до тихого шепота. — У меня для вас послание от кузнеца. Он заберет вас отсюда сегодня. Вы должны прийти к нему в домик до полудня. Поняла, дочка?
Она кивнула. Слава Богу! Уорик цел. Его предупредили. Теперь все устроится, как только она доберется до него.
— Я не спал всю ночь, — пробормотал Джем. — Ломал голову, как поскорее до вас добраться! Ах, миледи…
— Герцогиня! Вот вы где!
Берта! О Боже! Как некстати сейчас эта коварная низкая шпионка!
— Да вы совсем одеты! И ваше прекрасное манто на вас, миледи! Похоже, вы далеко собрались!
Ондайн гордо выпрямилась.
— Да, на улицу, Берта. Мне просто дурно от жары в доме! Мне нужно немного свежего воздуха!
Она хотела пройти через кухню и вздрогнула от неожиданности: Берта остановила ее, схватив за рукав. Ондайн брезгливо поморщилась, как будто к ее одежде прилипла грязь. Но Берта была не из тех, на кого действует презрение. Служанка улыбнулась:
— Только не сейчас, герцогиня. Ваш дядя ждет вас. Наш дорогой хозяин очень расстроился, когда проснулся и обнаружил, что вы ушли! И это после того, как он сторожил вас ночь напролет, миледи!
— Я хочу пройтись перед завтраком… — начала Ондайн, но Берта снова улыбнулась и неожиданно громко крикнула: — Берольт!
Берольт не замедлил появиться.
Ондайн поняла, что они готовы тащить ее силой, если она не пойдет сама. Она вскинула подбородок, сбросила руку Берты и тщательно отряхнула мех, как будто служанка его запачкала. Теперь лучше идти по своей воле. Она сбежит после завтрака.
Ондайн вздохнула и взглянула на Джема. Он смотрел на нее так безнадежно, что она ободряюще ему улыбнулась, затем повернулась к Берте с выражением крайнего недовольства:
— Ох, ради Бога! Я приду позже!
Берольт посмотрел на нее подозрительно, готовый в любой момент пустить в ход силу.
— Берольт! — Ондайн приподняла бровь. — Дай мне пройти! Он отодвинулся в сторону. Ондайн прошла через буфетную обратно в зал. Около камина стоял Рауль. Он удивился, увидев ее входящей со стороны кухни.
— Я хотела с утра пройтись по снегу, — сказала она холодно в ответ на его невысказанный вопрос, — но, кажется, другие знают лучше, что мне делать.
— В чем дело? — переспросил он, строго взглянув на Берту и Берольта, переминавшихся позади нее.
Ответ не потребовался, поскольку появился Вильям Дуво, с трудом двигаясь после ночи, проведенной в кресле.
— Ах, вот ты где, неблагодарная! — обратился он к Ондайн.
— Что здесь происходит? — рассердился Рауль. Вильям не спеша прошелся по комнате.
— Я узнал в городе об одном опасном преступнике, — коротко объяснил он сыну, — и счел необходимым самолично сторожить целую ночь твою невесту. И вместо благодарности за мое самопожертвование она исчезла! Берта, снимите манто с герцогини. Она сейчас в нем не нуждается.
Берта повиновалась, взяла у Ондайн манто и понесла его в комнату. Рауль хотел было возмутиться, но отец махнул на него рукой.
— Да, какой-то парень охотится за женщинами. Бедные создания! Но нам нечего беспокоиться, своих мы сумеем защитить. Меня огорчает только Ондайн. В ней нет и капли благодарности!
— Я просто хотела прогуляться! — воскликнула Ондайн и про себя подумала: «Ох, дядя, какой же ты лжец! А ты, Рауль, полный идиот!»
Больше всего она смутилась потому, что. не знала наверняка, почему дядя так странно себя ведет.
— Я возьму тебя на прогулку сразу после завтрака — успокоил ее Рауль.
«Только не это!» — подумала она, но проблема решилась сама собой. Вильям неожиданно заявил:
— Боюсь, сын, у тебя не будет свободного времени для прогулки с невестой. Сегодня ты поедешь во Фрамингам.
— Фрамингам?! — воскликнул Рауль. — Да туда же ехать два дня, с остановкой ночью! Почему я должен ехать в Фрамингам?
— Чтобы встретиться с испанскими купцами, которые привезли с Востока прекрасный шелк…
— Шелк! Чепуха! Зачем это еще…
— Для свадебного платья твоей невесты, сын, и для тебя тоже! Разве тебя не волнует…
— Ах, новое платье! — Ондайн радостно захлопала в ладоши, думая, что Рауль уедет на целых два дня и она без помех сбежит к домику кузнеца.
Берта вернулась в комнату и встала позади Берольта. Рауль, не обращая на них внимания, с неудовольствием возразил:
— Отец, но купцы могут сами приехать к нам…
Вильям покачал головой, кивнув в сторону слуг: В их присутствии разногласия между господами не обсуждались.
— Берольт! Посмотри, все ли готово к завтраку!
Берольт испарился. Берта, тяжело ступая, отправилась вслед за ним. Вильям улыбнулся, отодвигая от стола кресло для Ондайн.
— Садитесь, моя дорогая, — сказал он, улыбаясь с каким-то тайным удовольствием. Ондайн трепетала при мысли о том, что зреет в его голове. — Ондайн?..
Она подошла и села. Рауль занял свое место, все еще дуясь на отца. Вильям тоже сел, положив на стол руки.
— Рауль, я узнал об этом человеке из Фрамингама вчера вечером. Если бы ты был герцогом, тебя бы обожали и хотели видеть все купцы! Но пока он не видит смысла путешествовать так далеко на север, и ты должен сам поехать к нему. У него превосходные ткани. Тебе нужно заключить с ним сделку.