Чтение онлайн

Услышав это, Аргентор тут же вспомнил слова Ааренса о том, что Рушер намеревался со временем применить ядерное оружие. Значит, это время настало. Вот что значат эти чёрные облака, жирный пепел, бешеный ветер, погибающие птицы и множество монков.

Ещё это означает то, что Нэнси погибла. Она сейчас как раз должна подлетать к Чинночи. Нет сомнения — это ядерный взрыв в штольнях. Рушер разгадал загадку белого фтара и уничтожил штольни одним ударом.

Услышав про ядерный взрыв, Заннат молча содрогнулся и сгорбился, обхватив голову руками. У монков больше нет родины. Чернокаменные горы, в которые была сброшена бомба, были средоточием основных работ на материке Урсамма. Все монки участвовали в добывании драгоценных камней и фтаров уже много столетий. Владыка постоянно требовал чёрных магических камешков. Поэтому и долина Чинночи, и множество прочих деревень были сосредоточены в основном вокруг Чернокаменных гор. Синие Земли и Пурпурные Озёра были незаселённой частью материка. Удар по штольням разрушил и все деревни монков. Они только начали помогать другим расам на Рушаре, как тут же и были за это наказаны. И он, Заннат, в этом повинен — это он советовал своему народцу отказаться добывать фтары для Владыки и собирать их для Героев. Синнита это понял бы, а монки — нет. Как Заннат теперь посмотрит им в глаза? Что скажет в утешение?

Воздух наполнился мелкой пылью, она лезла в нос и в глаза, причиняла мучения при дыхании. Монки опять заголосили от страха. Тогда сибианы по совету Занната достали белые рубашки из тканной материи, разорвали и намочили водой. Эти импровизированные респираторы помогали нормально дышать, по крайней мере, до тех пор, пока флотилия не покинет место загрязнения.

На всех судах подняли паруса, и флотилия устремилась прочь от материка Урсамма. В океан падали мёртвые птицы.

Аргентор сидел на корме последнего судна, глядя на покидаемый материк сухими глазами. Никто к нему не обращался. Никто ничего не говорил. На Рушаре смерть всем привычна.

Наконец подошел и сел рядом капитан Станнар. Он молчал.

— Я всё помню, — ответил на безмолвный вопрос Аргентор, — мы не остановимся. Мы обязательно найдём способ противостоять киборгам. Мы защитим Зинтарес. Просто сейчас я побуду один.

Вернулся монк Четтара, довольный и весёлый, и сразу понял, что произошла беда. Он выполнил поручение капитана, посетил все четыре флотилии. Его везде внимательно выслушали. Капитан Станнар был прав — его пряжка вызвала у сибианов уважение и доверие.

Рассказы Четтары о том, что он видел и об обстановке на остальных флотилиях ободрили сибианов. Значит, ядерный удар поразил только материк монков. Но, тех, что прибыли спасаться на флотилию, слишком мало для целого материка. Значит, остальные перебрались на прочие земли Рушары. Да, это всё ужасно, утешали сибианы осиротевших монков, но теперь им придётся жить иначе — они расселятся по другим материкам, будут общаться с прочими расами. А потом, спустя несколько столетий, народ монков вернётся на свою родину.

— Мне тошно видеть их надежду. — тихо сказал Аргентору Заннат. — Они ещё не понимают, что Рушер уничтожит их планету, как только сумеет получить свою Силу.

— Да, я помню, что говорил Ааренс. — так же тихо отозвался тот. — Тирану дорога лишь его Зона на Ларсари. Мы сейчас ломаем голову, как спасти от разрушения Зинтарес, сибианы только об этом и думают. Мне иногда кажется, что пророчества ошиблись. Нам не победить тирана — Рушер для нас недосягаем.

Это была правда. Они всё время только отражали нападение, но не могли перейти в атаку.

Флотилия продолжала плыть на родину сибианов — зелёный летающий архипелаг.

***

Ааренс возник на флагмане неожиданно. Когда на Ларсари стали во множестве возникать плачущие приматы, аллерсы сразу поняли, что произошла беда. Известие о взрыве на Урсамме подтвердило самые худшие опасения: Рушер разгадал тайну белых фтаров и отомстил монкам тем, что сбросил на их мирные деревни ядерный снаряд.

Поначалу ждали распространения черных туч, запыления атмосферы на всей планете. Но, этого не произошло. Ааренс по некотором размышлении, высказал версию, что в этом, скорее всего, повинны фтары. Чёрные, попав в ядерное пекло, тут же вынесли большую часть породы в космос, а белые в тех же условиях стащили её в подпространство. Так что, теперь посреди Урсаммы зияет большая грязная дыра, как от падения гигантского метеорита.

Проговорив и проспорив некоторое время, Аргентор и Ааренс явились к капитану и заявили, что немедленно отбывают на Зинтарес решать проблему на месте. Рушер может напасть в любую минуту. А Заннату придётся оставаться на флотилии с монками, чтобы предотвращать панику среди оставшихся сиротами бывших обитателей Урсаммы. Многие из монков покинули флотилию и переместились на другие земли. Но, многие остались с Заннатом, и теперь на судах сибианов стало очень тесно.

***

Мгновенный перенос, такой привычный для Ааренса, для Аргентора был всё ещё необычен. А теперь он попал туда, где все напоминает о его Джиневре, от которой даже пепла не осталось.

Острова плыли величественной армадой. Они никогда не сближались более допустимого, никогда не разбегались — что-то удерживало островную флотилию в состоянии устойчивого равновесия.

Тысяча зеленых гор в океане, сплошь покрытых коврами ухоженных, не засорённых никакими сорняками трав. Роскошные рощицы раскиданы небольшими группами. У подножия их больше, ближе к вершине — меньше. Сами вершины иногда открыты, а некоторые заросли цветами и вьющимися лозами, похожими на виноград. Но, в самом центре плоской верхушки непременно имелась особенность: площадь примерно акров десять, имеющая очертания идеальной окружности, не пропускала в себя никого и ничего. Можно было видеть, что находится внутри неё, но протянуть руку и потрогать невозможно.

Внутри этой странной площадки большей частью буйно росли растения — они были явно отличны от растительности Зинтареса. Такое впечатление, словно это давно запущенный и забытый садик. Растения теснились в небольшом пространстве, лезли вверх по невидимой преграде, давили друг друга и умирали, отчего под ними образовался толстый слой перегноя. Гниющие остатки спрессовались и со временем приподняли садик над уровнем плоской вершины зелёной горы почти на метр, а то и больше. Ко всему прочему, из-под этой загородки выбегали обильные потоки воды. Они стекали вниз по устоявшимся руслам и образовывали и ручьи.

Герои оказались на одной такой горе. Ааренс высадился почти на верхушке, немного не достигая прозрачной преграды, и они принялись осматриваться. Гигантские зелёные горы уходили во все стороны и терялись в лёгкой дымке.

Первое, что заметил Ааренс — это абсолютная идентичность островов. Все они сработаны по одной схеме. Все одного размера. И у всех, даже самых далеких, видна тёмная нахлобучка на вершине — такая же, как и перед ними. Сама собой навязывалась мысль об искусственном происхождении островов.