Рюрик
Шрифт:
– Чего людей тревожити напрасно?
– удивился Добрило, перебив князя: - Я тобе глаголю, нету здесь Вадима. Ести только дружина Синеуса. Своих, что ли, боитися?
– искренне возмутился весянин.
Рюрик вгляделся в его лицо и, поддавшись чутью, поверил в его искренность.
– Ладно, - тихо проговорил он.
– Всё равно будешь с нами до конца.
– Ежели пойму, что надо, то буду, - просто сказал Добрило, - а так - не неволь.
– Хватит!
– прикрикнул на него Рюрик.
– Будешь при мне, коли не хочешь с нами! Дагар, за дело!
Знатный меченосец вышел из клети и приказал своему дозорному просигналить команду князя. Князь взмахнул рукой, и дозорная ладейка была осторожно спущена на воду. Все сразу зашевелились, задвигались. Дружно подняли весла, и струги Рюрика уверенно повернули влево.
Через четверть часа ладьи рарогов-русичей благополучно пристали к берегу, и Дагар стал командовать выгрузкой дружины. Несуетливо, умело и быстро выгрузили крепёжный настил, которым ловко, с помощью деревянных кольев, обшили узкую полоску крутого берега.
Добрило, наблюдая за ладными действиями варягов, дивился их находчивости и сметливости. Без лишних слов и вздохов, без оглядки на небеса и ветер дружинники чётко выполняли свои обязанности. Но вот настил укреплён, и меченосец дал команду вывести триста всадников: сотню варягов оставили для охраны Эфанды и судов. Молча выводили ратники своих коней, осторожно поднимались с ними на незнакомый берег и выстраивались в боевые тройки.
Вскоре варяжская дружина, возглавляемая Рюриком и Дагаром, направилась галопом к жилищу главы белоозерской дружины. Весяне провожали её удивлёнными взглядами и усмешками.
И тут закружились над головами воинов стаи воронов и закаркали что есть духу.
Рюрик покорно слушал суетливые птичьи предсказания и ничего не говорил. Дагар нахмурился, наблюдая за налётом воронья, но, посмотрев на князя, тоже смолчал. Он давно уже понял: подбадривать надо только тогда, когда об этом просят глаза друга, пустыми словами не следует бередить душу ни себе, ни другим. Добрило же не сдержался, когда один из воронов особенно низко пролетал над его головой и протяжно каркнул…
– Тьфу ты, дьявол, лети во своё гнездо, чего душу наизнанку выворачиваешь!
Вороны покружили ещё немного над головами всадников, осуждающе, как им показалось, помахали крылами и, мелькнув на прощание чёрными шеями, исчезли в придорожном чуть зеленеющем уже лесу. Весна властвовала кругом: широко разлились лужи, звонко щебетали птицы и тепло пригревало солнце.
– Вон, за поворотом, и его дом, - хриплым голосом оповестил Добрило.
Рюрик с Дагаром посмотрели в сторону, указанную весянином, и через некоторое время разглядели небольшое деревянное строение, огороженное бревенчатым частоколом.
– Его дом отдельно от других стоит?
– спросил Рюрик.
– Да. Остальная дружина живеть чуть поодаль, - объяснил Добрило.
– В скольких поприщах?
– подозрительно уточнил Рюрик.
– Знаю я ваши "поодаль".
– В поприщах двух буде, - пробурчал весянин, чуя, что его слова все до единого будут проверены и мутить воду зря не следует.
Рюрик с Дагаром ахнули.
Добрило пожал плечами:
– А я здесь при чём! Решал совет старейшин да общинное вече Белоозера. С них и спрошайте.
– Спросим, коли надо будет, - недобро ответил Рюрик и хлестнул коня. Конь тряхнул головой и рванул вперёд…
Достигнув ворот двора Сигурова дома, Рюрик вынул меч и с силой ударил им несколько раз по закрытой калитке.
Никто не отозвался.
Рюрик закричал:
– Эй, кто здесь есть, отзовитесь! Сигур! Это я, Рюрик! Сигур! Брат мой!
– отчаянно звал он, но на дворе было тихо.
Подъехали Дагар, Добрило, а за ними и остальные ратники.
– Молчат?
– спросил Дагар скорее самого себя, чем князя.
– Молчат… - в раздумье ответил Рюрик.
– Окружить частокол!
– приказал меченосец, не обращая внимания на фырканье и тревожное ржание коней.
– Лестницу!
– потребовал он и приготовился первым перелезть через частокол.
– Первым полезу я!
– предложил Добрило, но не успел он сделать и несколько шагов, как раздался шум, топот, и на дороге, ведущей из Белоозера, показались всадники, мчавшиеся прямо к дому Сигура.
– Кто это?
– спросил Дагар и вынул меч. Ратники последовали его примеру.
– Добрило, кто это?
– крикнул Рюрик и взмахом меча приказал воинам скрыться за частоколом.
Дружинники поспешно выполнили указания князя и притаились за изгородью. На виду, у калитки, остался только Добрило; лестницы возле него как не бывало.
Прибывшие всадники осадили коней и спешились.
– Дозорный пристани?
– удивлённо и, как показалось варягам, довольно добродушно воскликнули они.
– Ты что тут делаешь?
Рюрик удивился, заслышав словенскую речь, и обрадовался: легче будет общаться. Он тревожно вслушался в фырканье коней и затаился. "Интересно, а как ведут себя кони словен?" - подумал он и прислушался к разговору дозорного с белоозерцами.
Добрило растерянно развёл руками.
– Пытаюсь достучаться до Синеуса, а он что-то не отвечает, не отворяет, - глухо проговорил он и взмахнул рукой, отгоняя стаю чёрных жирных мух, вылетевших со двора дома Сигура.
– И нам нужен Синеус. У нас к нему просьба от городской общины, ответил старший дозорный, усмиряя своего пегого скакуна и удивлённо оглядываясь на коней своих спутников: животные били копытами и упрямо отворачивали морды от ворот варяжского дома. Добрило перевёл дух и решился: