Чтение онлайн

Мощный шторм, обрушившийся на пролив столь стремительно, быстро потерял силу. К вечеру небо уже стало расчищаться от туч, а на следующий день мало что напоминало о прошедшей непогоде. При достаточно ярком свете, без пелены дождя и дыма, морячки смогли полностью осмотреть получившуюся картину. Передняя бронестенка надстройки выглядела довольно плохо, чернея пробоинами как зенитных, так и от крупнокалиберных снарядов. Вдобавок она, как и большая часть находящегося выше уровня воды, была закопчённой из-за пожара. Вышка сильно выгорела и лишилась всех стёкол, но практически самый ценный отсек, с радаром, не пострадал вообще. Разлапистая решётка и антенны всё также торчали над вышкой, а ещё выше, на стальном шесте, полоскались по ветру флаги Союза и ВМФ. Пырючись из-под лапы на это дело, морячки довольно шурились и вспоминали, что очень легко отделались, в возникшей обстановке.

Множество оплавленных борозд наблюдались на лобовой броне башни главного калибра, и приличных размеров пробоина зияла сверху, как раз результат последнего попадания. Кран по левой стороне оказался сворочен и частично упал за борт, уткнувшись стрелой в дно; правый оказался сильно погнут, но устоял. По следу глубоких царапин и обломков можно было проследить путь зенитной установки, которую снесло снарядом и вышвырнуло в воду - теперь на её месте темнел пустой колодец. Сильно пострадала крышка кормового трюма, которую выбило взрывом, остальные же отделались несколькими сквозными пробоинами. Палуба по большей части оказалась залеплена продуктами горения, но это большой проблемы не представляло. Что более всего не понравилось морячкам при первом осмотре - это пробоины в бортах, оставленные взрывами, здоровенные, с рваными краями выгнутого наружу толщенного металла.

И всё же, корабль выжил, хотя и почернел, как сгоревший танк. Возня в его отсеках, грохот работающих инструментов и сыплющаяся во все стороны рожь подтверждала это. Собственно, для посудины после боя с линкором, "Лисоветский Союз" просто держался огурцом! Дарси, увидевшая корабль с баркаса, когда тот обошёл скальный остров, в прямом смысле отвесила челюсть. Ясен пух, что после передачи разведданных наблюдателям ничего не оставалось, кроме как плыть вслед своей базе - они и плыли, но ввиду нерасторопности плавсредства на это ушло часов тридцать. Енотка и лисы уже были полностью готовы искать на берегу выживших и увидеть обломки корабля, поэтому открывшийся вид привёл их в шок. На обгоревшей палубе шла активная движуха, а из трубы неспеша тянулся дым, свидетельствуя о работе топок.

Поскольку баркас подходил дюже медленно, на корабле успели узнать, кто вернулся, и собрались у "причала", встретить пушных зверей. Не успела Дарси перепрыгнуть на площадку, как её сгребла в лапы Хемма, катаясь по смеху и цокая, как распоследняя белочь. Собственно, енотка тоже была рада видеть грызуниху, так что, ничуть не возражала.

– Вы огурцы, Дарси!
– цокала Хемма, мотая ушами, - Всё правильно сделали, вы нам очень помогли! Я так рада, что с вами всё в порядке!

– Акхм, да. Взаимно, - пригладила шерсть Дарси, заметив, что тут и Рисхор со своей рыжей мордой.

– Подтверждаю, - хмыкнул лис, кивнул ей, и пожал лапу.

Дарси, припомнив кое-что, с опаской огляделась, и уставилась на Флака, которого только сейчас заметила. Енот, слегка катая по морде лыбу, смотрел на неё... Дальше морячки стали свидетелями невиданного, когда Дарси Грим бросилась на енота, причём не для того, чтобы вцепиться в горло, а чтобы крепко прижаться и расцеловать в морду.

– Собака ты полосатая, - со свойственной ей любезностью прошептала Дарси на ухо еноту.

– От собаки полосатой слышу, - с нежностью произнёс Флак, прижимая к себе пушную тушку.

Рисхор, стараясь не заржать в голос, подождал немного, качаясь на лапах, потом гаркнул

– Так, всё, сопли окончены, расходимся! Корабль сам себя не починит!

Морячки, по уши довольные, повалили по лестницам наверх.

– Кстати, что всё-таки с линкором?
– осведомился Ресен, шлёндая рядом с капитаном.

– А, этот, - зевнул Рисхор, - Макнули его, и все дела... Да ладно, это было не так просто. Потом расскажут, сейчас и правда нельзя терять времени. И да, ещё раз благодарю за службу, моряк.

– Служу Советскому Союзу!
– тявкнул лис с лыбой на морде.

Поскольку никто не рассиживался на хвостах, к этому времени учёт повреждений уже был окончен, и команда занималась непосредственно восстановительными работами. Перекуривая, Макузь в очередной раз просматривал список, ухитряясь одновременно опушневать над тем, как много и как мало. По вооружению - из шести зенитных установок одна выведена из строя, ещё одна уничтожена начисто. Эту башню, кстати, следовало поднять со дна и увезти с собой, воизбежание её изучения противниками, настоящими и вероятными. В башне ГК одно из орудий вышло из строя по внутренним причинам, монтировку второго погнул удар снаряда, пробивший крышу. К удовольствию инженеров, всё остальное работало даже после прямого попадания. Насчёт орудий ГК никто не расстроился, потому как всё равно в запасе имелось ноль целых ноль десятых снарядов. Таким образом, ремонт вооружения сводился к восстановлению одной зенитки и подъёме остатков другой, но это отложили на потом.

Главная задача заключалась в восстановлении мобильности, а для этого следовало закрыть пробоины в корпусе. Макузь уже имел "удовольствие" мордозреть выгнутый взрывом металл - ни погнуть его обратно, ни обрезать не было пока никакой возможности. Резать толстые листы стали можно только специальным оборудованием, какое с собой "в бардачке" не повозишь. Силовая установка отделалась легко, всю силу удара принял на себя котёл, он один и вышел из строя, не считая мелочей типа порваных трубопроводов. На "Лисоветском Союзе" стояли шесть таких котлов, питавших паром три турбины, и следовательно, потеря мощности составит лишь шестую часть. Короче цокая, за машину можно было не волноваться, возни много, но никаких принципиальных проблем с её запуском не предвидится. С кранами дела обстояли тоже неплохо, инженерка уже начала восстанавливать повреждённый, и если будет работать хотя бы один, это уже успех. Вот как заделывать пробоины, это вопросительный знак, подумал грызь.

Небольшую пробоину можно закрыть листами стали из ремзапаса, но никто не мог рассчитывать на такие площади, и листов не хватит даже на четверть. Кроме того, большой размер означал, что потребуется силовой каркас, чтобы держать обшивку. Допустим, прикинул Макузь, раскрутить на балки второй кран. Он не сварной, части скреплены обычными болтами, так что, это возможно. Балки подходящие, количество тоже вроде бы годное. Теперь - откуда взять столько квадратных метров обшивки? Жадная белка, сидевшая внутри каждой белки, сразу же цокнула, что надо разрезать на части вражеский корабль! Идея хорошая, но неправильная, потому как от линкора тоже шиш чего отрежешь при помощи маломощного газового резака. Помутузив мысленным взглядом по конструкции, Макузь припомнил, что для подобных целей есть нычка, заложенная в проект, а именно палубные доски. По сути, они нужны только как навес от дождя и для удобства команды, никакой критичной нагрузки они не несут. При этом "паркет" имеет толщину в двадцать сантиметров при ширине в пятьдесят, а площадь его весьма значительная. Нет никаких сомнений, что такая деревянная стенка, усиленная стальными балками, выдержит давление воды... Ясен пух, что грызь вскочил, и побежал.

Таким образом начал вырисовываться план восстановления плавучести. С действующим краном, который мог переносить материалы вдоль судна, работы обретали всё более умеренные сроки, хотя и исчислялись многими днями. Одна бригада, пользуясь лесами, разбирала разбитый кран, другая сразу прилаживала полученные балки на пробоины, сооружая каркас. В то время как на палубе морячки в поте морд откручивали от креплений палубные доски, их уже пилили в импровизированном столярном цеху, устроенном на крышке трюма, а потом на катках оттаскивали к месту установки. По ходу шерсти, как метко было подмечено, такое количество работы хватило бы на небольшой деревянный фрегат. Собственно, заплатки как раз и делались также, как борт парусника, только вместо толстых деревянных балок использовались стальные, от крана.