Чтение онлайн

– Вот шустрая!
– разыграла удивление грызуниха, - Но нам это поможет?

– Думаю, да, - уверенно кивнула енотка, - Я послала рапорт не в Инпек, ясен пень, а прямиком в Неленьград.

– Формально это нарушение, - пихнула её локтем Хемма.

– А тупить на посту адмирала - нарушение не формально, а по факту, - хмыкнула полосатая.
– К нашей удаче, достаточно жирный поросёнок, даже если это лисёнок, сразу попадёт в сферу интересов центрального аппарата НКВД.

– Хуп!
– поперхнулась воздухом белка, - Ты что, накатала маляву в НКВД?? Я думала, в штаб флота!

– Знаешь, однажды я уже ошиблась, не накатав вовремя маляву, и второй раз на те же грабли не пойду.

– Ладно Дарси, в этом вопросе мы доверяем тебе, - цокнула Хемма, похлопав енотку по плечу.

– Ладно Хемма, в вопросе проклейки досок мы доверяем - тебе, - хихикнула полосатая.

– О как, - сделала удивлённую морду белка, - Взялась учиться ни с того ни с сего? Так глядишь лет через десять енотом станешь.

– Тебе уши-то не жмут, буханка чёрного?...

В общем, за ентоку можно было только порадоваться. Давно известно, когда вдруг пули удачно пролетают мимо - это придаёт бодрости, мягко выражаясь. А мимо Дарси пролетели не только ножи и пули местных бандитов, но и громадные снаряды гурпанского линкора, так что, эффект усиливался. Что касаемо того баркаса, который она вместе с лисами угнала, то его, скрепя Жабу, затопили в заливе. Ведь если по букве закона, то на разбирательство уйдёт прорва времени, причём результат далеко не гарантирован. Позволить себе такое сейчас советские никак не могли, им непременно нужно было как можно быстрее возвращаться домой. Поэтому, концы в воду, в самом прямом смысле.

Инженерной части повезло с краном, причём дважды. Во-первых, его не своротило попаданиями, а только повредило, и за трое суток удалось восстановить функциональность. Во-вторых, улетевшая за борт зенитная установка находилась рядом с этим краном, и не составило большого труда вытащить её со дна и положить на кормовую площадку для дальнейшей утилизации. Главное, что действующий кран смог передвигаться вдоль всего корпуса и переносить собранные на палубе "заплатки" для пробоин на место установки.

Будучи достаточно посыпаны песком опыта, грызи из инженерки разработали всю операцию так, чтобы максимально сжать сроки и использовать все имеющиеся ресурсы. Одновременно с восстановлением работы машинного отделения и установкой заплаток отдельная бригада занималась приведением в годность насосов, которые должны были выкачать из трюмов избыток воды. Однако, штатной системы, какая используется для балласта, будет недостаточно из-за ограниченной производительности. Чтобы уложиться в разумные сроки, пришлось использовать аварийную схему, предуслышанную в проекте. На тот случай, если потребовалось бы удалять из корпуса большие объёмы воды, имелась возможность использовать паровые турбины, двигавшие гребные винты. Для этого следовало отодвинуть муфту, выводя из зацепления привод вала, и открыть основной осушительный канал, проходящий по самому низу корпуса. При таком режиме, когда на турбину подавался пар, она начинала закачивать в себя ещё и воду, и выгонять её через трубы наружу корпуса. Эффективность процесса была низкая, однако турбина - здоровенный агрегат, и даже при низком кпд она имела производительность на порядок больше, чем насосы. По рассчётам, включение двух агрегатов на осушение поможет справиться с задачей менее чем за десять часов, как сообщил Ратыш из инженерки.

Но прежде, чем сделать это, пришлось потратить несколько суток на сварку, закрывая все пробоины в трубах, возникшие в машинном отделении в результате попадания снаряда. Осколки от этой "гранаты" были такого калибра, что перебивали метровые трубы, как соломины! Сварочные аппараты работали круглосуточно, менялись только рабочие, которые не могли без отдыха. Стоило в очередной раз возблагодарить хозяйственную часть за тщательную подготовку похода, потому как в закромах нашлись не только сварочные аппараты, но и запас электродов к оным, что характерно. Пока Хемма разливала из бочек каучук, заклеивая швы в досчатых щитах, Макузь в поте морды возился со сваркой. Развлекуха так себе, в глубине трюма воздух почти не вентилируется, поэтому работать можно только в маске дыхприбора, ибо дышать чистыми парами стали далеко не полезно. Вдобавок, в отсеке стояла стопроцентная влажность, ведь он был частично залит водой, а корабль уже успел изрядно прогреться, стоя на солнцепёке и на мелководье.

Впрочем, Макузь был привычен к напряжённой работе, как и одинадцать морячков из десяти. Так что, закончив свою часть сварного шва, он вылезал наверх, отдавал снаряжение следующему, а сам, быстренько испив чаю из фляжки, перемещался в наскоро устроенное "училище-ухомоталище", тобишь место у борта, где поставили несколько скамеек. Там грызь проводил теоретические занятия для тех, кто ещё не умел пользоваться электросваркой... поскольку на борту мало кто умел, пришлось исправлять это положение оперативно, сухо цокая, иначе никак не хватит зверо-часов на выполнение плана работ. Макузь немедленно ввалил рацухи, взял старый строительный шприц, которым выдавливали раствор, замесил там глины, набраной на ближайшем берегу, и использовал это дело в качестве тренировки для начинающих. Соль состояла в навыке прокладывать шов, не наблюдая его впрямую - ведь на сварочную дугу не потаращишься, а через стекло в щитке видно так, что для неопытного зверя это полный ноль.

В "училище" морячки нацепляли картонку на глаза, и пытались проложить шов из сырой глины там, где нужно. С первого раза, чаще всего, ни у кого не получалось, что и требовалось доказать. Но, как известно, терпение и труд - и трут, и трут, и трут... всмысле, после нескольких попыток дело сдвигалось. Вырабатывая рефлекс в лапах, эрзац-сварщики кое-как подходили к минимальной годности для того, чтобы наваривать металл или закрывать швы - а там и начинали это делать, собственно.

Усилиями командного состава оказался занят весь экипаж, до последнего хонурика. Предпоследнего, серого лиса-синячка по погонялу Квёлый, который в своём репертуаре решил забухать, Рисхор выбросил за борт. В военное время он не собирался цацкаться с откровенными дураками, поэтому, если таковые ещё и были, теперь они были здорово мотивированы не выделяться. В частности, несколько десантных групп высаживались на берег с катеров, пытаясь заготовить дерево на материал. Из этого ничего не вышло, местные пальмы имели сплошь гнутые стволы, и получить из них сколь-либо прямые куски оказалось невозможно. Снабженцы пошли на крайние меры, а именно добрались до ближайших деревень и покупали там доски, обменивая на них стрелковое оружие и патроны.

Был свёрнут лагерь-два, в котором большая часть команды переждала бой, и на борт корабля возвращены, само собой, куры-несушки. Обеспечить работающих свежими яйцами тоже далеко не лишнее, Рисхор это прекрасно понимал, поэтому и не думал зажать зверей на эти работы. По мере того, как помещения в надстройке возвращали в функциональность, перенесли и "госпиталь" со скальной гряды. Тамошние пациенты находились в тяжёлом состоянии, но, по словам врачихи, есть основания надеяться на лучшее. Если успешно довести их до дому, само собой.

В "верхней" столовке, тобишь под стволами ГК, также взяли за правило доводить до сведения пушного состава новости, принятые из радиоэфира. Отчасти это приводило зверей в шок, но лучше так, чем расслабление тогда, когда это недопустимо. Кроме того, подавляющее большинство лисятины было родом из восточной части Союза, и вопроса о том, что война пройдёт у них дома, не возникало. Будучи спокойны за свои семьи, звери уже более сухо осмысливали полученные сведения. В целом сведения сводились к тому, что гурпанская империя осуществила массированное наступление по всем возможным фронтам, двинув на Союз армии в составе нескольких миллионов рыл. Ясен пух, что сдержать удар, который подготавливался несколько лет, не было никакой возможности, и осуществлялось планомерное отступление для изматывания врага. Чтобы говорить о наступательных действиях против агрессора, требовалось ещё провести мобилизацию, а это отнюдь не быстро. Плохая новость, таким образом, заключалась в том, что это дерьмо продлится не один год, в любом случае.

Если рядовой состав офигевал над масштабами, то командный, посыпанный знанием стратегии, ещё и над тупостью гурцев. В Союзе проводились мероприятия по дезинформации вероятных противников, чтобы у тех складывалось неверное впечателение о советских вооружённых силах. Это была обычная практика по всему миру, только вот все завышали боеспособность, а советские, напротив, занижали. При этом любой мало-мальски шарящий в делах разведки понимал, что если постараться - то получить объективную картину нет проблем. Получалось, что гурцы не озаботились такими мелочами, когда планировали нападение - по всем показателям они не могли выиграть эту войну. И это имеются ввиду только материально-технические показатели, без учёта тех сил, которые придаёт советским солдатам родная земля. Когда дело касалось защиты собственного дома и семьи, даже самые вялые хомячки могли больно покусать. А вялых хомячков в Союзе набиралось далеко не много. Главное, как заметил Рисхор, это не считать, что война выиграет сама себя, и настраиваться на долгий тяжёлый труд. С.ка, добавлял лис не вслух.