Чтение онлайн

– Они и внешне отличаются от прочих?

– Думаю, да.

– Тогда прости. Мне жаль, что ты обманулся.

Воскресное утро выдалось дождливым, поэтому Марк занимался тем, что переставлял по-новому греческую керамику, собранную его женой. Но за обедом вновь вернулся к этой теме:

– Я все время думаю о нашем вчерашнем разговоре. У меня есть знакомый – Чарльз Роумэн. Я хотел бы тебя с ним познакомить.

– Кто он?

– Психиатр. Хороший практик. Из тех людей, с которыми можно говорить.

– Нет!

– Можно было бы как-нибудь пригласить его на ужин. Ему под пятьдесят, он очень мудрый и простой.

– Пригласи его, когда меня не будет.

Несколько минут Марк ел молча.

– Пожалуй, мы могли бы заключить договор.

– Договор?

– Да. Ты пойдешь навстречу мне, я – тебе… Допустим, я обещаю взять сюда Фьюри. Не так дорого обойдется переделать старый гараж в конюшню, а загон рядом все равно пустует. Тогда Фьюри будет здесь постоянно, и ты сможешь ездить верхом, когда захочешь.

Я крошила хлеб, ожидая подвоха.

– И что потребуешь взамен?

– Согласиться ходить к Роумэну, скажем, дважды в неделю, чтобы понять, может ли он тебе помочь.

– Да не нужна мне помощь, – возразила я, но мысли мои прыгали как блохи. Я ожидала, что Марк выставит такое условие, которое я не смогу принять.

– Ты хотела бы привезти сюда Фьюри? – спросил он.

– Ну конечно.

– Тебе станет лучше?

– Несомненно.

– Ну, вот мое условие. Подумай.

– Я бы лучше о тебе думала, Марк, разреши ты мне взять его без всяких условий.

– Не сомневаюсь. Но без них не обойтись.

После обеда я сама продолжила разговор:

– Ты имеешь в виду, что я смогу оставить здесь Фьюри насовсем? И буду брать его, когда захочу? И ты сам будешь платить за его содержание?

– Естественно.

– А сколько времени мне придется ходить на прием?

– Все будет зависеть от того, что он скажет. Возможно, он сразу решит, что ничем не сумеет тебе помочь. Но если Роумэн все же возьмется, нужно честно предупредить: лечение продолжительное.

– Что он будет делать?

– В основном, слушать тебя.

– Но я говорила, что не люблю болтать.

– Знаю. Это уже его проблемы.

Тогда я больше не сказала ничего, но долго потом ломала голову, стоит ли соглашаться. И решила: если невозможно совсем отделаться от Марка, то надо попробовать хотя бы отключаться от него. А просто знать, что Фьюри рядом – все равно что иметь друга, к которому всегда можно прийти.

Идея мне очень нравилась. И чем больше я о ней думала, тем больше она правилась. Но, соглашаясь, я шла на риск. Такие люди, как Роумэн, имеют обыкновение так влезать в твои мысли, что в конце концов и не заметишь, как что-нибудь выболтаешь. А мне только этого не хватало!

Правда, всего два часа в неделю! Неужели я не продержусь пару часов перед каким-то врачом? Моя ненависть ко всей их братии только на пользу. Вопрос в том, кто кого перехитрит. Нужно все время быть настороже. Не так уж велика опасность, чтобы не рискнуть ради Фьюри.

Весь понедельник я страдала, но во вторник утром решилась.

– Марк, я думаю о твоем предложении.

– Да? – слишком небрежно бросил он, а глаза выдавали волнение.

– Да, я пока что не решила. Но если хочешь, пригласи доктора Роумэна на ужин. Мы познакомимся и я решу, смогу ли его вынести. Только помни, я пока ни на что не согласилась.

– Не сомневаюсь, ему тоже захочется взглянуть на тебя. Он очень разборчив.

– Что ты ему скажешь?

– Пока не думал. Наверное, достаточно сказать, что тебе нужен курс лечения. Остальное – его дело.

Я предупредила:

– Только не вздумай рассказать ему, как я украла деньги.

– Ты сама, милая, решишь, что говорить, что – нет. Все зависит от тебя. Я вообще не вмешиваюсь. Кроме того… ты же знаешь, меня беспокоит совсем другое.

– Смотри, ты обещал.

Я видела, что Марк доволен, хотя совсем не собиралась доставлять ему удовольствие. Но я уже решилась. Неужели он считал, что из этого что-то получится? Неужели рассчитывал, что несколько бесед с психиатром превратят меня в любящую жену? Неужели, человек никогда не теряет надежду?

Хотя жизнь с Марком должна была избавить меня от необходимости заботиться о деньгах, это совсем не значило, что с денежными проблемами покончено. Последние три года я посылала маме не меньше пятисот фунтов, а то и больше. Они с Люси могли существовать только на то, что я давала. Я обязалась это делать, когда с трудом уговорила мать оставить работу в магазине в Плимуте и купила первый дом в Торки. Удайся дело с Ротлэндами, я бы легко могла продержаться года полтора. Теперь от денег почти ничего не осталось, к тому же они разбросаны были по всей стране. Двести девяносто один фунт десять шиллингов.

В четверг зашел Терри. Я как раз подсчитала все свои резервы на листке бумаги, поспешно спрятала его и попросила миссис Ленард проводить гостя ко мне.

На Терри был твидовый пиджак для верховой езды, желтый шелковый шарф и бежевые бриджи. С виду не окажешь, что Терри так сметлив, как на самом деле; не подумаешь, что хитер и пронырлив; зато создавалось обманчивое впечатление уверенности в себе. Никакого сравнения с Марком, таким скромным с виду, но действительно уверенным.

Мы немного поговорили немного, он как всегда шутил, но я знала, что Терри явился не для того, чтобы болтать глупости. Через некоторое время он поднялся, прошелся по комнате и ткнул пальцем в одну из греческих ваз.

– Ну, и каково быть замужем за Марком?

– Нормально.

– Ну-ну. Ты сама знаешь, что ничего не выйдет.

– Что не выйдет?

– Толку из вашего брака, милая. Я уже говорил тебе. Но зачем тебе это понадобилось?

– Ты думаешь, я стану отвечать?

– Я сам отвечу. Прежде чем стукнет пятьдесят, ты получишь самый модный невроз и кучу денег, истратить которые тебе не хватит времени.

– Не думаю, что у нас с Марком все будет так.

– А, это поначалу. Вот поживи тут года два, подыхая со скуки. Для таких, как ты, моя милая, жизнь – золотая клетка. Чего женщины действительно ждут от жизни? Я тебе скажу. Массу новых тряпок, бездну свободного времени, всеобщего поклонения и уйму секса. Но два первых пункта не заменят двух последних, это ты сама скоро увидишь. Женщины по своей природе не более моногамны, чем мужчины.