Чтение онлайн

— Все в порядке? — звучит вопрос жены, как только появляюсь в спальне.

— Почему ты задаешь этот вопрос? — ложусь на свою половину кровати, внимательно смотрю на Алю. Она усмехается, откладывает книгу на тумбочку. Любуюсь своей милой женой. Столько лет вместе, а по-прежнему нежно любим друг друга. Я помню нашу историю любви и все чаще провожу параллели с жизнью Саита. Сын родился без отца, его сын родился, когда того рядом не было.

— Мне кажется, что нашему мальчику на душе неспокойно. Он никогда так надолго не оставался у нас с тех самых пор, как купили ему квартиру, — слышу тревожный голос Али, заставляющий обратить на нее внимание. Ее тревога видна во взгляде, в опущенных уголках губ. Она действительно переживает за Саита. Скрывать от нее правду по поводу Девы и маленького Ричарда, я делаю хуже самому себе.

— Тебе кажется, Аля.

— Я мать, Саид, и чувствую своего ребенка. И если он улыбается, даже смеется, это не означает, что я не вижу грусть в его глазах. При чем у меня полная уверенность, что ты в курсе происходящего с ним.

Рассматриваю взволнованное лицо Али, ловлю ее руку и сжимаю. Обиженно вздыхает, поняв, что я не собираюсь с ней обсуждать состояние Саита. Тяну жену на себя, она слегка упирается, но в итоге оказывается у меня на груди. Обнимаю за плечи и прижимаюсь к ее макушке щекой. Задумчиво поглаживаю кончиками пальцев кожу на руке, пытаясь вспомнить нашу с ней ситуацию, когда Аля жила с Саитом в Америке. Сбежавшая любимая женщина, родившая от меня сына. Ситуации все же разные, но черт побрал, как много схожести.

— Аль.

— Ммм, — Аля приподнимается, смотрит в глаза, а я пытаюсь подобрать слова для новости о ее внуке. — Что? Твое молчание интригует, — улыбается, озорно сверкнув глазами.

— У Саита есть сын, — несколько секунд Аля не моргает, не шевелится и кажется не дышит.

— Что? — хмурится, отодвигаясь от меня. — В смысле сын? О чем ты?

— Три года назад у нашего сына были отношения с девушкой в Лондоне, — смачиваю языком пересохшие уголки губ, наблюдая за напряженной женой. Аля садится, скрещивает руки на груди и сверлит меня тяжелым взглядом, словно уже догадывается о моей роли в этой истории.

— И? Продолжай. Ты же не просто так начал этот разговор.

— Они расстались. Саит вернулся в Дубай, маялся, попросил меня найти эту девушку, а я потребовал на ней жениться.

— Ты в своем репертуаре, — сухо замечает Аля, поджав губы.

— Я нашел эту девушку. Я даже с Али и Азаматом к ней приехал, рассчитывая увезти себе невестку. Но… Али собрал информацию, глубоко не копаясь в семье девушки, а когда мы вошли в дом, я встретил там свою племянницу. Дочка моего старшего брата Зарима. А девушка, за которой я приехал, являлась ей родной внучкой….

— Саид… — Аля неверующе на меня смотрит, тряся головой. — Только не говори… Нет… Боже! — отползает на край кровати, поспешно встает. Хватает с софы шелковый халат, накидывает на плечи и только после этого оборачивается ко мне. Я тоже встаю, медленно движусь в ее сторону.

— Что ты сделал? — требовательно спрашивает, гневно на меня смотря в упор. — Отвечай! Что ты с ней сделал?

— Ничего особенного, — пожимаю плечами, Аля истерически смеется.

— Я тебя слишком хорошо знаю, поэтому не верю. Ну, расскажи мне, как ты собственноручно угробил жизнь сыну и лишил его любимой девушки и сына! — в ней кипит злость за Саита. Она готова рвать и метать за то, что обидел ее ребенка. И не будь я отцом этого мальчика, разорвала на куски и загрызла, как истинная мать-хищница.

— Так как я принципиально отказывался вновь восстанавливать связи с давно забытыми родственниками, приказал Деве выйти замуж за того парня, с кем ее дедуля как раз и обручал, — во мне кипит злость на родню братьев. Прошлое все еще влияет на настоящее.

Вспоминая давнишний конфликт, когда я отказался покупать детям Зарима и Ашота по домам в тех местах, где они хотели, эмоции как новые. Словно ссора состоялась вчера. Братья мне всегда завидовали, но при этом кривились при моем появлении, считая себе чище и выше меня.

Когда я эмигрировал в Дубай к отцу после смерти первой жены, они остались с матерью. Встречались редко, хотя я порывался забрать мать в Эмираты, но она сама не захотела. Сдается мне просто не желала видеть отца, ей прекрасно жилось без него.

Каждый раз встречаясь с Заримом и Ашотом, мы на виду у всех изображали братские чувства. Наедине, во время ссоры по какой-нибудь причине, братья не упускали момента вспомнить мое криминальное прошлое и любовницу, которую я посмел притащить в дом матери. Они принебрежительно отзывались об Арине и задевали честь моей дочери Анны, за что получали по зубам. Высказывали свои подозрения по поводу Армины, считая, что ее смерть дело моих рук. Правильно считали, но это было не их ума дело, по какой причине я так аморально поступил по отношению к жене.

С годами отношения между нами стали суше и хуже. Окончательно нитка оборвалась, когда умер отец. Зарим и Ашот заявились в Дубай, рассчитывая поделить наследство. Узнав, что все отошло мне, они потребовали деньги для устройства будущего своим детям. Я их послал. Далеко и по известному адресу.

— Саид! — голос Али заставляет вздрогнуть и сфокусировать на ней взгляд. Выглядит спокойной и серьезной. — Ты понимаешь, что не имеешь право решать все за других? Ты косвенно виноват в том, что Саит потерял память. И если он любит ту девушку, ты в первую очередь должен их воссоединить, наплевав на какое-то родство.

— Дева не внучка Сары. Она вообще никаким боком не причастна к нашей семье. Я об этом узнал через полгода после ранения Саита. Дочка Сары, Лейла, сбежала из дома, как только ей исполнилось восемнадцать лет. Сбежала в Канаду, чтобы отец ее не нашел. Там познакомилась и вышла замуж за Александра Скок. Долго не могла забеременеть, врачи сказали, что шансов иметь детей почти нет. У Лейлы была подруга, которую беременную бросил парень. Во время родов подруга умирает, а новорожденную девочку удочеряют Лейла и Александр, сказав далеким родственникам в России, что у них родилась дочка.

— Почему в твоей семье вечно какие-то страсти, — Аля вздыхает. Злость ее немного отпустила, она подходит ко мне и замирает напротив, заглядывая в глаза. Поднимаю руку, провожу по щеке костяшками, вымученно улыбаясь. Иногда сам устаю от страстей и проблем.

— Может забьем на всех и махнем с тобой на какой-нибудь остров?

— Ты мне зубы не заговаривай, Саид, пока не исправишь свои косяки, никакого тебе острова, — задумывается, а потом радостно улыбается и внезапно прижимается ко мне, обняв за талию. — У меня есть внук! Слышишь? Первый внук! Ты его видел? На кого он похож? Как его зовут? Сколько ему лет?